19 Апреля 2016 г.

5 вызовов, которые определят будущее Евразийского союза

5 вызовов, которые определят будущее Евразийского союза
Фото: Kremlin.ru

Евразийский экономический союз переживает сегодня «кризис роста», стремясь выйти за пределы постсоветского формата «зоны свободной торговли». Профессор НИУ-ВШЭ Дмитрий Евстафьев рассуждает об основных «проблемах роста» и приходит к выводу, что главным вызовом для будущего ЕАЭС являются не военно-политические риски, но развитие институтов интеграции и транс-государственных промышленных предприятий.

Принято говорить, что Евразийский экономический союз, начавший работать с января 2015 г., сейчас находится в кризисе. Нередко это связывают с обострением военно-политической напряженности в последние полтора-два года. Однако, несмотря на острую военно-политическую ситуацию на Ближнем и Среднем Востоке и усиление рисков, связанных с международным терроризмом, неверно говорить, что именно военно-политические факторы сдерживают развитие ЕАЭС.

Кризис, который сейчас проходит ЕАЭС, это, безусловно, «кризис роста». Он стал естественным следствием движения за пределы привычного для постсоветского пространства формата «зоны свободной торговли», которая в разных формах и под разными названиями существовала уже более 20 лет. Развитие потенциала ЕАЭС затруднено еще и существенным снижением внутреннего инвестиционного потенциала евразийского пространства в силу резкого падения цен на глобальных сырьевых рынках.

Стратегическая проблема развития ЕАЭС и вообще социально-экономических интеграционных процессов в Новой Евразии заключается в разнонаправленных экономических тенденциях на постсоветском пространстве. Ведь «Новая Евразия», термин, который часто употребляется в политологических и политэкономических материалах, фактически, означает ту часть постсоветского пространства, которая пока не была поглощена крупнейшими глобальными центрами экономической мощи. Эта часть постсоветского пространства сохраняет внутренние неадминистративные драйверы, стимулы к экономической интеграции и созданию новых транс-региональных экономических связей.

С одной стороны, ЕАЭС дал сильный интеграционный импульс, который рано или поздно кристаллизуется в возникновении межпространственных связей нового типа, важность которых будет возрастать по мере углубления нынешнего экономического кризиса. С другой стороны, логика экономического развития «нулевых» и «десятых»в силу высоких цен на минеральное сырье делала интеграционные процессы для постсоветских стран менее приоритетными.

Это создало эффект «отвлечения от интеграции», втягивания стран постсоветского пространства в экономические процессы соседних регионов. Прежде всего, в китае-центричную систему экономических отношений, но также и в сложные и не всегда экономически легальные экономические процессы на Среднем Востоке. Вопрос о будущем евразийской интеграции и ЕАЭС как института интеграции зависит от того, какой из этих противостоящих друг другу векторов быстрее будет обеспечен эффективной институциональной базой. Иными словами,

вызов институционализации с точки зрения долгосрочной перспективы развития ЕАЭС является основным.

Однако в условиях стремления ключевых глобальных сил к заключению лишь тактических союзов, добиться укрепления институциональной базы ЕАЭС будет крайне трудно. Во всяком случае, это будет противоречить тем тенденциям, которые будут разворачиваться вокруг ЕАЭС. И насколько политические лидеры стран-членов ЕАЭС смогут преуспеть в стремлении превратить Союз в реально действующий именно институт, сказать пока сложно.

Это является важным вызовом для развития. ЕАЭС сможет в полной мере выйти за рамки «зоны свободной торговли» тогда и только тогда, когда Союз именно как институт будет способствовать формированию на своей территории крупных транс-государственных промышленных структур, которые смогут оказывать существенное влияние на мировую конъюнктуру в своих областях.

Есть и другие значимые вызовы развитию ЕАЭС. Просто обозначим их:

Вызов доверия. Очевидно, что страны ЕАЭС достигли предела доверия на нынешнем уровне транспарентности своей политики. Противоречия в сфере «санкционной» политики, конечно, добавили взаимного недоверия, однако не это является наиболее важным аспектом проблемы. Главным является стремление всех участников евразийской интеграции, во многом и самой России, сохранить максимальную «свободу рук», как в политике, так и в экономике.

При этом надо учесть, что объективно расширение доверия зависит от готовности брать на себя средне- и долгосрочные обязательства пред партнерами. Существенным образом осложняют развитие доверия между участниками ЕАЭС и в целом в Новой Евразии отдельные попытки частичной «легализации» радикалов (национал-патриотического толка) для использования в пропагандистском давлении на партнеров.

Вызов единого информационного пространства. Принципиально важным является сохранение Новой Евразии как территории не только с едиными форматами массовых коммуникаций, но и с относительно единой структурой контента, а главное, - со схожими принципами его общественного оборота. Втягивание отдельных стран или даже отдельных регионов некоторых стран в «информационные поля» соседних регионов (что мы уже наблюдаем в некоторых регионах Центральной Азии) нанесет существенный удар процессу институционализации ЕАЭС и расширению его влияния. Ибо в современном мире надо быть не только операционной, но и информационной сущностью и источником глобально значимого контента.  В этом смысле,

задача развития собственного информационного и информационно-научного потенциала ЕАЭС из периферийной должна стать приоритетной.

Вызов логистической связности. Объективно постсоветское пространство находится в сфере приоритетных логистических интересов сопредельных экономических систем. Они были бы заинтересованы в его переконфигурировании на своих условиях и в соответствии со своими операционными и юридическими стандартами. Если это произойдет, то о внутренней связности пространства можно будет говорить только крайне условно, особенно, если внешним силам удастся хотя бы частично навязать стратегию развития транспортно-логистической инфраструктуры на базе собственных стандартов и целей. Важно, однако, понимать, что

в сфере логистики ЕАЭС имеет возможность устойчиво развиваться только как логистически интегрированное пространство, действующее в рамках единых стандартов.

Вызов бюрократизации. Несмотря на неизбежность институционализации, ЕАЭС должен избежать превращения в бюрократическую структуру, обеспечивающую некие «макропроцессы», которая в обществе будет восприниматься как ненужное бремя. Печальный опыт евробюрократии должен быть правильно оценен на постсоветском пространстве. Конечно, институционализации без бюрократизации не бывает, однако – особенно это актуально сейчас, в период глобального экономического кризиса –

структуры ЕАЭС должны сохранять высокую степень операционной гибкости и способности реагировать на вновь возникающие проблемы. И единственный рецепт для этого, - вовлечение в процессы институционализации гражданского общества и экспертных кругов соответствующих стран.

И пока такой ресурс институционализации без излишней бюрократизации, как гражданское общество, в ЕАЭС явно недооценивается.

Проблема современного этапа в развитии ЕАЭС и пространства Новой Евразии в целом заключается еще и в том, что в условиях политической неопределенности и несформированности экономической базы евразийской интеграции практически любое, даже тактическое, малозначимое в стратегической перспективе, действие может иметь долгосрочный дестабилизирующий эффект. Мы, к сожалению, не всегда способны оценить долгосрочные последствия мелких политических «обид» и тактических событий. В этом смысле на обозримую перспективу главная задача должна, вероятно, состоять в том, чтобы минимизировать количество тактических просчетов, которые могут стать долгосрочными раздражителями.

Тогда условия для развития потенциала ЕАЭС будут существенно более благоприятны.

Дмитрий Евстафьев, к.полит.н., профессор НИУ «Высшая школа экономики»

Комментарии
05 Декабря
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

20 лет назад Беларусь отвергла вашингтонский консенсус, выбрав суверенитет. Многие хотят провести ревизию белорусского пути сегодня.

Инфографика: Основные военные объекты в Польше, используемые другими странами НАТО
инфографика
Цифра недели

$7 млрд

составил объем экспорта IT-технологий и продуктов из России в 2016 г. Для сравнения, экспорт вооружений из России в 2015 г. составил $14,5 млрд.