20 Июня 2017 г.

Что стоит за ударами Ирана и США в Сирии?

Что стоит за ударами Ирана и США в Сирии?

Минувшее воскресенье ознаменовалось сразу двумя новостями с фронта в Сирии, которые не только значительны сами по себе, но и могут иметь серьезные последствия: Иран нанес по Сирии ракетный удар возмездия, а США сбили бомбардировщик ВВС Сирии.

Столица Ирана, Тегеран, 7 июня подверглась масштабной террористической атаке –боевики ИГ* напали на парламент республики и Мавзолей Хомейни. Еще одну атаку, по сообщению иранского правительства, удалось предотвратить. В результате теракта погибли 17 человек и еще более сорока были ранены.

Для Ирана это стало тяжелым моральным ударом – в течение десятилетий стране удавалось избегать серьезных терактов, по крайней мере, в столичном регионе (в провинции теракты случались, хотя и давно – последний произошел в 2010 г.). К тому же атака совпала с резким обострением ситуации в регионе на фоне конфликта вокруг Катара, в котором Иран – одна из основных сторон, хоть и действует он за кулисами: высказываются мнения, что давление на Доху связано с ее попытками сближения с Тегераном.

В такой ситуации требовался не просто эффектный ответный удар, причем ответ должен был быть дан не только и не столько боевикам ИГ, для которых положение в Сирии и так стремительно ухудшается. В качестве инструментов были выбраны ракетные войска Корпуса стражей исламской революции – гордость и лицо страны.

Ракеты были запущены с двух баз на западе Ирана, в провинциях Керманшах и Курдистан, перелетели Ирак и, по заявлению иранской стороны, успешно поразили цели боевиков в сирийском Дейр-эз-Зоре, преодолев около 600 км. Хотя точность оценить трудно, Иран на следующий день предоставил видеозапись со своего БПЛА (беспилотного летательного аппарата).

При пуске из Керманшаха использовались новейшие, показанные впервые в конце 2016 г. твердотопливные баллистические ракеты малой дальности «Зольфагар». Дальность их действия около 700 км, а отделяемая корректируемая боевая часть обладает, как заявлено, высокой точностью. Это особенно важно, так как она, очевидно, весьма легкая. Из Курдистана была запущена жидкостная ракета малой дальности «Киам» – также относительная новинка (поступила на вооружение с 2011 г.). Дальность «Киама» составляет около 600-800 км, что также позволило поразить Дейр-эз-Зор.

Таким образом, Иран, судя по всему, повел себя аналогично России, ответившей на авиатеракт над Синаем применением крылатых ракет большой дальности морского и воздушного базирования.

Наряду с уроном для боевиков (сопоставимый которому можно было нанести и обычными средствами поражения авиации), это было демонстрацией возможностей вооруженных сил. В случае России – наличия в арсенале, как и у НАТО, большой номенклатуры современных высокоточных крылатых ракет («Калибр», Х-555, Х-101), а в случае Ирана – боеготовности ракетных войск и полной пригодности современных национальных разработок в области баллистических ракет к применению в современном конфликте. 

Причем тут Иран может заявить о первопроходстве –  если не считать довольно кустарных иракских ракет «Эль-Хусейн», ранее баллистические ракеты такой дальности никем не применялись в бою, а на вооружении России и коллективного Запада отсутствуют из-за ограничений Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. Применив свои баллистические ракеты, Иран в очередной раз заявил о себе как о мощной региональной военной силе. Ведь если надо будет – до Эр-Рияда лететь столько же.

Конфликт интересов


Информация о втором важном инциденте воскресенья пришла практически одновременно с новостью о пуске иранских ракет: сирийское министерство обороны заявило о том, что силами американской коалиции в районе Ракки был сбит сирийский бомбардировщик, находившийся на задании по борьбе с ИГ. Пилот был спасен на следующий день. Традиционные заявления, что на самом деле американцы воюют на стороне ИГ и имеют «высокий уровень координации», разумеется, прилагались. Вскоре последовал относительно подробный пресс-релиз и с американской стороны.

Согласно американской версии событий, все началось со столкновений в районе 16:30 на земле – южнее Табки, в районе города Джа-Дин (Ja’Din) сирийские правительственные войска якобы напали на курдов из Демократических сил Сирии (Syrian Democratic Forces, SDF). Заявлено, что Джа-Дин находится на курдской стороне от установленной «линии деэскалации» между правительственными войсками и SDF.

Согласно пресс-релизу, американская сторона обратилась к России по установленным каналам связи с призывом остановить сирийцев, но в 18:43 появившийся сирийский Су-22 (экспортная версия советского истребителя-бомбардировщика Су-17) совершил авианалет на SDF и был «в соответствии с правилами самообороны и обязательствами по защите союзных коалиции сил» немедленно сбит находившимся в районе и, очевидно, держащим его под наблюдением американским истребителем.

Победу записал на свой счет палубный F/A-18E «Супер Хорнет» с авианосца CVN-77  «Джордж Буш», который наносит удары по ИГ из Восточного Средиземноморья. Примечательно, что это первая воздушная победа истребителей США с войны в Югославии в 1999 г., а для морских летчиков – с «Бури в Пустыне» 1991 г. Редко попадаются противники с летающими самолетами.

Заканчивался пресс-релиз примирительными заверениями о том, что США и союзники не ищут боя с сирийскими правительственными войсками и находятся в Сирии только для борьбы с ИГ. Впрочем, если будет угроза, раздумывать, нажимать ли на курок, они два раза не будут, что и было продемонстрировано.

Развитие ситуации во многом зависит от ответных ходов сирийской стороны в информационном поле. Американцы подали ситуацию так, что они защищали своих союзников от неспровоцированного нападения сирийских правительственных войск, старавшихся расширить зону своего контроля.

Если в ближайшее время будет найдено место падения, и рядом не окажется позиций боевиков ИГ, то изначальная версия сирийской стороны пострадает, и, очевидно, фокус внимания сместится в сторону того, что это сирийские военные подверглись нападению боевиков SDF, а вызванный на помощь бомбардировщик был сбит без предупреждения.

Многое будет зависеть от российских военных: им предстоит прокомментировать правдивость заявлений американской стороны (США утверждают, что запрашивали по специальным каналам помощи в деэскалации). Кроме того, имеющиеся средства технической разведки могут позволить оспорить место столкновения или обстоятельства инцидента.

Пока в качестве первого шага было объявлено о приостановке взаимодействия с США в рамках договоренностей о предотвращении инцидентов и обеспечении безопасности полетов авиации, пока американская сторона не предъявит результаты расследования. Это повышает потенциальную опасность случайных столкновений.

Очевидно одно: в условиях, когда ИГ медленно, но уверенно добивают, отношения между теми, кто «враг моего врага», будут накаляться все больше.  


Александр Ермаков, независимый военный эксперт


* ИГ – запрещенная в России и Беларуси террористическая организация - прим. «ЕЭ».

Комментарии
15 Августа
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Санкции США создают новые риски для стран ЕАЭС, но Беларусь и Казахстан могут выиграть.

Инфографика: Сухопутные войска США в Европе
инфографика
Цифра недели

$272,3 млн

составил торговый оборот между Казахстаном и Кыргызстаном в январе-мае 2017 г., что на 38,4% выше, чем за аналогичный период 2016 г. – Правительство Казахстана