06 Июля 2016 г.

Евразийский союз перед вызовом Трансатлантического блока США

Евразийский союз перед вызовом Трансатлантического блока США
Акция протеста против Трансатлантического партнерства. 4 февраля 2015 г., Брюссель.
Фото: https://wordpress.com

Администрация Барака Обамы продвигает два беспрецедентных по масштабу торговых блока – Трансатлантическое партнерство (ТТИП, связка США-ЕС) и Транстихоокеанское партнерство (ТПП, связка США-страны АТР – соглашение уже подписано). Речь идет о создании зон свободной торговли, экспансии техстандартов и механизмов регулирования экономики. В недавней статье в Washington Post Обама прямо заявил, что цель этих проектов – «писать правила мировой торговли в XXI веке». Китай и Евразийский союз (ЕАЭС) остаются за границами этих объединений, что породило дискуссии об «объятиях анаконды» и «мягком экономическом удушении». Начатую Александром Перовым дискуссию на страницах «Евразия.Эксперт» о реальных и мнимых угрозах для ЕАЭС продолжает белорусский политолог Глеб Шутов.

Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство, как отмечается в Стратегии Национальной безопасности США и ряде европейских исследований, сулит определенную выгоду Соединенным штатам и странам Евросоюза. Однако для тех стран, которые не получили приглашения в ТТИП, создание этого «торгово-экономического монстра» сопряжено с комплексом угроз.

Новые вызовы

Вызовы, которые американо-европейский торговый альянс представляет для стран Евразийского союза, носят экономический и неэкономический характер. К экономическим вызовам можно отнести эффект реориентации торговли, ограничение доступа третьих стран на рынки ЕС и США, установление новых правил международной торговли и т.д. К неэкономическим можно отнести экологические и геополитические угрозы, а также усиление роли транснациональных корпораций (ТНК) в мировой политике и др.

Вызовы и угрозы для ЕАЭС от создания Трансатлантического и Транстихоокеанского партнерств проявляются на разных уровнях: от национального уровня стран-членов – до глобального.

На национальном уровне:

– Снижение экспорта. Для каждой из стран ЕАЭС подписание ТТИП несет угрозу снижения доступа на рынки ЕС и США. Беларусь может столкнуться с барьерами на пути продовольственной продукции и продуктов нефтепереработки, Россия может столкнуться с ужесточением конкуренции на европейском рынке энергоносителей. Вероятно снижение притока инвестиций в экономики стран ЕАЭС.

– Возможно усложнение условий программы ЕС «Восточное партнерство», что немаловажно для Беларуси. ТТИП приведет к изменениям европейских стандартов, а это может сказаться на условиях сотрудничества ЕС со странами-участницами ВП.

– Усиление раскола по линии Россия-Евросоюз. В экономическом плане ТТИП может негативно сказаться на товарообороте РФ с ЕС, а также создать некоторые экономические предпосылки для увеличения оборонных расходов Евросоюза.

На уровне Евразийского союза:

– В том случае, если ТТП и ТТИП станут «законодателями мод» в глобальной торговле, вероятно, что экспортировать товары и услуги на рынки торговых блоков можно будет лишь при условии принятия определенных норм в трудовой, социальной и политической сферах. В связи с этим вероятно «просачивание» некоторых норм ТТИП на уровень ЕАЭС.

– Возможен сценарий, что некоторым странам будет предложен формат ТТИП+1, что может вызвать центробежные тенденции в ЕАЭС. Хотя ТТП и ТТИП иногда рассматривают как «закрытые клубы», в американской экспертной среде есть мнение о возможности подключения КНР к ТТП в формате ТТП+1. В частности, эту точку зрения озвучивал Эван Медейрос, старший директор по делам Азии Совета национальной безопасности США.  Также в КНР высказывается мнение о том, что ТТП «не полно» без Китая. Действительно, стратегия избирательного подключения других стран к союзам США в «индивидуальном порядке» позволит навязать им правила ТТП-ТТИП, сделав их действительно «глобальными правилами торговли». Вспомним, что Барак Обама заявлял о том, что глобальные правила торговли должны писать в США, но ТТП-ТТИП не охватывают весь мир, поэтому формат ТТП+Китай или ТТИП+страна ЕАЭС теоретически не исключен.

На континентальном уровне Евразии:

– Раскол Евразии, от которой, благодаря ТТП и ТТИП, США могут «откусить» Западную Европу и часть Азии.

– ТТИП может угрожать реализации китайского проекта «Экономический пояс Шелкового пути», что поставит под вопрос сопряжение этой инициативы с ЕАЭС.

На глобальном уровне:

– ТТП и ТТИП грозит изменить правила глобальной торговли, а также усилить неравенство между странами. ТТП и ТТИП представляют новый шаг в развитии мировой торговли, однако устанавливают и новые правила по отношению к таким, казалось бы, далеким от торговли темам, как свободные профсоюзы, госпредприятия, инвестиции, авторское право. Те страны, которые примут эти правила, получив «разрешение» сотрудничать с ТТП-ТТИП, могут получить ограниченные права доступа в «привилегированный клуб» в обмен на согласие играть по новым стандартам.

– Снижение значимости ВТО. По поводу влияния ТТП и ТТИП на ВТО нет единого мнения. Одни специалисты полагают, что ТТП не угрожает функционированию ВТО. Другие специалисты утверждают, что ТТП и ТТИП, охватывающие в проекте более 60% мирового ВВП, могут отодвинуть на задний план ВТО как законодателя правил мировой торговли. О важности соблюдения принципов ВТО, которым угрожают эксклюзивные экономические объединения (под которыми, очевидно, понимаются ТТП и ТТИП) говорил президент России Владимир Путин:

«Ряд стран пошли по пути закрытых, эксклюзивных экономических объединений, причем переговоры об их создании идут кулуарно, в тайне и от собственных граждан, от собственных деловых кругов и общественности, но и от других стран».

– Усиление разрыва между развитыми и развивающимися странами.

– Потеря рабочих мест в развивающихся странах за счет переноса производств в страны ТТИП и ТТП.

– Возрастание роли транснациональных корпораций на фоне ослабления традиционных политических институтов.

На некоторых угрозах от создания ТТИП следует остановиться подробнее.  

Закрывающиеся рынки

Реориентация торговли является для стран, не входящих в торговый блок, наиболее очевидным негативным эффектом от создания ТТИП. Хотя таможенные тарифы в торговле США-ЕС и так довольно низкие, наибольший эффект может быть от снижения нетарифных барьеров. Также в рамках ТТИП возможно установление довольно жестких стандартов и правил происхождения товаров.  В результате для третьих стран, к которым относятся и страны ЕАЭС, будет ограничен доступ на рынки США и ЕС. Товары из третьих стран попросту не будут соответствовать стандартам ТТП-ТТИП.

Кроме того, в рамках соглашений снимаются таможенные и нетаможенные барьеры, что дает преимущества экспортерам-членам блока перед экспортерами, не вошедшими в блоки. В наибольшей степени у тех стран, которые останутся «за бортом» ТТИП, пострадает экспорт сельскохозяйственной продукции, а также фармацевтической, химической и автотранспортной продукции.

Между тем, роль ЕС как торгового партнера для евразийских стран достаточно велика: Евросоюз является одним из основных торговых партнеров Казахстана, треть белорусского экспорта планируется поставлять на рынок ЕС. На страны ЕС приходится около 50% всего товарооборота ЕАЭС.

«Шелковый путь» под угрозой

Китайский проект «Экономический пояс Шелкового пути» призван соединить западную часть КНР с Европой по морским и сухопутным транспортным коридорам. Проект окажет значительное влияние на экономику стран ЕАЭС. Однако на успешности проекта «Нового шелкового пути» могут негативно сказаться проекты трансокеанских партнерств.

Хотя обычно в качестве угрозы для КНР рассматривают Транстихоокеанское партнерство, ориентированное на Азиатско-Тихоокеанский регион, ТТИП также беспокоит китайских аналитиков. Ведь рынок ЕС является привлекательным для китайских производителей, а индекс сходства экспорта (Export Sіmіlarіty Іndex) КНР и США достаточно высок. Если посмотреть, какие отрасли американского экспорта выиграют от ТТИП, то можно увидеть, что по многим статьям американский экспорт пересекается с теми статьями экспорта, которые Китай хочет поставлять в ЕС по «Шелковому пути».

По подсчетам Центра экономической дипломатии при Уханьском университете, эффект реориентации торговли (trade diversion) при заключении ТТИП обойдется для китайского экспорта в 200 млрд. евро. Цуй Хонгзян из Китайского института международных исследований также прогнозирует снижение китайского экспорта в ЕС как результат действия ТТИП. 

ТТИП и «газовые войны»

Со времени начала переговоров по ТТИП ситуация на рынке энергоресурсов значительно изменилась. Значительно снизились цены на нефть, что обострило конкуренцию на газовом рынке. По словам Сьюзан Сакмар, специалиста по газовому рынку из Хьстонского университета, «начались газовые войны».

Сжиженный природный газ (СПГ) составляет 13% от импорта газа в ЕС, основной поставщик СПГ в ЕС – Катар, основные поставщики природного газа в ЕС – Россия, Норвегия и   Алжир.

К 2020 году ожидается возрастание мирового экспорта СПГ на 40%, при этом основными экспортерами станут США и Австралия, европейский импорт СПГ удвоится к 2020 году.  Импорт СПГ рассматривается Евросоюзом как одно из средств обеспечения энергетической безопасности. В частности, согласно принятому 10 февраля этого года Пакету энергетической безопасности, страны ЕС планируют укреплять устойчивость союза к дефициту энергоресурсов и наращивать импорт СПГ.

По словам Барака Обамы, подписание соглашения о ТТИП позволит упростить поставки американского сжиженного природного газа в ЕС. Несмотря на то, что в ЕС уже прибыл первый танкер с американским сжиженным природным газом, Европе пока что выгоднее покупать российский газ.

Соглашение о энергетической главе ТТИП пока что не достигнуто. Однако известно, что ЕС настаивает на расширении сотрудничества с США именно в этой сфере. Переговорная позиция ЕС состоит в том, чтобы снять все ограничения в торговле топливно-энергетическими ресурсами. Как может ТТИП сказаться на экспорте российского газа в ЕС?

Во-первых, как говорилось ранее, ТТИП предполагает отмену всех ограничений в торговле энергоносителями. И, например, даже экологическая угроза не помешает экспорту американского СПГ в ЕС. В то время, как для поставок российского газа такие ограничения могут сохраняться.

Во-вторых, ТТП и ТТИП могут дать корпорациям, в том числе нефтегазовым, больше рычагов воздействия на принятие решений правительствами стран-участниц. Например, американская компания вполне может подать в суд, скажем, на правительство ФРГ, принудив к подписанию контракта на закупку СПГ.

Таким образом, ТТИП может использоваться для снижения зависимости ЕС от российского газа, однако маловероятно, что США и другие экспортеры СПГ смогут полностью заменить Россию на газовом рынке ЕС.

ТТИП как экономическая база для геополитического противостояния

В последнее время НАТО существенно усиливает свои позиции в Восточной Европе. По мнению некоторых западных экспертов, ТТИП может стать экономической базой для Североатлантического блока.

Например, Лео Мишель утверждает, что благодаря ТТИП страны ЕС смогут выделять больше средств на оборону. По подсчетам эксперта, ТТИП позволит увеличить ежегодные оборонные расходы Евросоюза на 2-2,5 миллиарда долларов для ЕС в целом.

Даниэль Фиотт, аналитик Европейского института изучения безопасности, полагает, что ТТИП даст возможность экспортировать в ЕС больше продукции двойного назначения, то есть товаров, которые могут применяться как в гражданских, так и в военных целях.

ТТИП и призрак «большой войны» в Евразии

Таким образом, ТТИП может стать экономической базой для дальнейшей эскалации напряженности между НАТО и Россией. В частности, в экспертной среде обсуждаются следующие потенциальные эффекты ТТИП:

– Дополнительные возможности для членов НАТО увеличить расходы на вооружение, которые и без того возросли.

– Снижение зависимости от поставок российских энергоносителей за счет налаживания экспорта американских углеводородов в ЕС, а также возможные дополнительные административные барьеры на пути поставок из стран ЕАЭС.

– Ослабление торговых связей Евросоюза с ЕАЭС и КНР.

Возникает вполне оправданный вопрос: зачем нужно такое отсечение ЕС от России и КНР?

Не являются ли оправданными опасения по поводу нового военного конфликта в Европе? Не станем ли мы свидетелями того, что, благодаря двум трансокеанским партнерствам, США смогут платить союзникам в Европе и Азии за сдерживание России и Китая?

Повод для такого рода опасений уже есть. Недавно стало известно, что страны ЕС могут направить свои войска в зону конфликта в Южно-Китайском море. Естественно, что такой шаг вызовет раздражение Пекина и негативно скажется на китайско-европейских отношениях. Ведь если войска стран ЕС появятся в столь чувствительном для китайских интересов месте, кто знает, как сложится судьба китайского «Шелкового пути»?

В связи с комплексным характером вызовов и угроз от создания ТТП и ТТИП для стран ЕАЭС представляется целесообразным выработка единой союзной стратегии, которая включала бы в себя меры реагирования на вызовы от трансокеанских блоков и способы рационального использования тех возможностей, которые появятся благодаря ТТП и ТТИП.

Однако единого мнения относительно этих торговых блоков в ЕАЭС пока не наблюдается: если российское руководство неоднократно указывало на угрозы от создания такого рода торговых блоков, то, к примеру, в проекте «Национальной программы поддержки и развития экспорта на 2016-2020 годы» белорусского МИД не упоминаются ни ТТП, ни ТТИП.

Комментарии
08 Мая
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Марин Ле Пен не стала президентом Франции, так как не смогла завоевать левый электорат.

Инфографика: Кто и где готовил белорусских радикалов?
инфографика
Цифра недели

$270 млрд

в год составляет объем рынка государственных закупок в ЕАЭС. Для сравнения, годовой экспорт стран ЕАЭС составляет $308,4 млрд – Евразийский банк развития