28 Декабря 2016 г.

5 главных трендов в развитии Евросоюза в 2016 году

5 главных трендов в развитии Евросоюза в 2016 году
Фото: newstatesman.com

Мир изменился для Европейского союза именно в 2016 г. В этот год со всей яркостью проявились тренды, набиравшие силу постепенно, на которые долго не обращали внимания: «бунт» среднего класса, усиление националистических партий, кризис легитимности власти на всех уровнях. Во внешней политике – неуверенность в своих силах и недоверие между союзниками. Теперь главный вопрос: сможет ли Евросоюз выстоять или повторит судьбу СССР?

На внутреннее развитие ЕС в 2016 г. влияли следующие факторы: продолжающийся греческий долговой кризис; миграционный кризис; террористические атаки; подъем евроскептицизма (Brexit и рост влияния крайне правых).

Во внешнем измерении для ЕС важнейшими стали следующие факторы: ослабление позиций ЕС на сирийском и украинском направлении; отсутствие положительного диалога в отношениях с Россией (продолжение санкционной эпопеи); потеря доверия традиционному союзнику в лице США в связи с избранием Д. Трампа на пост президента. Поскольку США с самого начала опекали проект евроинтеграции, неуверенность в их поддержке – это чувствительный удар для брюссельских бюрократов.

Внутри и за пределами ЕС проект объединенной Европы уже не воспринимается как единственно верный.

Например, граждане Нидерландов проголосовали против ассоциации с Украиной не из страха перед иммигрантами из Восточной Европы, но желая продемонстрировать недоверие собственному правительству.

Таким образом, в 2016 г. возникла экзистенциальная угроза будущему Евросоюза.

1. Иммиграционная «дань» Евросоюза

Попытки ЕС решить миграционный кризис оказались противоречивыми. В марте 2016 г. Евросоюз заключил соглашение с Турцией, предоставив ей €3 млрд и обещая подобные транши в дальнейшем. Теперь Эрдоган может периодически шантажировать ЕС, требуя отмены виз и угрожая новыми потоками беженцев.

Интересно, что Евросоюз пошел по такому же пути в отношениях с африканскими странами. Было предложено соглашение о партнерстве с пятью приоритетными африканскими странами: Эфиопия, Мали, Нигер, Нигерия, Сенегал. Соглашение предусматривает выплату этим странам общей суммы в размере €44 млрд, но ничего конкретного не говорит про систему приема беженцев в ЕС.

В миграционном вопросе позиция ЕС заведомо проигрышная, так как он оказывается в роли просителя.

Поэтому неудивительно, что несколько стран ЕС (Германия, Австрия, Швеция и Дания) сами попытались решить проблему, установив временный пограничный контроль, который, однако, в текущей обстановке вполне может стать постоянным.

Неясно, сколько иммигрантов сейчас находится на территории ЕС. По данным Международной организации по миграции (МОМ), с января 2016 г. в Европу прибыло около 400 тыс. чел.

Большинство из них приехали в Грецию и Италию (прежде всего, это сирийцы, афганцы, пакистанцы, нигерийцы). Как сообщает МОМ, в 2016 г. в Средиземном море погибло больше мигрантов, чем в 2015 г. (4,22 тыс. и 3,78 тыс. чел. соответственно).

В итоге снова встал вопрос о провалившемся мультикультурализме и о том, способны ли страны ЕС интегрировать меньшинства.

2. Кризис безопасности

Проявлением кризиса в системе управления и вопросах безопасности стали теракты, которые потрясли граждан ЕС. Стало ясно, что 2015 г. рекордный по количеству терактов в ЕС (зафиксировано 211 терактов) ничему не научил.

В 2016 г. теракты стали особенно дерзкими и масштабными. Так, в столице ЕС, Брюсселе, 22 марта 2016 г. были совершены два теракта: в аэропорту и на центральной станции метро. Общее число погибших составило 35 чел., 300 чел. были ранены. 14 июля 2016 г. очередной теракт произошел в Ницце, где погибли более 80 чел. И совсем недавно, 22 декабря на ярмарке в Берлине в результате теракта погибли 12 чел.

Террористы путешествовали между европейскими столицами и территорией, занятой ИГИЛ, практически беспрепятственно, не встречая дополнительных проверок со стороны соответствующих служб ЕС.

В связи с таким провалом в апреле 2016 г. в ЕС решили собирать все данные о воздушных пассажирах, передвигающихся по территории ЕС, с тем, чтобы они были доступны повсеместно. К сожалению, это решение явно запоздалое и теперь прогресса здесь особенно ждать не приходится.

После ноябрьских терактов ЕС по запросу Франции обратил внимание на статью 42.7 Лиссабонского договора о совместной защите, на основании которой другие государства-члены должны помогать друг другу. Но на самом деле страны-партнеры воспринимают эту статью скорее как необходимость проявить политическую солидарность, а не предоставить действенную помощь – для этого нет отработанных механизмов.

3. Популисты на марше

Поворот к крайне правому популизму также внес свою лепту в общую обстановку неуверенности в Евросоюзе. Крайне правые достигли в 2016 г. значительного прогресса. Теперь население многих стран ЕС не воспринимает их как маргиналов.

Пожалуй, самым обсуждаемым примером их успеха стал Норберт Хофер, глава Австрийской партии свободы. Хотя в итоге он проиграл в президентской гонке, этот проигрыш впору назвать удивительной победой, так как он лишь слегка уступил А. Ван дер Беллену, бывшему лидеру партии зеленых. Сам Н. Хофер назвал итоги выборов не потерей, а инвестицией в будущее.

Повестка крайне правых партий по всему ЕС практически идентична: суверенитет страны, ограничение иммиграции, сдерживание или даже отказ от европейской интеграции, антимусульманская риторика.

Риторика исламофобии стала причиной громких судебных процессов в ЕС. В Голландии судили известного политика-националиста Герта Вилдерса, а в Германии – идеолога антиисламского движения ПЕГИДА Луца Бахмана.

Крайне правые с удовольствием приняли Brexit, заявив о том, что он подтверждает их установку на государственный суверенитет.

Brexit превратился в инструмент партийно-политической борьбы внутри всего ЕС, в которой крайне правые стали одной из ведущих сил по степени своего влияния.

Кроме того, в ЕС образца 2016 г. мы наблюдали рост проявления национализма во всех формах, вплоть до шовинизма и расизма. Неслучайно даже в толерантной Британии уже в течение недели после референдума о членстве в ЕС было зафиксировано 57 случаев преступлений, совершенных на почве расовой ненависти.

4. Великобритания наносит удар

Безусловно, самый серьезный удар по привлекательности и имиджу ЕС нанес Brexit. Если Евросоюз покидает одно из самых успешных государств-участников, являющееся второй экономикой в Европе после Германии, и третьим после Германии и Франции государством-донором для бюджета всего ЕС, - это означает явно выраженное недовольство общеевропейской политикой.

Brexit влияет и на внешнее измерение политики ЕС, так как США всегда в большей степени доверяют союзу, в котором есть Британия, нежели союзу без нее.

Brexit можно считать главным итогом 2016 г. для судеб ЕС, так как именно в нем сплелись воедино финансовый кризис, кризис безопасности, кризис легитимности институтов ЕС и национальных правительств, кризис идентичности.

Осмысливая саму процедуру «развода», которая начнется, по словам премьер-министра Британии Терезы Мэй, в конце марта 2019 г., британское экспертное сообщество полагает, что выбор состоит исключительно между «тяжелым» (потеря доступа Британии к единому рынку ЕС) и «легким» (сохранение доступа к единому рынку и британских обязательств перед бюджетом ЕС) «разводом».

5. Снижение международной роли ЕС

Во внешнем измерении 2016 г. продемонстрировал уменьшение роли Евросоюза как международного игрока.

Брюссель не пожелал менять позицию по санкциям в отношении России, хотя они оказались неэффективными. При этом многие отрасли стран ЕС оказались в тяжелом положении. По подсчетам датского журналиста Поуля Фундера Ларсена, прямые потери Европы от антироссийских санкций в 7 раз превышают аналогичные потери США (на экспорте ЕС потерял €5,1 млрд), а непрямые издержки привели к тому, что ЕС не досчитался €45,6 млрд. Однако 19 декабря 2016 г. ЕС официально продлил антироссийские санкции до 31 июля 2017 г., связывая их с выполнением Минских соглашений и урегулированием украинского кризиса.

Вместе с тем, ЕС не предпринял никаких действенных мер для его урегулирования. После референдума в Нидерландах ЕС все-таки склоняется к предоставлению безвизового въезда гражданам Украины в страны ЕС, однако точная дата введения этого права пока не известна, несмотря на сообщения в прессе об апреле 2017 г.

По сирийскому кризису ЕС также не смог продемонстрировать свою состоятельность. С самого начала участия российских ВКС в военной операции в Сирии ЕС заявлял об осуждении действий Башара Асада и его союзников, прежде всего, России и Ирана, призывая стороны конфликта выполнить разработанный ЕС план.

Последней каплей стало избрание Д. Трампа на пост президента, от которого брюссельские чиновники не ждут ничего позитивного для себя.

Будущее Евросоюза

В 2016 г. многочисленные трещины внутри ЕС так и не удалось сгладить. При этом разрыв в доходах между богатыми странами Севера и бедными странами Юга не был преодолен и, напротив, вырос.

Ситуация осложняется тем, что население стран ЕС неуклонно стареет, особенно это заметно на фоне иммиграции из стран Африки и Ближнего Востока. В условиях роста террористических угроз это требует новых финансовых решений в отношении гуманитарных кризисов и даже возможных гуманитарных интервенций.

Помимо этого, развитие еврозоны замерло, а вступление в нее других государств в ближайшей перспективе не представляется возможным. После Brexit у ЕС уже нет картинки блестящего и очевидного для всех будущего.

Самое важное здесь, что сама «Европейская идея» стала камнем преткновения, приведя к отрыву элит от народов и поставив вопрос о том, является ли интеграция элитарным или народным проектом.

Евросоюз разделен сегодня на группировки стран, возникшие в результате различных кризисов. Например, кризис еврозоны разделил Юг («должники») и Север («кредиторы»), а миграционный кризис – Восток и Запад. ЕС также не един и в вопросах санкций против России.

Вместе с тем Европейский союз в 2016 г. продолжил разрабатывать планы на будущее. Например, в отношении безопасности в 2016 г. был разработан план «Действие европейской обороны». Согласно ему, в следующем году будет учрежден соответствующий фонд для обеспечения безопасности ЕС, то есть чиновники Брюсселя все же поверили предупреждениям Трампа [о необходимости самим позаботиться о своей безопасности – прим. «ЕЭ»].

Кроме того, страны-члены должны согласовать к июню 2017 г. введение системы контроля «Вход/Выход», а к концу 2017 г. – введение системы «Информации и авторизации о перемещениях в Европе», которая позволит регулярно досматривать всех путешествующих без виз.

Совет ЕС также настаивает на срочной имплементации решений о противостоянии гибридным угрозам и о кибербезопасности, достигнутых лидерами ЕС и НАТО 6 декабря 2016 г. Конечно, запуск ЕС собственной системы спутникового слежения под занавес года – это попытка продемонстрировать готовность к самостоятельному решению проблем.

Исходя из тенденций 2015-2016 гг. в 2017 г. в Евросоюзе продолжит обостряться тема «возвращения» государств-участников к суверенитету. Следует ожидать ослабления общеевропейских институтов управления. Это со временем приведет к формированию разных скоростей взаимодействия (интеграции) внутри ЕС, что неизбежно усилит дезинтеграцию союза.

Наталья Еремина, д.полит.н., доцент кафедры европейских исследований СПбГУ


Комментарии
14 Ноября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Полностью отказаться от прибалтийских портов Беларусь не планирует.

Инфографика: Военно-морские силы США в Европе
инфографика
Цифра недели

$6,7 млрд

составил объем иностранных инвестиций в реальный сектор экономики Беларуси за первые 9 месяцев 2017 г., что на 6,4% больше, чем за аналогичный период 2016 г. Основными инвесторами выступили компании из России (40,6%), Великобритании (26,6%) и Кипра (7,1%) – Белстат