25 Января 2018 г.

Франко-германский тандем пытается взять под контроль Евросоюз

Франко-германский тандем пытается взять под контроль Евросоюз
Фото: thenypost

После того, как на Евросоюз обрушился вал кризисов, а Дональд Трамп отказал в безусловной поддержке, ЕС потребовался сильный лидер, способный указать направление движения вперед. На протяжении долгого времени этим лидером была Германия, но и Париж демонстрирует свои амбиции. Пока франко-германскому тандему удается поддерживать веру в будущее Евросоюза. К концу 2018 г. страны надеются заключить двустороннее соглашение, обновляющее Елисейский договор 1963 г. Однако позиции Макрона и Меркель сходятся далеко не по всем вопросам, что в итоге может пошатнуть фундамент Евросоюза.

Франко-германский тандем


Союз Франции и Германии лежит в основе ЕС, причем с самого начала европейского интеграционного движения. Именно взаимодействие этих двух государств обеспечивает принятие определенных решений на самом высоком уровне. Правительства этих стран отстаивают идею продолжения и углубления интеграционного процесса. И за длительное время уже сложился механизм взаимодействия Франции и Германии, который практически не дает сбоев.

У них единая позиция по необходимости реформирования еврозоны и проведения трудовой реформы, одинаковое отношение к брекзиту и новому президенту США Дональду Трампу. Они одновременно негативно высказывались об авторитарных тенденциях в ряде стран Центральной и Восточной Европы. Более того, Франция и Германия также выражали единое мнение по отношению к Климатическому соглашению, к так называемой иранской сделке, озвучили единую резкую критику решения Д. Трампа признать Иерусалим столицей Израиля.

С выходом Великобритании из ЕС и проявлением разногласий между странами – членами Евросоюза, именно союз Франции и Германии остается базовым скрепляющим элементом Европы. Поэтому столь многое зависит от соглашения между двумя странами.

Длительное время именно ФРГ была государством-лидером ЕС: отстаивала принципы жесткой бюджетной дисциплины, предлагала решения для греческого кризиса, влияла на политику развития еврозоны, а идея укрепления политического союза была прежде всего германской, но не французской. Однако сейчас, с учетом того, что проевропейский Эммануэль Макрон стал президентом Франции, а Ангела Меркель все же осталась у власти в Германии, путь к достижению договоренностей открыт.

Принимая во внимание такие факторы, как брекзит и деятельность Д. Трампа, данное соглашение вполне возможно. Поэтому стороны надеются на заключение к концу 2018 г. двустороннего договора, который должен будет обновить предыдущий Елисейский договор, заключенный Шарлем де Голлем и Конрадом Аденауэром в 1963 г. Заявление об этом уже прозвучало. Кроме того, лидеры обоих государств четко указали на общие франко-германские ценности, таким образом выделив себя на общем фоне участников ЕС.

На пути к новым договоренностям


При этом соглашение Германии и Франции имеет не только сугубо политическое, но и символическое значение.

Договоренности между странами должны касаться углубления двустороннего сотрудничества между Берлином и Парижем во всех сферах, особенно в области экономики и безопасности. Но в переговорах стороны, по всей видимости, не обойдут вниманием и следующие сюжеты: реформа еврозоны с созданием бюджета, жесткие структурные реформы, выстраивание и укрепление единой внешней политики и политики безопасности, проработка возможности формирования европейской армии, активизация международного торгового сотрудничества.

Центральными темами на современном этапе является фискальный вопрос и реформа еврозоны. Именно через реформирование еврозоны будет определяться дальнейшее направление европейского интеграционного движения.

19 января уже был опубликован план реформ, сформулированный Германией и Францией. Приняты как идеи французской стороны (разделение риска), так и германской (финансовая дисциплина). При этом не упомянуты предложения об учреждении поста министра финансов еврозоны и общего бюджета. Также не упоминается германская идея о преобразовании европейского стабилизационного механизма в европейский валютный фонд.

Но при этом указаны шесть реформ, которые должны быть реализованы без промедления:

1) решение проблем банковской системы благодаря сокращению суверенного долга стран, который банки сохраняют на балансе;

2) реформирование существующей системы штрафов за нарушение бюджетной дисциплины (при этом государственные расходы не должны превышать рост ВВП);

3) формирование юридического механизма для реструктуризации долга на основании опыта разрешения греческого финансового кризиса;

4) создание фонда для оказания поддержки странам-членам в ситуации серьезного кризиса;

5) определение безопасных активов;

6) реформирование институтов еврозоны для мониторинга действий стран-членов и введения необходимых санкций.

До заключения договоренностей об указанных реформах лидеры обеих стран встречались лично, чтобы обсудить будущее всей Европы и определить приоритеты. Вероятно, эти обстоятельства позволили Меркель заявить в рамках форума в Давосе о том, что взаимодействие ФРГ с Макроном придало необходимый драйв всему ЕС. Кроме того, Меркель с самого избрания Макрона поддерживала его идеи, что создало необходимый благоприятный фон для взаимодействия двух стран.

Для Франции очень важно таким образом продемонстрировать свою значимость и стать практически равноправным партнером ФРГ, чего ранее у нее не получалось. А для Меркель взаимодействие с французским лидером еще и служит инструментом убеждения членов СДПГ вступить в коалицию с ХДС-ХСС, поскольку только неразобщенная Германия способна быть флагманом интеграции и составить тандем с Францией. Кроме того, данное соглашение – один из шагов для заключения полномасштабного договора между Францией и Германией.

После брекзита


Новый этап сотрудничества между государствами был обозначен уже на следующий день после инаугурации Макрона. Тогда была запущена разработка дорожной карты для развития всего ЕС без Великобритании в его составе. Например, страны договорились о переносе Европейской банковской службы из Лондона в немецкий Франкфурт, а Европейского медицинского агентства – во французский Лилль.

Тем не менее формирующийся тандем вызывает критику у других государств ЕС. Возникает вопрос: насколько две отдельно взятые страны имеют право принимать решения за всех участников ЕС?

В свою очередь, Франция и Германия стремятся убедить других участников в том, что не подменяют собой участие стран в интеграционном движении, а укрепляют его фундамент.

Также следует помнить, что никакое соглашение, даже заключенное между Францией и Германией, вовсе не означает моментального и автоматического решения всех проблем, сопутствующих современному интеграционному движению.

Договор Франции и Германии означает усиление франко-германских позиций и их контроля над развитием ситуации в ЕС. Очевидно, что лидерство данных государств будет сказываться на решении всех основных вопросов. 

Именно взгляд Франции и Германии на будущее ЕС является центральным, страны уже заявили о единых позициях в отношении общей сельскохозяйственной политики и совместно разработали пакет реформ для столь важной отрасли в развитии экономики ЕС. Кроме того, понятно, что в условиях отхода США от безусловной поддержки ЕС только сильный лидер внутри самого Союза может как-то вытягивать веру в интеграцию и составить ее основу. Однако устойчивость франко-германского тандема не совсем ясна, исходя из уже заключенных соглашений. Если этим странам не удастся достичь компромисса по всем вопросам, то тогда фундамент ЕС окажется не таким уж и прочным.


Наталья Еремина, д.полит.н., доцент кафедры европейских исследований СПбГУ

Комментарии
23 Мая
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Опрометчиво полагать, что протестная волна, захлёстывающая политические системы стран Запада, никак не коснётся внутренней политики стран ЕАЭС.

Инфографика: Сколько вкладывают в Беларусь Европейский и Евразийский банки развития
инфографика
Цифра недели

21 тыс.

военнослужащих приняли участие в военных учениях НАТО «Siil 2018» («Ёж 2018») в Эстонии. Маневры, проведенные 2-13 мая 2018 г., стали крупнейшими в истории республики