25 Января 2018 г.

Франко-германский тандем пытается взять под контроль Евросоюз

Франко-германский тандем пытается взять под контроль Евросоюз
Фото: thenypost

После того, как на Евросоюз обрушился вал кризисов, а Дональд Трамп отказал в безусловной поддержке, ЕС потребовался сильный лидер, способный указать направление движения вперед. На протяжении долгого времени этим лидером была Германия, но и Париж демонстрирует свои амбиции. Пока франко-германскому тандему удается поддерживать веру в будущее Евросоюза. К концу 2018 г. страны надеются заключить двустороннее соглашение, обновляющее Елисейский договор 1963 г. Однако позиции Макрона и Меркель сходятся далеко не по всем вопросам, что в итоге может пошатнуть фундамент Евросоюза.

Франко-германский тандем


Союз Франции и Германии лежит в основе ЕС, причем с самого начала европейского интеграционного движения. Именно взаимодействие этих двух государств обеспечивает принятие определенных решений на самом высоком уровне. Правительства этих стран отстаивают идею продолжения и углубления интеграционного процесса. И за длительное время уже сложился механизм взаимодействия Франции и Германии, который практически не дает сбоев.

У них единая позиция по необходимости реформирования еврозоны и проведения трудовой реформы, одинаковое отношение к брекзиту и новому президенту США Дональду Трампу. Они одновременно негативно высказывались об авторитарных тенденциях в ряде стран Центральной и Восточной Европы. Более того, Франция и Германия также выражали единое мнение по отношению к Климатическому соглашению, к так называемой иранской сделке, озвучили единую резкую критику решения Д. Трампа признать Иерусалим столицей Израиля.

С выходом Великобритании из ЕС и проявлением разногласий между странами – членами Евросоюза, именно союз Франции и Германии остается базовым скрепляющим элементом Европы. Поэтому столь многое зависит от соглашения между двумя странами.

Длительное время именно ФРГ была государством-лидером ЕС: отстаивала принципы жесткой бюджетной дисциплины, предлагала решения для греческого кризиса, влияла на политику развития еврозоны, а идея укрепления политического союза была прежде всего германской, но не французской. Однако сейчас, с учетом того, что проевропейский Эммануэль Макрон стал президентом Франции, а Ангела Меркель все же осталась у власти в Германии, путь к достижению договоренностей открыт.

Принимая во внимание такие факторы, как брекзит и деятельность Д. Трампа, данное соглашение вполне возможно. Поэтому стороны надеются на заключение к концу 2018 г. двустороннего договора, который должен будет обновить предыдущий Елисейский договор, заключенный Шарлем де Голлем и Конрадом Аденауэром в 1963 г. Заявление об этом уже прозвучало. Кроме того, лидеры обоих государств четко указали на общие франко-германские ценности, таким образом выделив себя на общем фоне участников ЕС.

На пути к новым договоренностям


При этом соглашение Германии и Франции имеет не только сугубо политическое, но и символическое значение.

Договоренности между странами должны касаться углубления двустороннего сотрудничества между Берлином и Парижем во всех сферах, особенно в области экономики и безопасности. Но в переговорах стороны, по всей видимости, не обойдут вниманием и следующие сюжеты: реформа еврозоны с созданием бюджета, жесткие структурные реформы, выстраивание и укрепление единой внешней политики и политики безопасности, проработка возможности формирования европейской армии, активизация международного торгового сотрудничества.

Центральными темами на современном этапе является фискальный вопрос и реформа еврозоны. Именно через реформирование еврозоны будет определяться дальнейшее направление европейского интеграционного движения.

19 января уже был опубликован план реформ, сформулированный Германией и Францией. Приняты как идеи французской стороны (разделение риска), так и германской (финансовая дисциплина). При этом не упомянуты предложения об учреждении поста министра финансов еврозоны и общего бюджета. Также не упоминается германская идея о преобразовании европейского стабилизационного механизма в европейский валютный фонд.

Но при этом указаны шесть реформ, которые должны быть реализованы без промедления:

1) решение проблем банковской системы благодаря сокращению суверенного долга стран, который банки сохраняют на балансе;

2) реформирование существующей системы штрафов за нарушение бюджетной дисциплины (при этом государственные расходы не должны превышать рост ВВП);

3) формирование юридического механизма для реструктуризации долга на основании опыта разрешения греческого финансового кризиса;

4) создание фонда для оказания поддержки странам-членам в ситуации серьезного кризиса;

5) определение безопасных активов;

6) реформирование институтов еврозоны для мониторинга действий стран-членов и введения необходимых санкций.

До заключения договоренностей об указанных реформах лидеры обеих стран встречались лично, чтобы обсудить будущее всей Европы и определить приоритеты. Вероятно, эти обстоятельства позволили Меркель заявить в рамках форума в Давосе о том, что взаимодействие ФРГ с Макроном придало необходимый драйв всему ЕС. Кроме того, Меркель с самого избрания Макрона поддерживала его идеи, что создало необходимый благоприятный фон для взаимодействия двух стран.

Для Франции очень важно таким образом продемонстрировать свою значимость и стать практически равноправным партнером ФРГ, чего ранее у нее не получалось. А для Меркель взаимодействие с французским лидером еще и служит инструментом убеждения членов СДПГ вступить в коалицию с ХДС-ХСС, поскольку только неразобщенная Германия способна быть флагманом интеграции и составить тандем с Францией. Кроме того, данное соглашение – один из шагов для заключения полномасштабного договора между Францией и Германией.

После брекзита


Новый этап сотрудничества между государствами был обозначен уже на следующий день после инаугурации Макрона. Тогда была запущена разработка дорожной карты для развития всего ЕС без Великобритании в его составе. Например, страны договорились о переносе Европейской банковской службы из Лондона в немецкий Франкфурт, а Европейского медицинского агентства – во французский Лилль.

Тем не менее формирующийся тандем вызывает критику у других государств ЕС. Возникает вопрос: насколько две отдельно взятые страны имеют право принимать решения за всех участников ЕС?

В свою очередь, Франция и Германия стремятся убедить других участников в том, что не подменяют собой участие стран в интеграционном движении, а укрепляют его фундамент.

Также следует помнить, что никакое соглашение, даже заключенное между Францией и Германией, вовсе не означает моментального и автоматического решения всех проблем, сопутствующих современному интеграционному движению.

Договор Франции и Германии означает усиление франко-германских позиций и их контроля над развитием ситуации в ЕС. Очевидно, что лидерство данных государств будет сказываться на решении всех основных вопросов. 

Именно взгляд Франции и Германии на будущее ЕС является центральным, страны уже заявили о единых позициях в отношении общей сельскохозяйственной политики и совместно разработали пакет реформ для столь важной отрасли в развитии экономики ЕС. Кроме того, понятно, что в условиях отхода США от безусловной поддержки ЕС только сильный лидер внутри самого Союза может как-то вытягивать веру в интеграцию и составить ее основу. Однако устойчивость франко-германского тандема не совсем ясна, исходя из уже заключенных соглашений. Если этим странам не удастся достичь компромисса по всем вопросам, то тогда фундамент ЕС окажется не таким уж и прочным.


Наталья Еремина, д.полит.н., доцент кафедры европейских исследований СПбГУ

Комментарии
22 Июля
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Встреча Путина и Трампа высвечивает несколько тенденций, которые окажут большое влияние на развитие стран СНГ.

Инфографика: Военно-морские силы США в Европе
инфографика
Цифра недели

$716 млрд

составит военный бюджет США на 2019 г., который станет самым крупным в истории. В 2018 г. военный бюджет США равнялся $692 млрд.