26 Марта 2018 г.

Игорь Марзалюк: «Объявление независимости БНР привело к ее расколу»

Игорь Марзалюк: «Объявление независимости БНР привело к ее расколу»
Разгон Первого Всебелорусского съезда в 1917 г.
Фото: golos.io

25 марта 2018 г. исполнилось сто лет с того дня, как была провозглашена независимость Белорусской Народной Республики. Эта страница в истории Беларуси до сих пор вызывает множество вопросов о том, чем на самом деле являлась БНР, как она связана с БССР и имеет ли сегодняшняя Рада БНР в эмиграции какое-либо отношение к БНР образца столетней давности. Чтобы наконец-то расставить все точки над «i» редакция «Евразия.Эксперт» обратилась к доктору исторических наук, председателю Постоянной комиссии Палаты Представителей Национального Собрания Республики Беларусь по образованию, культуре и науке, профессору Игорю Александровичу Марзалюку. 

- Игорь Александрович, насколько БНР была правопреемницей Всебелорусского съезда?

- Во-первых, давайте мыслить строго в этом плане. Был исполнительный комитет Съезда. В принципе, определенную правопреемственность можно видеть, но до издания III Уставной грамоты. До нее сначала у Исполнительного комитета, а после в период с 9 по 25 марта у БНР была поддержка в Беларуси.

25 марта в итоге объявления независимости БНР произошел глубокий раскол.

Т.к. когда была принята II Уставная грамота, Исполнительный комитет поддерживала не только Могилевская Рада, но Бобруйская Рада. Минское земство было кооптировано в Комитет. Там были меньшевики, эсеры. Имелось финансирование, в том числе и городских бюджетов. А вот третья Уставная грамота расколола БНР, т.к. не соответствовала первому пункту резолюции Всебелорусского Съезда. Всебелорусский съезд же провозглашал создание Республики, но в естественной связи с РСФСР. Принятие третьей Уставной грамоты вызвало отток из БНР представителей многих влиятельных партий, в том числе и земств, местных органов самоуправления. После этого высший орган БНР, Народный Секретариат, утратил источники финансирования.

С другой стороны, говорить, что только те, кто остался в оккупированном немцами Минске, представляли Всебелорусский Съезд, будет неправильно. Большая часть делегатов, которые также были избраны в том числе и в руководящие органы Съезда, после его разгона, возмущенные этим фактом, поехали в Россию жаловаться Ленину и Сталину на нарушения их же поручений. Это связано с тем, что Всебелорусский Съезд был проведен при полной поддержке руководящих органов Советской России. По приказу Сталина было выделено пятьдесят тысяч рублей для проведения этого Съезда. В процессе Съезд постоянно находился на связи при помощи телеграфа со Сталиным, советовались с Совнаркомом.

Поэтому, когда произошел разгон, он был шоком для Всебелорусского Съезда. Разгон был самоуправством местного руководства во главе с Мясникяном. Сталин очень резко отчитал местное руководство. Было выдвинуто требование продолжить работу Съезда, чему, к сожалению, помешало немецкое наступление. А чтобы успокоить белорусов, был создан Белорусский национальный комитет 31 января 1918 г. по старому стилю. Белнацком был наделен колоссальными правами и взял на себя функцию продвижения идеи белорусской государственности.

Когда некоторые рассказывают, что БССР была якобы марионеткой в руках Кремля, они забывают, что в Центральной России по самым скромным подсчетам выходцев из Беларуси, беженцев и призванных военных насчитывалось около 2 млн человек. И Белнацком оказался их представителем.

Именно беженцы, военные и Белнацком были возмущены тем, что белорусские земли называют Западной областью и потребовали ее именовать Беларусью.

Поэтому, если говорить о правопреемниках Всебелорусского съезда, то их было два: Белнацком и БНР.

- Что БНР из себя представляла? Государство, партию, проект? Какие функции она исполняла?

- Наиболее корректно и адекватно говорить о том, что Народный Секретариат БНР представлял из себя политический проект. Ради научной объективности следует сказать, что на первой фазе существования как БНР 1918 г., так и ССРБ 1919 г. являлись политическими проектами. Государствами на тот момент их назвать невозможно.

Но дело в том, что и Литовская Тариба была сначала проектом. БНР просто никому не была нужна. И в последнюю очередь она была нужна немцам. Она не вписывалась в их политическую стратегию на этих землях.

Здесь нужно вспомнить о причинах провозглашения независимости БНР. Дело в том, что 23 марта стало понятно, что Германская империя признает независимость Литвы, а Беларусь немцы не будут признавать ни в каком формате. Они полностью выполняли условия Брестского мирного договора. Провозглашение независимости же инициировала виленская группа белорусов во главе с братьями Луцкевичами. Когда они провели этот шаг и объявили 25-го независимость БНР, больше немецкие оккупационные власти не пускали их в Минск на протяжении всего периода оккупации. Поэтому это нельзя назвать немецким проектом, несмотря на грамоту кайзеру, которую Рада отправила в апреле 1918 г.

Рада пыталась придать этому проекту реальные черты государственности. Однако немцы им не дали никакой возможности контроля над оккупированными территориями Беларуси.

У немцев было две позиции по БНР: позиция руководства армии и позиция политического руководства в Берлине.

Официальный Берлин был категорически против и не верил ни в какие формы белорусской государственности. А немецкой армии нужно было управлять оккупированными белорусскими территориями. Язык они не знали и отдали часть административных функций БНР.

Поэтому говорить о БНР как о государстве не приходится. Они не контролировали ни одного сантиметра земли. На момент прихода немцев в Минск имелся белорусский полк. Однако немцы его разоружили. При отступлении немцев генерал Кондратович пробовал создать армию в составе 200 тысяч человек. Кадровый резерв это позволял.

Деятели БНР пытались обратиться к оккупационной немецкой администрации с согласованием о создании армии. Немцы ответили, что, если они обнаружат какое-либо ненемецкое вооруженное формирование в зоне действия своих пулеметов, то будут эти пулеметы использовать по назначению. Поэтому БНР и не дали создать никакой армии.

Единственное выступление в поддержку БНР – это Слуцкое восстание 1920 г. Поход Булак-Балаховича не имеет никакого отношения к БНР. Он сам себя единолично, нелегально и нелегитимно объявил начальником своей же БНР. Поэтому поход самозваного Балаховича нельзя рассматривать как акцию БНР.

У соседей были территориальные претензии на белорусские земли. Литовцы претендовали на территории северо-запада вплоть до Минска, использовали противоречия внутри Рады БНР. Поляки и литовцы создавали военные формирования из белорусов под «погонями» и бело-красно-белыми флагами в составе своих армий. В них белорусы выполняли функцию пушечного мяса. В битве за Вильно как с польской, так и с литовской стороны умирали представители белорусских вооруженных формирований, служивших соответственно Литве и Польше. Знаменитый гродненский полк также был структурным подразделением литовской армии.

- Как формировался бюджет БНР? Кто ее финансировал?

- Если говорить о начале 1918 г., то основу бюджетных поступлений составляли переводы из минского, бобруйского, могилевского и некоторых других бюджетов. Бобруйская Рада до 25 марта поддерживала БНР, а после объявления независимости БНР перестала ее поддерживать, восприняв это как акт предательства решений Всебелорусского съезда.

После этого украинцы давали подачки Народному секретариату. Но при этом не следует забывать о таком малоисследованном сюжете, как украинская оккупация южной Беларуси по позорному Брестскому миру. Украина была признана как Антантой, немцами, так и РСФСР. Поэтому украинцы согласно этому договору оккупировали все белорусское полесье: Брест, Пинск, Гомель. У некоторых товарищей аппетиты простирались аж до Быхова и до Слуцка. Это была не просто декларация. Украинцы ввели войска и начали насильственную украинизацию. Они создали свою администрацию, управление и творили на белорусских землях что хотели.

Украинцы постоянно торговали с БНР, подбрасывали деньги и шантажировали этими подачками говоря: мы признаем БНР, только когда вы признаете за Украиной Гомель, Пинск и Брест.

При этом можно вспомнить про торговую палату в Киеве, возглавляемую белорусским историком Митрофаном Довнар-Запольским. От нее БНР также получала деньги.

А с 1919 г. положение стало совсем бедственным. Например, чтобы Антон Луцкевич от БНР смог съездить на Парижскую мирную конференцию, ему пришлось обращаться за помощью к украинцам, правительству Винниченко, которые и профинансировали поездку. Так что БНР не имела ни мощных финансов, ни вооружения.

- Можно ли назвать БНР антирусским проектом?

- Не было в БНР никакой русофобии. Луцкевич, как и многие другие отцы БНР, уже в 1919 г. считал главным врагом белорусов польский национализм и шовинизм. Все белорусское национальное движение развивалось как антипольское уже в XIX столетии. Все понимали, что без поддержки русских белорусское государство создать невозможно. Даже те полонофилы, на глазах которых возрождалась Польша, сразу после этого переставали быть полонофилами. Ничто так не отрезвляло горячие белорусские головы и сердца, как циничная и колонизаторская политика Польши. Поэтому и брошюру Антон Луцкевич издал под названием «Польская оккупация Беларуси». Русских оккупантами никто не считал.

Тот же Луцкевич, когда в 1919 г. поехал в Киев, ничего не имел против федерации с Советской Россией. У него была единственная просьба процедурного характера – чтобы сначала советская власть признала Белорусскую республику как независимую, а после он готов был вступить в федерацию.

Более того, в Третьей Уставной грамоте от 25 марта четко написано, что вопрос о дальнейших связях Беларуси с иными государствами решит Учредительное Собрание. Таким образом, БНР себя декларировала как не более, чем временное правительство. Она вела переговоры со всеми: немцами, поляками, литовцами, украинцами. Но больше всего были попытки договориться с Россией. Причем с Россией как красной, так и белой. С одной стороны, поехал Бурбис в Москву. Луцкевич через Украину вел переговоры с представителями большевиков в Киеве. С другой стороны, велась плотная переписка с руководством армии Деникина.

Некоторая часть, подчеркиваю, часть деятелей БНР была настроена антибольшевистски, хотя сами разделяли социалистические взгляды. Хоть сам Антон Луцкевич писал, что «большевизм – это единственный антидот, который может спасти Беларусь от страшной болезни под именем полонизация».

- Кто из деятелей БНР вам наиболее симпатичен и близок?

Из всех деятелей БНР мне наиболее симпатичен Вацлав Ластовский и его правительство БНР, пришедшее на смену Луцкевичу. Ластовский был единственным человеком прямого действия. Он реально организовал в 1920-1922 гг. антипольское, антиоккупационное партизанское движение на территории Западной Беларуси от Белостока до Столбцов. Причем он единственный, кто смог качественно организовать его финансирование, получая деньги от ОГПУ, литовских служб и, если не ошибаюсь, и от немецкого Абвера. Эти партизанские отряды героически воевали за освобождение Беларуси от белополяков.

- БНР и БССР: имеется ли преемственность между двумя проектами?

- У нас любят противопоставлять БНР и БССР. Это неправильно.

Во-перхвы, имеется преемственность на уровне идеологии. Потому что реально историческая БНР 1918-1925 гг. – это социалистический проект. Кроме большевиков были и другие социалисты: меньшевики, эсеры, народники. Поэтому, если брать первую конституцию ССРБ (название БССР в 1919 г.) и сопоставить с Уставными грамотами БНР, то можно увидеть сходство принципов, философии и ценностей.

Во-вторых, имеется преемственность в понимании создания и развития белорусской государственности. Преемственность есть в понимании культурной политики, в том, что белорусская культура должна развиваться и получать высокие формы. Преемственность также имеется и в понимании белорусской субъектности. Как в БНР, так и в БССР есть понимание, что белорусы – это нация, которая имеет право на самоопределение, самореализацию на своей земле.

Вообще, все белорусское движение вышло из БСГ (Белорусская социалистическая громада) или еще каких-либо социалистических организаций. Правых ни в БНР, ни в БССР не было. Создатели БНР и БССР вместе социализировались, бок о бок жили, росли, в большинстве были левыми революционерами. Поэтому границы между ними такой не было. Эсеры, может, и не очень любили большевиков, но это им не мешало подписать договор о совместной партизанской борьбе против поляков в Западной Беларуси в 1920-е гг.

Более того, когда Луцкевич и все правительство БНР переехало в Гродно, и до них дошла информация, что Жилунович провозгласил ССРБ, у них была огромнейшая радость. Антон Луцкевич в своем дневнике тогда же и написал: «Все наши возбужденные и радостные, готовы ехать, работать и помогать». Т.е. для них самое главное было реализовать белорусскую государственность.

В 1921 г. Сталин и Чичерин поняли, что геополитическая ситуация, в которой оказалась Польша, оккупировав Западную Беларусь и Западную Украину, дает хороший шанс советской власти в том случае, если она идет навстречу белорусской и украинской государственности на советской основе. Потому что было понятно, что поляки никакой государственности ни в каком формате белорусам и украинцам не предоставят.

Что и оказалось справедливым. Поэтому, когда мы говорим о политике белорусизации и коренизации, то подразумеваем, что эта политика является продолжением решения десятого съезда РКП(б). Уже никто и никогда от имени партии большевиков не ставил под сомнение существование белорусской и украинской нации. Сталин в 1921 г. сказал, что не сомневается в самобытности белорусской нации с ее языком, культурой и правом на самоопределение.

Деятели БНР смотрели с восторгом на белорусское национальное строительство БССР вокруг Минска. Клавдий Душ-Душевский, автор бело-красно-белого флага, писал, что круги БНР сейчас гниют, а настоящая белорусская жизнь происходит в Минске, в БССР. Вацлав Ластовский писал, что большевики доказали, что создают белорусскую национальную государственность. И все это привело круги БНР, выбравшие важность государственности, к консенсусу с БССР, с которой они до этого некоторое время спорили.

В 1923 г. полпред СССР в Варшаве Александр Ульянов пригласил Антона Луцкевича к себе и спросил, что с точки зрения Западной Беларуси было бы правильно сделать в Восточной Беларуси. И Луцкевич озвучивает следующие пункты: развернутая культурная работа, включение этнических белорусских территорий в БССР, создание в БССР армии по территориальному принципу, служба в БССР для жителей БССР и политическая амнистия деятелям БНР. Все это было реализовано в БССР.

В 1923-1924 гг. шла подготовка к ликвидации БНР и передаче правопреемства ею БССР. В это же время проходили и поездки деятелей БССР Михася Чарота и Жилуновича к членам правительства БНР в странах Европы, шли контакты руководства БССР с руководством БНР во главе с Цвикевичем. Это показывает, что до 1925 г. символическую, репрезентативную функцию БНР в БССР признавали.

Как результат, в 1925 г. проходит Берлинская конференция – очень важное, знаковое событие во всех отношениях. На этой конференции собирается правительство БНР и голосует за самороспуск.

Против этого решения был только один голос – Захарко, который после сам себя нарек президентом и репрезентировал как единственный БНРовец. После в торжественной обстановке Жилуновичу и полпреду СССР Ульянову были переданы мандаты БНР. Это широко освещалось в прессе. Правительство БНР признало Минск единственным центром белорусского возрождения. Назвала всех тех, кто будет вести борьбу в любых формах против БССР, врагами белорусского народа, не признала Рижский мирный договор и продекларировала, что только БССР может освободить Западную Беларусь «от польского ига».

Таким образом, с 1925 г. Советская Беларусь де-юре и де-факто является полным правопреемником этой государственной традиции. После 1925 г. никаких легитимных правительств БНР не существует.

Есть еще один факт. До 1925 г. ОГПУ вела негласный надзор за деятелями БНР, представлявшими реальную опасность для сохранения стабильности в Советской Беларуси. Но после конференции БНР в Берлине вся разработка была остановлена.

Большинство деятелей БНР приехало в Минск, получило высокие должности, кто-то в Академии наук, кто-то в наркомате. Все они работали на славу Родины, подчеркну, БССРовской Родины, с мечтой о воссоединении Западной Беларуси с БССР на одной территориальной основе.

Потом произошел трагический 1937 год, и в одни и те же могилы легли как создатели БНР, так и отцы БССР. И те, и другие служили белорусскому народу.

Поэтому мы должны понимать, что БНР – это один из первых шагов белорусской государственности, во многом неуспешный и параллельный Белнацкому. Белнацком переиграл БНР, поставив четко на большевиков и Советскую Россию. Все реальные политики в БНР это поняли и сложили свои полномочия в пользу БССР.

- А как же деятельность Захарко и Кречевского, объявивших себя представителями БНР?

- Есть конфронтационные фейковые истории, когда пражская белорусская рада, которая сотрудничала с Гитлером, объявляется якобы радой БНР. Это чушь и неправда. Захарко и Кречевский выкрали печать и архив БНР, но от этого легитимней эти самозванцы не стали.

После 1925 г. в принципе никакой БНР и не было. Все знали, что Рада БНР передала свои полномочия БССР.

Правительством Чехословакии организация Захарко и Кречевского была зарегистрирована как Белорусская рада в Праге. Никто и никогда ее не воспринимал как правительство.

- Насколько правомочно называть кружок Ивонки Сурвиллы БНР? Имеет ли он на это право? И насколько деятельность этого кружка соответствует принципам трех уставных грамот БНР?

- То, что создал коллаборационист Микола Абрамчик в США в 1947 г. под брендом БНР, является полнейшей фикцией. Никакого отношения к традиции БНР она не имеет.

Здесь нужно знать предысторию этого фейка. Великая Отечественная война. Немцы оккупируют Беларусь. Пражская рада Захарко благодарит Гитлера за якобы «освобождение» Беларуси от большевиков.

Белорусские предатели-коллаборационисты не использовали название БНР с 1941 по 1944 гг. Под контролем немцев была создана Белорусская центральная рада (БЦР) во главе с Радославом Островским. Небольшая часть деятелей бывшей БНР действительно стала коллаборационистами. После освобождения Беларуси в 1944 г. они все вместе с оккупантами бежали в Германию, а после – в США.

Так как БЦР во главе с Островским уже сильно себя замарала, была выбрана забытая тогда аббревиатура БНР и приглашены менее светившиеся в коллаборационизме люди, которые по совету новых своих хозяев и создали псевдораду якобы БНР. Что и сделал Микола Абрамчик.

Сегодня в распоряжении у исторической науки находится переписка, участники которой из создателей этой фейковой БНР прямо пишут о том, что все это не имеет никакого отношения к реально существовавшей в 1918-1925 гг. БНР.

Все это было нужно просто для репрезентации и легализации на Западе, а также для легитимации собственных фейковых претензий к БССР.

Эта фейковая псевдорада псевдоБНР, которую сегодня возглавляет Ивонка Сурвилла, в конце 1940-1950-х гг. занималась тем, что выдавала свидетельства БНР, до середины 1950-х гг. забрасывала в БССР диверсантов из числа бывших полицаев для проведения подрывной деятельности на территории Беларуси. За это она получала немалые деньги. Эта организация Абрамчика-Сажича-Сурвиллы никакого отношения к настоящей БНР не имеет.

Эти господа избирали президентов своей фейковой БНР. Однако никаких президентов в настоящей БНР не было. Такую должность никто и никогда не вводил. Эти товарищи придумали сказку, что якобы Захарко являлся президентом БНР и передал в наследство это президентство Абрамчику. Над этим смеялись и сами коллаборационисты из БЦР. Абрамчика в миграционной печати называли псевдопрезидентом. БЦРовцы спрашивали, какая это у Абрамчика БНР, если БНР признала БССР, передала ей свои властные полномочия еще в 1925 г. и самораспустилась.

Со стороны кружка Ивонки Сурвиллы имела место мистификация, что якобы альтернативой БССР была БНР.

Что до смерти Захарко все четко функционировало. После с 1943 по 1947 гг. был маленький перерыв. И Микола Абрамчик якобы получил наследство БНР, хотя соответствующего письма никто не видел. Существует копия, написанная якобы рукой Захарко.

Поэтому после 1925 г. говорить о каком-то правительстве на «чужбине» не приходится. Когда пару месяцев назад ко мне подошла коллега по депутатскому корпусу Елена Анисим с предложением поехать к Ивонке Сурвилле, я ей объяснил, что мои деды партизанили и потом брали Кенигсберг, держа на прицеле всех этих полицаев. Этих полицаев было в Беларуси не более 3% от всего населения. Абсолютное большинство воевало за реальную, а не фейковую Беларусь: в белорусских партизанских отрядах и в рядах Красной армии.

Если говорить о белорусской традиции, то мы должны говорить полную правду про то, что происходило на оккупированной территории. Что делали литовские, украинские, латвийские, белорусские коллаборационисты, что творила в том числе и польская Армия крайова. Нужно говорить честно, что и как было.

- Какова связь между радой БНР Абрамчика, Сажича, Сурвиллы и западными спецслужбами в годы холодной войны?

- Связь была максимальной. Организацию Абрамчика-Сажича раскручивали западные спецслужбы по полной. Запад их обелил. Поддерживал про них фальшивые истории о том, что якобы они боролись как против большевизма, так и против нацизма, и якобы создавали разные формы сопротивления немцам на территории оккупированной Беларуси.

- Почему сегодня имеются такие споры вокруг БНР в белорусском обществе?

- Нынешние политтехнологи, будь то ультрарадикальные прозападные оппозиционеры или их антиподы, сторонники партийно-советской трактовки, рисовали БНР и все, что с ней было связано, как антисоциалистический проект, противопоставляя его советской власти. На самом деле этого не было.

Есть две истории КПСС, как я говорю. Есть одна старая партийно-советская трактовка, и есть БНФовская, ничем не отличающаяся от предыдущей, только знаки «-» изменившая на «+». Но ни то, ни другое не наука, а примитивная агитка и пропаганда. Самое страшное, что эта пропаганда сеет ненависть в душах, сердцах и умах людей. И вместо того, чтобы объединять, строит баррикады посреди единого национального тела. Если мы за консолидацию, то мы должны непредвзято, честно и объективно об этом всем говорить.

Пропаганда же – это политические технологии, когда в угоду каких-то идеологических и других предпочтений выбираются те части политических событий, которые им соответствуют, создают вокруг них мифологемы, и при помощи СМИ создается абсолютно неправдивый, лживый образ якобы альтернативной Беларуси.

Идейные наследники полицаев никогда не навяжут белорусскому народу свою волю и представления о своем прошлом. Даже если посмотреть на последние социологические исследования в среде молодежи, это пока не проходит. Пока. Но это не означает, что нужно уже расслабляться. Мы должны спокойно, без фанатизма объяснять, что является составной частью белорусской традиции.

- Следует ли современному белорусскому государству поднять вопрос о законности использования бренда БНР этой организацией?

- Я считаю, что да.

Нужно проработать этот вопрос юридически и обратиться к правительству США, чтобы оно дало указание своими гражданам перестать называть себя правительством БНР. Это не соответствует действительности.

Особенно некрасиво, когда они еще осмеливаются давать оценку процессам в Беларуси. Это не умно, а отвратительно.

Поэтому позиция однозначна. Коллаборационисты – это совершенно другая история.


Беседовал Петр Петровский

 

 

Комментарии
26 Августа
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Назначение послом России в Беларуси Михаила Бабича означает новый этап в российско-белорусских отношениях.

Инфографика: Военно-морские силы США в Европе
инфографика
Цифра недели

$33,2 млрд

составил объем промышленного производства в Беларуси в январе-августе 2018 г. Это на 7,1% больше, чем в январе-августе 2017 г. – Белстат