02 Января 2018 г.

Распад или расширение? Будущее Евросоюза в 2018 году

Распад или расширение? Будущее Евросоюза в 2018 году

В новый 2018-й год Европейский союз вступает с проблемами, накопленными в предыдущие годы, но способными коренным образом изменить его будущее. Новый год станет значимым и лично для главы Еврокомиссии Жан-Клода Юнкера. Он агитирует за глубокие реформы и продолжение интеграции. Однако времени остается немного – в 2019 г. будет сформирован новый состав Комиссии.

Все существующие сложности, возникшие из-за множественных кризисов, можно рассматривать как общую проблему дезинтеграции ЕС, которая состоит из ряда других проблем, имеющих долгосрочный характер. Важно, что 2017 г. не решил их, но именно в уходящем году были намечены пути их преодоления в среднесрочной перспективе, прежде всего, в отношении продолжения интеграционного движения, еврозоны, миграционного кризиса, взаимодействия с другими странами на мировой арене. Наиболее спорной следует назвать проблему расширения ЕС.

Дезинтеграция Евросоюза


Проблема дезинтеграции ЕС сохранит свое значение и 2018 г., невзирая на победы Эммануэля Макрона и Ангелы Меркель на выборах, и заявления Юнкера о том, что странам-членам ЕС необходимо сплотиться до середины 2020-х гг. Ключевыми факторами, определяющими контуры дезинтеграции, остаются брекзит, миграционный кризис, необходимость реформирования еврозоны, конкуренция между Францией и Германией, бунтарские настроения восточноевропейских государств, рост крайне правых и региональных сепаратистских движений. Причем от последних, невзирая на их про-европейский характер, Брюссель предпочитает дистанцироваться, чем сам наносит себе дополнительный удар. А экономическая и социальная ситуация в большинстве стран-членов ЕС развивается в таком направлении, что с каждым годом число евроскептиков среди избирателей прибавляется. Особенно эта проблема значима в крупных экономиках ЕС – Нидерландах и Франции.

В то же время, проблема европейской солидарности показывает, насколько существенны риски дезинтеграции. Уверенность граждан в ЕС постоянно сокращается. Но самое важное, что уверенность в ЕС именно в странах еврозоны ниже, нежели в тех, что в нее не вошли. А четверть населения уверенно переходит в лагерь популистов различного толка, что меняет политический ландшафт стран-членов и Европарламента, в котором с каждым годом становится все труднее искать компромиссы. А проблема политической поляризации европейских обществ ведет к обострению множества конфликтов идентичностей.

Экономический кризис


Проблема экономического и финансового развития останется важнейшим фактором для ЕС в 2018 г.

Отсутствие внятной институциональной политики в отношении евро подчеркивает общую нестабильность. Еврокомиссия представила план для реформ в этой области на 2018 г. Он предусматривает создание поста министра финансов еврозоны и отдельный бюджет для стран еврозоны, а также реализацию 26 инициатив, разработанных в рабочей программе на 2018 г.

Одной из важнейших инициатив следует назвать долгосрочное планирование на период после 2020 г. Также упомянем реформы в области авторского права и работу по привлечению прямых иностранных инвестиций. Определенные подвижки в этом вопросе важны для формирования солидарности стран еврозоны.

Еще одна задача – создать механизмы преодоления дисбалансов в экономике между странами, входящими в еврозону. Помимо этого, разрыв между регионами в разных странах остается еще более критическим, нежели между самими странами ЕС.

Брекзит также оказывает негативное влияние на экономическое развитие интеграционной группы. У ЕС остается год на согласование процедурных вопросов, поскольку выход Соединенного Королевства из ЕС состоится в 2019 г. При этом механизмы брекзита остаются еще пока во многом непонятными. В 2018 г. ЕС придется преодолевать снижение курса евро к доллару, брекзит и связанную с ним неизвестность, а также усиление протекционизма в различных странах.

Миграционный кризис


Миграционные проблемы остаются существенными для ЕС, поскольку они не только дестабилизируют социальную, экономическую и политическую ситуацию в странах-членах, но и нарушают солидарность между ними. Достаточно вспомнить позицию Польши, Венгрии, Чехии и стран Прибалтики в отношении квот по приему беженцев.

Для решения данной проблемы, согласно Рабочей программе 2018-2020 гг., разработанной как часть программы «Горизонт 2020», предусматривается: партнерство не только между странами ЕС, но и с государствами, не входящими в интеграционное объединение. Запланировано выделение периодических денежных средств, начиная с €3 млн (общий бюджет миграционной политики на 2018 г. может составить €36 млн, на 2019 г. – €35 млн), включение усилий ЕС в глобальную политику в области миграций, реформирование режима по приему беженцев, а также внешнего измерения миграционной политики ЕС.

Расширение Евросоюза


Проблема расширения ЕС была поднята Юнкером как одна из ключевых в развитии интеграционного движения. Тем не менее, расширение ЕС вызывает споры, невзирая на заявления Юнкера о дальнейшем прирастании ЕС территорией Балкан.

Спорным является и вопрос о том, какими территориями прирастать. Так, восточноевропейские страны-члены ЕС делают акцент не на сотрудничестве ЕС с балканскими государствами, а на развитии отношений со странами постсоветского пространства в рамках Восточного партнерства. Однако на этом направлении возникли серьезные сложности, причем конфликты в некоторых странах-участницах дестабилизируют ситуацию не только в регионе, но и в Европе в целом.

Политика Восточного партнерства не способствовала профилактике радикализма и улучшению социально-экономического положения. Напротив, она привела к формированию долгосрочных негативных трендов, что, несомненно, бьет и по имиджу ЕС в целом.

Брюссель стремился создать круг дружественных государств, но создал конфликтные зоны, что говорит о некомпетентности и незнании региона, а также об ущербности идеи противостояния и соперничества с Россией, особенно с учетом того, что во главе политики Восточного партнерства стоят страны Прибалтики и Польша.

Теперь Брюсселю придется в корне менять свою политику и признавать интересы государств, участвующих в Восточном партнерстве, но только до определенной степени, ведь эта политика все равно будет блокироваться нежеланием ЕС учитывать роль России в регионе. К тому же, граждане самих стран ЕС не относятся положительно к идее ассоциации с государствами постсоветского пространства. Проблема реализации проектов Восточного партнерства заключается также в завышенных ожиданиях некоторых стран-участниц программы, которые необоснованно рассматривают свое участие в нем как право на получение денежной помощи из фондов ЕС.

ЕС в июне 2017 г. представил свое видение будущего Восточного партнерства в программе «Восточное партнерство – 20 ожидаемых результатов к 2020 г.», которая подтверждает, что ЕС намерен способствовать реформам во внутренней политике стран-участниц, но не готов принять их в состав ЕС или оказывать полномасштабную финансовую поддержку.

Поэтому можно предположить, что разногласия в отношении проекта будут только нарастать в следующем году. И совершенно нереалистичными выглядят идеи расширения ЕС на эти территории. Но политика ЕС в этом регионе все в большей степени превращается в политические маневры, попытки возглавить процесс демократизации постсоветского пространства для решения торговых, экономических и энергетических задач.

При этом Грузию, Украину и Молдову преподносят как пример успешной интеграции постсоветских стран в общее европейское пространство. Поэтому ЕС в ближайшей перспективе сосредоточится в большей степени на Беларуси, что важно в контексте противостояния ЕС влиянию России.

Однако инструментами для этого будут не столько конкретные программы экономического плана, сколько проекты, связанные с продвижением демократии и расширением информационного воздействия на умы простых граждан, о чем было заявлено в рамках нескольких встреч под эгидой Восточного партнерства в 2017 г.

Роль Евросоюза на международной арене


Проблема глобального позиционирования ЕС рассматривается как инструмент комплексного решения ряда задач. Для укрепления и формирования тренда экономического и политического роста ЕС стремится войти в Азиатский регион, прежде всего – в Центральную Азию, где мы будем наблюдать увеличение присутствия ЕС в следующем году.

ЕС в этом отношении подготовился, заключив соответствующие соглашения с заинтересованными партнерами. Например, Брюссель опирается на заключенные соглашения с Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Узбекистаном, Туркменистаном, которые нацелены на участие ЕС в области образования и деятельности СМИ. Таким образом, европейская дипломатия находится на стадии формирования своего имиджа в регионе. Соответственно, в основном этим он продолжит заниматься в 2018 г., также продвигая в качестве повестки вопросы безопасности и энергетической логистики.

При этом ЕС позиционирует себя как глобального игрока в Азии, поэтому с интересом взирает и на Юго-Восточную Азию, опираясь на План действий АСЕАН-ЕС, рассчитанный на 2018-2022 гг. В этом же направлении предлагаются дискуссии в формате встреч «Азия-Европа» и в G20, причем в центре подобных встреч находится повестка безопасности, свободный доступ к энергоносителям, а также экономическое взаимодействие в рамках соглашения о свободной торговле АСЕАН-ЕС.

Особенными для ЕС в 2018 г. будут отношения с Китаем. Между Европейским инвестиционным банком и Фондом Шелкового пути был подписан Меморандум о взаимопонимании, который не только помогает диалогу, но и способствует развитию малого бизнеса в ЕС. Соответственно, последний чрезвычайно заинтересован в китайских инвестициях.

Интересно, что согласно Глобальной стратегии ЕС, среди стран, с которыми необходимо наращивать экономическое взаимодействие, названы Бразилия, Россия, Индия, Китай и Мексика, т.е., за исключением Мексики, практически все страны-члены БРИКС. При этом отношения с Россией там названы ключевым стратегическим вызовом, что, конечно, означает готовность ЕС продолжать взаимодействие, но только в конкретных сферах и по конкретным вопросам.

Таким образом, в 2017 г. ЕС не решил стоящих перед объединением проблем, но наметил пути их преодоления. Следующий год можно рассматривать как знаковый, так как от эффективности действий институтов ЕС будет зависеть 2019 г. – год выборов в Европарламент, который может преподнести сюрпризы.


Наталья Еремина, д.полит.н., доцент кафедры европейских исследований СПбГУ

Комментарии
20 Июня
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Прибытие всех первых лиц России в Беларусь стало не только нарушением принятой практики, но и явным сигналом – демонстрацией особого доверия союзнику. Состоявшийся в Минске Госсовет Союзного государства имеет далеко идущие последствия для двух стран.

Инфографика: Военно-морские силы США в Европе
инфографика
Цифра недели

$18,8 млрд

составил объем взаимной торговли товарами в ЕАЭС в январе-апреле 2018 г. Это на 16% больше, чем товарооборот за аналогичный период 2017 г.