28 Августа 2017 г.

Разочарование болонским процессом. Как изменится система образования в Беларуси?

Разочарование болонским процессом. Как изменится система образования в Беларуси?
Президент Беларуси Александр Лукашенко в школе №56 в Минске.
Фото: ytimg.com

24 августа в Минске завершился республиканский педагогический совет. Выступавшие на заседании Президент Беларуси Александр Лукашенко и министр образования Игорь Карпенко сосредоточили свое внимание на конкретных изменениях в действующей системе образования. Это уже далеко не первая трансформация образовательной модели Беларуси за последние 20 лет. Что вынудило президента и профильного министра поднять вопрос о реформе образования именно сейчас? Каковы перспективы у реформ? Об этом и не только в материале сопредседателя редакционного совета «Евразия.Эксперт» Петра Петровского.

Постсоветский синдром белорусского образования


Молодая независимая постсоветская Беларусь получила в наследство достаточно высококачественную образовательную модель СССР, опыт которой брали на вооружение многие страны. Однако данная система имела и свой недостаток. Она являлась достаточно затратной и не имела дифференцированного подхода к учащимся. Последний фактор приводил к усредненному отношению ко всем и отсутствию профильного образования. Большие же затраты поставили перед молодым государством вопрос оптимизации системы, ее удешевления.

Также нельзя снимать со счетов и фактор геополитической ломки. На кого равняться молодой Беларуси в образовании, если даже близкий ее союзник Россия в 1990-е гг. копировала элементы образовательных систем стран Запада?

Поэтому многочисленные предложения и реформы, проводимые в 1990-е и 2000-е гг. можно назвать «шараханьем» между финансовой оптимизацией, сохранением эффективности и встраиванием в новые геополитические реалии.

Так в Беларуси появилось профильное образование в виде лицеев и гимназий, десятибалльная система, сначала переход, а после и отказ от двенадцатилетней системы, а также переход с шестидневной к пятидневной учебной неделе. В список можно включить также сокращение некоторых предметов (Международная художественная культура и др.) или курсов (обществоведение на один год) и уменьшение часов практически по всем предметам. Первая ступень высшего образования была сокращена с пяти до четырех лет. Была введена вторая ступень высшего образования – магистратура, академические часы сокращали, порой радикально. Особенно сильно подобные действия были произведены в стане базовых общеобразовательных дисциплин высшей школы, которые в основном состоят из гуманитарных классических предметов (философия, социология, логика, риторика, латинский и древнегреческий языки и пр.). Последняя реформа привела к созданию так называемых блоков, совмещающих в один курс различные предметы с минимальным выделением часов на их преподавание, что означало свертывание классических подходов к университетскому образованию.

Немалую роль в этих действиях сыграла порой нечеткая позиция Беларуси к болонскому процессу. В зависимости от взглядов новоназначенного министра Беларусь то держала курс в болонскую систему, то отказывалась в нее вступать. В конечном итоге в 2015 г. Беларусь последней из стран Европы вступила в болонский процесс.

К вышеприведенному списку можно добавить и передачу доселе несвойственных школам и вузам функций в результате оптимизации и экономии, что привело к излишней бюрократизации и перегруженности графиков работников сферы образования.

Все это свидетельствует об отсутствии стратегии в области образования и воспитания. В постсоветской Беларуси, и это нужно признать, пока не знают, что именно хотят получить от образования. И это понятно. Образование является той сферой, которая в большей степени, нежели другие, зависима от ценностных установок и ресурсов. Ведь, вкладывая в образование, государство фактически вкладывает инвестиции, которые окупятся в лучшем случае через лет тридцать, когда новые поколения будут реализовывать себя. Беларуси же как государству, потерявшему идеологический советский стержень марксизма-ленинизма и не имеющему свободных ресурсов, приходилось находить путь построения собственной образовательной системы наощупь. Это как раз и выразилось в приведенных примерах нестабильности всей системы образования и эклектизма тех реформ, которые были реализованы.

Реформы руками коммуниста


Отставка Михаила Журавкова с поста министра образования в конце 2016 г. и назначение на этот пост лидера Коммунистической партии Беларуси Игоря Карпенко оказались для многих неожиданностью. Либеральная часть белорусского экспертного пространства достаточно жестко критиковала данное кадровое решение и высказывала, порою в острых формах, все свое негодование. Президент знал о возможности подобной реакции, но пошел на назначение. И здесь имеются несколько причин выбора именно Игоря Карпенко. Во-первых, предыдущие министры образования проводили в жизнь на протяжении пяти лет политику внедрения западных образовательных стандартов, особенно в высшей школе. Итогом всему этому стало вступление Беларуси в болонский процесс, на счет которого в кругах управленцев и части экспертов имелись справедливые опасения. Здесь и проблема «утечки мозгов», и реальность конкретных бонусов, которые смог бы получить от болонского процесса конкретный студент и вся страна в целом.

Два года нахождения в болонской системе привнесли в образовательную среду Беларуси некоторое разочарование. Академический обмен в большинстве случаев был направлен на направления гендера, прав человека, европейских ценностей и т.д. В фундаментальных и прорывных сферах никаких положительных эффектов от болонского процесса не наблюдалось.

Во-вторых, фактор самого президента Беларуси, который вольно или невольно столкнулся со всеми плюсами и минусами системы образования не понаслышке, а через обучение собственного младшего сына в школе. Поэтому Александр Лукашенко стал намного больше внимания уделять вопросам системы образования не только как президент страны, но и как родитель. Быть может, в том числе негативное ощущение опыта некоторых реформ на собственном ребенке числе и заставило президента сделать кадровые перестановки.

В-третьих, из года в год в стране наблюдается ухудшение качества выпускников школ, уменьшение проходных балов поступления в вузы. Этого тоже нельзя не заметить. И это несмотря на политику облегчения содержания самих тестов.

При этом наличие платной формы образования фактически привело к всеобщему высшему образованию, опустив уровень как его качества, так и профессионально-технического среднего образования. Все это указывает на неминуемое падение качества выпускаемых специалистов, а значит ставит вопрос об эффективности самой ступени.

В этих условиях назначение коммуниста Игоря Карпенко стало итогом разочарования нововведениями и определенным консервативным реверансом в сторону советской системы образования, сторонником которой является новый министр.

Перспективы изменений


После назначения министр образования совместно с депутатами Палаты Представителей начали работать над изменениями в системе образования. Основной задачей сегодня видится как раз преодоление тех ошибок и неверных действий, которые совершались в системе образования на протяжении последних двух десятилетий. В ходе республиканского педагогического совета этим вопросам было уделено наибольшее внимание.

1. Дошкольное образование

Главной проблемой дошкольного образования является дефицит кадров. Эту проблему косвенно признал и президент Беларуси, говоря о переполненных группах в 30 и более человек и маленьких зарплатах. К слову, изменение последнего фактора должно простимулировать работников дошкольного образования оставаться на своих местах, уменьшить текучку кадров и сделать данную профессию более привлекательной для граждан.

2. Трансформация школы

В отношении школы у руководства страны возникли вопросы по поводу эффективности предыдущих преобразований. Среди депутатов даже высказывались идеи возврата к пятибалльной системе. Однако эту идею на педсовете раскритиковал сам президент.

Проблема оценки знаний во многом сегодня исходит из зависимости школ, гимназий и лицеев от рейтингов и проверок, которые фактически диктуют учителям планку усреднения оценки знаний.

На деле из десятибалльной сегодняшняя система превратилась в пятибалльную, где негласно не рекомендуется ставить оценки ниже 4 и выше 8 баллов. Получается определенная серая масса, не привлекающая внимание контрольных органов и помогающая держать планку школе в региональных рейтингах успеваемости. В выпускных же классах из-за введения учета среднего балла аттестата при поступлении наблюдается проблема завышения оценок и необъективного оценивания выпускных экзаменов. Этот вопрос поднял и министр Игорь Карпенко, предложив создать независимый орган по проведению и оценке выпускных экзаменов по курсам базовой и средней школы.

Вторая проблема – это неравномерное распределение учеников всех уровней успеваемости по учреждениям образования. Создание гимназий различных профилей породило концентрацию наиболее успевающих учеников именно в них. Простые школы лишились учеников с высокой успеваемостью. Поэтому в середине 2000-х гг. многие школы пошли на создание многочисленных профильных и специализированных классов. Данный процесс получил такой всеобщий характер, что в 2008 г. было решено ликвидировать любую профильность классов внутри общеобразовательных школ.

Теперь же министр образования Игорь Карпенко (и здесь сказалась его принадлежность к КПБ) усомнился в целесообразности наличия такого большого количества гимназий. Во-первых, возникает вопрос о соответствии многочисленных учреждений, имеющих такую вывеску, уровню гимназического образования. Во-вторых, сама форма отбора при помощи экзаменов после начальной школы вызывает сомнение. Насколько осознанным является выбор ученика, поступающего в гимназию? Или это выбор родителей, которые порой не советуются с ребенком и даже не спрашивают его о перспективах учебы в гимназии? Все это призвано решить введение личного собеседования с ребенком, в ходе которого должен быть определен уровень осознанности его решения по поступлению в гимназию.

Третьим негативным фактором школьного образования являются учебники. Отсутствие четкой стратегии, переход с шестидневки к пятидневке, с одиннадцатилетки на двенадцатилетку и наоборот, сокращение часов, оптимизация программ, изменение концепций привели к тому, что учебные пособия менялись чуть ли не раз в один два года.

Все это приводило к нестабильности преподавания и отсутствию четких требований и критериев образовательной эффективности.

К написанию учебников привлекались в основном представители академической науки. Это стало главной проблемой постсоветского образования. До распада СССР большинство учебных пособий, за исключением белорусского языка, литературы и истории БССР, разрабатывались в Москве. После 1991 г., за неимением опыта, разработку национальных учебников передали академическому сообществу. Ошибка, заключающаяся в отсутствия педагогов-практиков в коллективах авторов, быстро выявилась. Сложность и непонятность учебных пособий также стимулировала министерство образования из года в год переписывать их. Теперь президентом и министром образования поставлены задачи создать новые учебники к 1 сентября 2019 г., а к их написанию обязательно должны быть привлечены учителя-практики.

3. Среднее образование

В 2000-е гг., из-за введения платной формы высшего образования, оно стало доступным при наличии финансов каждому практически вне зависимости от уровня подготовленности абитуриента. В середине 2000- х гг. в среде некоторых экспертов и чиновников стали поговаривать о введении всеобщего высшего образования. Однако сам факт расширения сферы высшего образования привел к снижению популярности среднего и профессионально-технического образования. В заведения этой направленности стали поступать в основном учащиеся из малообеспеченных семей или с плохой успеваемостью.

Востребованность на рынке труда специалистов с профессиональным средним образованием осталась достаточно высокой. А вот предложение резко упало как в качестве, так и в количестве.

Произошел сдвиг. Переполненный рынок лиц с высшим образованием стал удовлетворять рынки специальностей профессионально-технического и среднего образования. Появились юристы-строители, экономисты-мерчендайзеры. Все это требует изменения в подходе к среднему образованию. Игорем Карпенко были высказаны следующие предложения:

а) сделать среднее образование обязательным, т.е. каждый ученик в 9 классе будет вынужден либо оставаться учиться 10-11 классах, либо поступать в средне-специальные учреждения;

б) унифицировать среднее образование по образцу колледжей;

в) уменьшить наборы в вузы и сократить их количество в стране, что должно освободить часть абитуриентов для поступления в средне специальные учебные заведения.

4. Вузы

Интеграция в болонский процесс, полный переход на четырехлетнее обучение на первой ступени образования, а также невыверенная политика количества подготовки тех или иных специалистов привели к конкретным диспропорциям в вузах. Сегодня имеет место дублирование многочисленных специальностей в различных вузах страны. Также 1990-е гг. породили множество новых высших учебных заведений, и их число значительно превышает потребность в них. Поэтому рынок труда переполнен юристами и экономистами.

Министерство образования предлагает упорядочить выпуск специалистов тех или иных специальностей, сделать вузы профильными, отказаться от дублирования. Это сократит сами наборы в вузы. Также предлагается сократить количество самих вузов, которые сегодня находятся даже в районных центрах.

В-третьих, на особенно важные и ответственные специальности предлагается сохранить пяти- и шестилетнее образование. Министр образования высказал идею сохранить для бакалавров в том числе и наименование специалист.

5. Послевузовское образование

Ухудшение уровня общевузовской подготовки дает о себе знать и на уровне послевузовского образования. При этом аспирантура еще потерпела и от введения второй ступени высшего образования – магистратуры. В магистратуру была переведена сдача кандидатских экзаменов, что само по себе нарушает логику вузовского и послевузовского образования. Предлагается вернуть кандидатские экзамены в аспирантуру, а магистратуру сориентировать на тех программах, которые характерны для второй ступени высшего образования.

Также страдает и качество самих диссертаций, начиная с выбора тем. Поэтому в перспективе докторантуру предложено перевести на грантовую основу. Это должно содействовать актуализации тематики на уровне самого зачисления в докторантуру и связывать его с потребностями и заказами государства.

Интеграционная перспектива


Еще один аспект белорусского образования не обсуждался на педсовете, но активно обсуждается в профильном министерстве. Это вопрос использования интеграционных механизмов Союзного государства (СГ) в качестве аспекта и механизма модернизации образовательной сферы. К сожалению, сегодня уровень интеграции систем образования Беларуси и России больше связан с формальными обязательствами признания дипломов, аттестатов, перевода пятибалльной системы оценки в десятибалльную и наоборот. На сегодняшний день наши системы образования имеют недостаточный объем академического обмена, совместных образовательных программ по различным специальностям. Отсутствуют координация и совместные действия по подготовке специалистов.

На фоне общего разочарования болонской системой сегодня имеется хорошая почва по выработке координации систем образования в рамках СГ.

Этой осенью готовится встреча министров образования двух стран, где запланировано подписание документа по координации образовательной политики и углублению сотрудничества между двумя министерствами.


Петр Петровский

Комментарии
Инфографика: Военно-морские силы США в Европе
инфографика
Цифра недели

$6,7 млрд

составил объем иностранных инвестиций в реальный сектор экономики Беларуси за первые 9 месяцев 2017 г., что на 6,4% больше, чем за аналогичный период 2016 г. Основными инвесторами выступили компании из России (40,6%), Великобритании (26,6%) и Кипра (7,1%) – Белстат