12 Июля 2017 г.

Сессия ОБСЕ – дипломатический успех Минска?

Сессия ОБСЕ – дипломатический успех Минска?
Александр Лукашенко на заседании Парламентской ассамблеи ОБСЕ в Минске

В Минске завершилась 26-я сессия Парламентской Ассамблеи ОБСЕ. Сессия впервые прошла в Беларуси, что само по себе стало очень важным и знаковым для республики. Какие выводы можно сделать по итогам сессии и что она дала для Беларуси?

Контекст


В первую очередь следует отметить, что к прошедшей сессии было приковано действительно большое внимание. Не в последнюю очередь это было связано с тем, что она проходила в довольно сложной внешнеполитической обстановке, а также в условиях наметившегося позитивного тренда  в российско-белорусских отношениях. Но, несмотря на успехи того же Форума регионов Беларуси и России, несмотря на очевидное преодоление тех трудностей, которые мы наблюдали по вопросам энергоносителей еще несколько месяцев назад, тема внешнеполитического курса Беларуси по-прежнему остается довольно острой для многих в России.

Зачастую, и в последние дни перед сессией ОБСЕ это проявилось с новой силой, звучат голоса о том, что Беларусь не находится в фарватере российской политики и должна сделать выбор между Россией и Западом. Однако подобные шаги Минска сегодня вряд ли возможны.

Сессия ОБСЕ наглядно продемонстрировала, что Минск добился очевидных успехов на западном направлении своей политики. Их сложно назвать каким-то стратегическим прорывом, но ясно, что политика мягкого проникновения и привлечения, которую использует Запад в отношении Минска, продолжается, и до некоторой степени устраивает белорусские власти.  

Достижения Минска


На сессии ПАСЕ произошло несколько знаковых событий. Прежде всего, Беларусь отказалась поддержать российскую делегацию по вопросу об украинской резолюции о восстановлении суверенитета Украины. Многими в России, судя по публикациям в СМИ, это воспринято довольно болезненно, однако в обстановке недавних успехов на двустороннем уровне вопрос этот, тем не менее, не так сильно акцентировался. Сам факт подчеркнутого нейтралитета Минска вызван несколькими причинами.

Во-первых, Минск продолжает налаживать отношения с Западом (прежде всего – с ЕС) и это, несмотря на сохраняющийся приоритет российского направления, видимо уже не краткосрочный тактический, а стратегический тренд.

При этом Минску удалось сохранить отношения как с Украиной, так и со многими другими странами постсоветского пространства, с которыми у Москвы сложные отношения. Это дает Беларуси свободу маневра и лежит в русле диверсификации политической и экономической активности.

Кроме того, Беларусь по определению не может, как и другие страны региона, поддержать все, что связано с сецессией на постсоветском пространстве. Даже несмотря на то, что объективная реальность, а также открытое волеизъявление в Крыму и обстановка на Донбассе показывают, что те процессы, которые происходили и происходят там, были вызваны объективными факторами, а во многом – и самой  политикой Киева в постсоветский период.

Нельзя не отметить и весомость аргумента о том, что Минск сегодня является переговорной площадкой, которая сама по себе позволила белорусскому руководству избежать каких-то однозначных шагов по украинскому вопросу. Действительно, раз уж площадка функционирует, то ее наличие предполагает некий объективизм ее хозяина и вынесение обсуждаемого на переговорах за рамки остальной повестки дня.

Важным успехом белорусской стороны стала фактическая нейтрализация попыток Литвы продвинуть антибелорусскую резолюцию, а также тот факт, что Литве не удается в полной мере вынести тему строительства Белорусской АЭС (БелАЭС) на всеобщее обсуждение.

Симптоматично, что позиция Литвы не встретила поддержки у многих представителей западных государств, которые ранее не были замечены в явных симпатиях к Беларуси и к Александру Лукашенко. Это свидетельствует о глубокой периферийности политики Литвы и ее места в ЕС, несмотря на всю ее активность в вопросе об БелАЭС.

Также ясно, что остается в силе тактика Запада по вовлечению Беларуси, в рамках которой ради стратегической перспективы Запад не хочет размениваться на отдельные тактические противоречия. 

Безусловно, тема АЭС еще много раз может всплыть и получить более широкое международное звучание, она может использоваться в качестве потенциального элемента давления, но не в нынешней ситуации. Пока же явно видно, что противоречия по АЭС остаются скорее прерогативой двустороннего трека Минск- Вильнюс.

Доказательством того, что сессия для Минска прошла успешно, явилось и то, что принятая резолюция о внутриполитической ситуации и проблемах демократии в Беларуси, России и Азербайджане не вошла в итоговую декларацию.

А. Лукашенко стремился закрепить успех, выдвинув инициативу о запуске переговорного процесса «Хельсинки-2» в Минске. Это заявление стало симптомом того, Беларусь стремится развить успех на европейском направлении и в условиях, когда эффект от минской площадки утихает.

Поэтому Минск выступает с новыми инициативами, даже если для всех очевидно, что пока ни каком «Хельсинки-2» говорить в обозримом будущем не придется.

Выводы


В целом, итоги парламентской сессии ОБСЕ можно с уверенностью считать дипломатическим успехом Минска. Парламентариям удалось не допустить включения двух резолюций по сути антибелорусского содержания в итоговую декларацию. Запад, несмотря на нежелание Минска полностью идти на поводу у МВФ и осуществлять масштабные реформы и приватизацию, а также сохраняющиеся противоречия по линии прав человека (перед сессией ОБСЕ в Беларуси был освобожден ряд оппозиционных активистов, участников мартовских протестов), продолжает курс на налаживание диалога.

В этих условиях в еще большей степени важно осуществить на практике, а не оставить на бумаге, как это было много раз в ходе развития Союзного государства, те договоренности, которые были достигнуты между Москвой и Минском за последние полгода.

Ведь сегодня залогом сохранения стратегического союза между Москвой и Минском может быть только  развитие производственной кооперации и межрегионального сотрудничества, создание единого энергетического рынка, совместное участие в крупных инфраструктурных проектах.

А главным здесь является полное осознание приоритета сохранения Беларуси в качестве союзника России, а вовсе не упование на то, что налаживание отношений с Западом приведет к тому, что этот вопрос решится сам собой и роль Беларуси минимизируется.

Реализация такой «мечты» части российской элиты, которая привыкла называть себя либеральной, действительно приведет к постепенному разрыву связей, чего допустить ни в коем случае нельзя, особенно принимая во внимание тот факт, сколько времени уже было упущено за последние годы.


Александр Гущин, к.ист.н., заместитель заведующего кафедрой стран постсоветского зарубежья РГГУ

Комментарии
14 Ноября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Полностью отказаться от прибалтийских портов Беларусь не планирует.

Инфографика: Военно-морские силы США в Европе
инфографика
Цифра недели

$6,7 млрд

составил объем иностранных инвестиций в реальный сектор экономики Беларуси за первые 9 месяцев 2017 г., что на 6,4% больше, чем за аналогичный период 2016 г. Основными инвесторами выступили компании из России (40,6%), Великобритании (26,6%) и Кипра (7,1%) – Белстат