28 Октября 2016 г.

Сможет ли Евросоюз развязать сирийский узел?

Сможет ли Евросоюз развязать сирийский узел?
Последствия военных действий в сирийском городе Хомс.
Фото: varlamov.me

Сирийский кризис стал тестом на способность ЕС выступать одним из глобальных игроков. В последние недели ситуация резко обострилась на фоне перехода в наступление сирийской армии при поддержке ВКС РФ. Как ЕС изменил подход к сирийскому правительству в 2011 г., и способна ли Европа сегодня сыграть реальную роль в разрешении сирийского кризиса – читайте в статье доктора политических наук, европеиста Натальи Ереминой.

Евросоюз под тяжестью сирийского кризиса: ставки растут

Сирийский вопрос можно считать некоторым отголоском колониальной системы (системы мандатов после Первой мировой войны), в которой европейские государства реализовывали собственные интересы.

По сути, сегодня Западом применяются те же методы решения проблем: расчленить государство, сместить политический режим.

Во-вторых, сирийский кризис бросает вызов безопасности ЕС. С ухудшением ситуации в Сирии многократно обостряется террористическая проблема в странах-членах ЕС. Ожидается очередная волна беженцев и рост террористических угроз в европейских городах.

Более того, в последние годы страны ЕС сами поспособствовали тому, что на южных границах Евросоюза возникли неустойчивые режимы, например, поддерживая операцию в Ливии. Этим воспользовались террористические отряды, составляющие ударную силу запрещенного ДАИШ. Это совершенно изменило представление о неприступности «крепости Европы».

В-третьих, кризис вновь поднимает вопрос о европейской самоидентификации, так как влияет не только на взаимодействие государств-членов, но и выявляет их отношение к проблеме национального суверенитета и государственности в принципе.

Ведь если страны ЕС согласны с крушением государств на Ближнем Востоке и демонтажем существующих режимов, эта проблема рано или поздно со всей очевидностью встанет уже перед лицом самих граждан ЕС.

Дезинтеграционные процессы, в первую очередь, по этнополитическим линиям-разломам, возможны в разных государствах, а рост напряженности является базой для их развертывания.

В-четвертых, сирийский вопрос требует выработки нового отношения к России, одновременно выявляя разные позиции стран ЕС в этом вопросе. ЕС теперь придется признавать ведущую роль России, поскольку Сирия создала новый геополитический ландшафт.

Сирийская проблема – это сложный узел, в котором странам ЕС придется определиться со своей ролью в нем, готовы ли они взять на себя ответственность и продемонстрировать деятельную солидарность. Этот кризис станет проверкой общей внешней политики ЕС.

Единой политики ЕС на южном направлении не возникло

ЕС не смог выработать единый подход к Ближнему Востоку и Северной Африке. Германия, Франция, Великобритания активно продвигали собственные интересы, обсуждая североафриканский и ближневосточный кризисы.

Кроме того, будучи членами НАТО, не все государства ЕС имели возможность заявить о своих приоритетах, предпочитая в большей степени солидаризироваться не друг с другом в рамках ЕС, а подчеркивать свою приверженность НАТО.

Так, ЕС не удалось достичь солидарности в вопросах о вторжении в Ирак в 2003 г. и в Ливию в 2011 г. Например, Франция и Германия выступили против интервенции в Ирак. Однако они не проявили столь однозначную позицию по другим вопросам.

Так, Франция приняла деятельное участие в свержении режима М. Каддафи в стремлении восстановить свою роль крупного международного игрока и поднять международный авторитет.

Что касается Германии, то страна не сразу приняла решение поддержать интервенцию в Ливию, но впоследствии согласилась с ней. Более того, Германия отправилась в Ливию в составе миротворческой миссии «ЕС для Ливии».

Итальянское правительство также не сразу ответило положительно на идею интервенции в Ливию, но в итоге поддержало ее, продемонстрировав свою лояльность партнерам по ЕС и НАТО.

В середине 2015 г. страны ЕС (Франция и Великобритания) продолжили участие в военных операциях на территории Ливии в коалиции с США, нанося авиаудары по местам дислокаций террористических групп.

Вашингтон настаивал на активизации деятельности своих европейских партнеров в рамках возглавляемого США миротворческого контингента из стран ЕС в составе Германии, Франции, Италии и Испании, включая Великобританию. Однако эту идею не удалось воплотить в жизнь, так как не все страны ЕС поддержали ее.

Кто виноват? Взгляд из Брюсселя

Страны ЕС не достигли солидарности в отношении того, как реагировать на сирийский конфликт. Однако они проявили искомую солидарность в отношении правительства Б. Асада и России.

Согласно заявлениям Комиссии ЕС, сирийский кризис – это самый крупный гуманитарный конфликт со времен Второй мировой войны. Неудивительно, что именно Сирия вызывает наибольшую обеспокоенность и одновременно наибольшую нерешительность ЕС.

С одной стороны, Евросоюз говорит о гуманитарной катастрофе и необходимости борьбы с ДАИШ, столкнувшись с проблемой беженцев и терактами. С другой стороны, в странах ЕС периодически звучат заявления о том, что в гуманитарной катастрофе виновато исключительно сирийское правительство Б. Асада, а также Россия, которую называют спасительницей сирийского режима.

Интересно, что Комиссия ЕС сделала соответствующее заявление, в котором указала, что население Сирии страдает наибольшим образом именно там, где активно действуют ВКС России. При этом Комиссия не обратила никакого внимания на гуманитарную поддержку сирийского населения Российской Федерацией.

Страны ЕС согласились с возможностью признать российские действия в Алеппо военным преступлением (хотя пока что это заявление можно расценить скорее как угрозу), а их министры иностранных дел 17 октября 2016 г. призвали Россию прекратить любые атаки на город. Естественно, что фактор присутствия террористов из ДАИШ даже не обсуждался в этом контексте.

Поэтому неудивительно, что ЕС видит источник бед в регионе не в собственной политике по отношению к государствам Северной Африки и Ближнего Востока, и не в ДАИШ, но, прежде всего, в действиях сирийского правительства и России.

Политическая линия ЕС в сирийском кризисе

ЕС говорит о необходимости активизировать дипломатические усилия в распутывании сирийского узла. ЕС является членом Международной группы поддержки Сирии, в рамках которой участвует в переговорах с так называемой умеренной сирийской оппозицией.

ЕС ввел санкции в отношении Сирии в мае 2011 г., которые с тех пор постоянно расширялись и дополнялись. При этом ЕС высказывает недовольство тем, что Сирии удалось компенсировать эти потери благодаря сотрудничеству с Ираном и Россией. Кроме того, санкции никак не коснулись боевиков, которые получили доступ к месторождениям сирийской нефти.

ЕС предложил и свою повестку дня – «Региональную стратегию Союза для Сирии, Ирака и противодействия угрозам ДАИШ», в которой делает ставку на США и так называемую умеренную сирийскую оппозицию.

При этом очевидно, что ЕС предпочитает концентрироваться именно на дипломатическом направлении. Это значит, что очень многое зависит от его партнерских отношений – как с ведущими государствами региона, так и с мировыми лидерами. 

Важно, что ЕС в лице Ф. Могерини откровенно признал, что у него нет партнерских и стабильных отношений ни с одним крупным игроком.

Например, с Ираном сотрудничество развивается крайне вяло. Ф. Могерини заявила о необходимости его активизировать в области энергетики, транспорта, образования, гражданского общества и т.д. Отношения с Турцией вызывают у европейских экспертов смешанные чувства. Так, примирение Турции с Россией было оценено весьма негативно с точки зрения интересов ЕС.

В ЕС опасаются, что его мягкая сила – уже не сила, и он уже не обладает прежней привлекательностью. В частности, именно этим эксперты ЕС объясняют рост российского влияния и ее «милитаристской агрессии» в мире.

Уже в октябре 2015 г. члены внешнеполитического Совета ЕС обвинили Россию во вмешательстве в дела Сирии, невзирая на то, что присутствие России было обеспечено обращением легитимного президента страны Б. Асада.

Сама Ф. Могерини назвала Россию стороной, «меняющей правила игры», при этом обратив внимание на то, что участие России в конфликте нельзя назвать ни положительным, ни негативным, но скорее «комплексным». Видимо, ЕС надеялся на то, что Россия будет согласовывать с ним свои действия. При этом сам Б. Асад уже постепенно предстает в глазах ЕС «меньшим злом».

Однако Совет ЕС высказался куда более жестко по этому вопросу, предупредив Россию о том, что ее действия приводят к эскалации конфликта, ухудшают гуманитарную ситуацию и усиливают радикализацию населения.

Европарламент сомневается в силах ЕС

Европарламентарии также обвинили Россию в том, что она ухудшила ситуацию в Сирии своим вторжением. Впрочем, у членов Европарламента свое видение сирийского конфликта. С их точки зрения, ЕС просто не учел, что режим Б. Асада будет поддержан Россией и не падет быстро. Поэтому они полагают, что основную вину за продолжение ситуации в Сирии несет сейчас Россия, при этом не принимают в расчет в этом же кризисе позицию США, и тем более не рассматривают в этом же ключе борьбу с ДАИШ.

Важно, что европарламентарии негативно оценили попытки России заключить компромисс с США и совместно бороться с ДАИШ.

Так, в принятой 7 октября 2016 г. резолюции они заявили, что этот альянс (хоть, видимо, и временный), стал для ЕС полной неожиданностью и ухудшил его позиции как международного актора.

Кроме того, члены Европарламента призвали Брюссель играть более активную роль в сирийском вопросе. С их точки зрения, сирийский кризис превратил ЕС в организацию второго уровня, так как он не в состоянии ничего противопоставить России, Турции и сирийскому режиму – ни коллективно, ни в одиночку.

В стремлении хоть как-то быть представленным в сирийском кризисе, ЕС заявил о том, что должен разработать систему мониторинга ситуации. Интересно, как в условиях военных действий эксперты ЕС будут вести этот мониторинг?

Неудавшаяся «демократизация» Сирии

ЕС заявляет о гуманитарных стандартах, которые он должен продвигать в разных регионах, осуществляя гуманитарную помощь в рамках программы План действий, направленных на демократизацию третьих стран. Эту программу он намерен осуществлять и на кризисных территориях.

ЕС в марте 2016 г. запустил кампанию о правах человека, чтобы лишний раз напомнить всем, что именно эта задача стоит для ЕС на первом месте во внешней политике, и тем он положительно отличается от других участников сирийского кризиса.

До начала конфликта между ЕС и правительством Б. Асада, Брюссель развивал интенсивное сотрудничество с Сирией в рамках Средиземноморского партнерства и инструмента Европейского соседства.

Соглашение ЕС–Сирия было подписано еще в 1977 г. В 2009 г. страны-члены ЕС даже согласились подписать соглашение об ассоциации с Сирией. Однако сирийское правительство попросило предоставить ему время для более детального изучения предлагаемого документа (практически как в случае с украинским правительством в 2014 г.).

Однако в итоге соглашение так и не было подписано и ратифицировано. При этом ЕС позиционировался как главный инвестор в Сирию.

Так, Европейский инвестиционный банк выделил €925 млн для Сирии в период с 2000 по 2007 г. И до конфликта с сирийским правительством ЕС старался воздерживаться от критики сирийского правительства в отношении прав человека.

Но с 2011 г. ЕС начал шквальную критику правительства Б. Асада. Все виды сотрудничества были прекращены. Это движение со стороны ЕС совпало по времени с заявлениями Б. Обамы, Д. Кэмерона Н. Саркози, А. Меркель. Все они в одно и то же время потребовали от Б. Асада немедленно покинуть пост президента.

ЕС борется со следствиями, а не причинами

В настоящее время ЕС реализует программы, направленные в первую очередь на решение гуманитарных проблем и прав человека. Евросоюз уже направил €4 млрд на помощь Сирии, Ливану, Иордании и Турции для реализации программ помощи беженцам. Кроме того, ЕС гарантировал предоставление €3 млрд на решение гуманитарных проблем во время конференции «В поддержку Сирии», прошедшей в Лондоне в феврале 2016 г. В рамках сотрудничества с Турцией для помощи беженцам ЕС также предложил этой стране дополнительно €1 млрд.

Помимо этого, ЕС утвердил механизм гуманитарной поддержки защитников демократии в октябре 2015 г. с говорящим названием «Защита Защитников ЕС». Европейский инструмент демократии выделил €15 млн этой программе для помощи тем, кто оказался в сложной жизненной ситуации, связанной с нарушением прав человека. Среди основных получателей этих ресурсов будут вовсе не сами беженцы, но те, кто активно отстаивают их права и права разнообразных меньшинств.

Вместе с тем, очевидно, что какие бы огромные суммы не выделял ЕС в ходе сирийского кризиса, эти деньги направлены скорее на улучшение последствий ситуации, но никак не воздействуют на ее причины.

В качестве решения конфликта ЕС по-прежнему предлагает давление на режим Б. Асада с последующим его низвержением. Этот подход, безусловно, не позволит ни урегулировать сирийский кризис, ни, тем более, покончить с ДАИШ.

Как единая организация ЕС не может принять полновесное участие в разрешении сирийского кризиса, при этом отдельные страны-члены готовы просто присоединиться к США, проявляя таким образом свою волю на международной арене.

Евросоюз – продолжение НАТО?

Фактически ЕС может участвовать в сирийском конфликте двумя путями: благодаря военным мероприятиям, в которых участвуют страны-члены коалиции с США или через дипломатические каналы.

Проблема в том, что крупнейшие страны-члены ЕС продемонстрировали отсутствие даже стремления к единству. Британия не сможет принимать активное участие в военных акциях, к тому же она вообще стоит на пороге выхода из ЕС. Германия показала неготовность посылать свои подразделения в Сирию. Франция проявила желание полноценно участвовать в военных действиях, но она явно переоценила свою роль в качестве глобального игрока.

Ни ЕС в целом, ни его отдельные страны не способны оказать сколько-нибудь решающее воздействие на сирийский театр военных действий.

Ситуация очевидно свидетельствует о том, что ЕС потерял способность влиять не только на сирийское правительство, но и на участников международных процессов за пределами ЕС.

Прежнее доминирование союза ЕС и США было нарушено с возвращением России на международную арену, что «спутало все карты», «испортило сложившуюся геополитическую игру», «нарушило мировой порядок», созданный под ЕС и США.

Неудивительно, что Россия превратилась в глазах не только США, но и ЕС в геополитического соперника. Кроме того, сирийский кризис серьезно повлиял на обеспечение безопасности в общем европейском пространстве, ведь беженцы – это результат длительных пертурбаций в Северной Африке и на Ближнем Востоке.

Также сирийский кризис несет с собой риски для идентичности ЕС, которому предстоит четко ответить на вопрос о том, является ли ЕС продолжением НАТО, либо это самостоятельная организация, участники которой солидаризируются, в первую очередь, друг с другом, а не с США.

Наталья Еремина, д.полит.н., доцент кафедры европейских исследований СПбГУ

Комментарии
08 Мая
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Марин Ле Пен не стала президентом Франции, так как не смогла завоевать левый электорат.

Инфографика: Кто и где готовил белорусских радикалов?
инфографика
Цифра недели

$270 млрд

в год составляет объем рынка государственных закупок в ЕАЭС. Для сравнения, годовой экспорт стран ЕАЭС составляет $308,4 млрд – Евразийский банк развития