08 Ноября 2017 г.

Стратегия ЕС в Центральной Азии: Брюссель ищет точки проникновения в регион

Стратегия ЕС в Центральной Азии: Брюссель ищет точки проникновения в регион

9 ноября в Узбекистан прибывает делегация Евросоюза во главе с руководителем европейкой дипломатии Федерикой Могерини. В 2016 г. Кыргызстан впервые в истории посетила канцлер ФРГ Ангела Меркель. Брюссель интересуется энергоресурсами региона, а также транспортными коридорами. Евросоюз вынашивает планы по расширению своего влияния в Центральной Азии и повышает финансирование программ помощи. Вместе с тем, ассигнования ЕС несопоставимы по объему с финансовым содействием России странам региона, а отдача от программ ЕС не всегда понятна и прозрачна.

Евросоюз открывает Центральную Азию

В 2003 г. была принята стратегия безопасности ЕС, которая предусматривала заключение соглашений между ЕС и странами Центральной Азии. ЕС называет свою политику Центрально-азиатской стратегией, но при этом она направлена на установление кооперации только с пятью государствами постсоветского пространства – Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Туркменистаном, Узбекистаном. В российской традиции этот регион принято называть Средней Азией, так как Центральная Азия включает в себя не только их, но и обширный круг других стран.

ЕС обратил серьезное внимание на данные страны только десять лет назад. Поэтому он все еще нащупывает «зацепки», которые позволили бы ему укрепиться в регионе. При этом ЕС указывает, что начал диалог с пятью странами Средней Азии еще в 1990-е гг. К 2007 г. страны региона «доказали» свою значимость с точки зрения Брюсселя. Это потребовало принятия специальной стратегии и выработки конкретных программ взаимодействия. С этого времени политика Евросоюза по отношению к странам Центральной Азии стала полноценной частью Общей внешней политики и политики безопасности ЕС.

В июне 2007 г. был принят документ «ЕС и Центральная Азия: стратегия для нового партнерства». В рамках этой Стратегии были поставлены цели развития политического диалога ЕС со странами Центральной Азии через регулярные встречи представителей ЕС и министров стран региона и акцентировка проблем прав человека. Также ЕС провозгласил развитие взаимодействия со странами региона в следующих областях: образование, законодательство, энергетика и транспорт, окружающая среда и водные ресурсы, управление границами и наркотрафик, торговля и экономические отношения. Стратегия предполагает заключение долгосрочных соглашений на многосторонней и двусторонней основе.

Для реализации поставленных задач ЕС предпринял ряд шагов. В Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане и Узбекистане были организованы отделения Европейской службы внешних связей, а в Туркменистан был назначен Временный поверенный. Кроме того, в Алматы Комиссия ЕС открыла свое представительство для осуществления «политики гуманитарной поддержки и гражданской защиты».

В документах, принятых в подтверждение заявленной Стратегии, сам ЕС сообщает, что его основная цель состоит в укреплении стабильности этих государств и региона в целом. Государства Центральной Азии рассматриваются ЕС как страны, соединяющие Европу и Азию. Поэтому, расширяя присутствие в регионе, ЕС в своем собственном понимании самоутверждается как международный игрок, оказывающий влияние на глобальную политику.

Точки входа ЕС в регионе: угрозы, права человека и энергетика

В 2012 и 2015 гг. ЕС заявил о правильности выбранного курса, определенного в Стратегии. В 2015 и 2017 гг. стратегия корректировалась и дополнялась. В частности, был усилен акцент на взаимодействии в области безопасности и энергетики. В июне 2017 г. Стратегия начала адаптироваться к принятой Глобальной стратегии ЕС – эта процедура должна завершиться к концу 2019 г. Обновленная стратегия будет синхронизирована с принятием многолетнего бюджета для поддержки региона на период 2020-2027 гг.

К настоящему времени ЕС реализовал в Центральной Азии ряд программ, которые сам же и профинансировал. Среди них в Брюсселе считают наиболее важными Программу по управлению границами, Программу по противодействию наркотикам, Центрально-азиатскую программу действий против наркотиков и Программу действий ЕС против наркотиков и организованной преступности.

Кроме того, в ЕС отмечается важность постоянного диалога со странами Центральной Азии о безопасности на высоком уровне. Так, 8 июня 2017 г. для обсуждения проблем контртеррористической деятельности, борьбы с экстремизмом и наркотрафиком в Бишкеке по приглашению правительства Кыргызстана ЕС провел уже четвертую встречу с Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Туркменистаном, Узбекистаном. В качестве специальных гостей на мероприятие были приглашены представители Афганистана. Данный диалог проводится регулярно с 2013 г. Следующая встреча запланирована в Брюсселе в 2018 г.

ЕС также предлагает свою поддержку и опыт в борьбе с нелегальной миграцией и в разработке норм миграционной политики, готов предоставить поддержку в борьбе с коррупцией и в борьбе с международным терроризмом, для чего было учреждено специальное представительство ЕС в Душанбе. Для предотвращения конфликтов в регионе ЕС также предложил инструмент Стабильность и мир, который отслеживает проблемы политической нестабильности.

Отдельно ЕС подчёркивает значимость диалога со странами Центральной Азии в отношении прав человека, воспринимая это как часть своей «миссии в деле европеизации». Речь идет, прежде всего, о программах, нацеленных на реформирование законодательной и судебной систем в центральноазиатских государствах по модели ЕС. В качестве других инструментов ЕС в данной области действуют программы «Гражданское общество и местные власти», «Европейская инициатива для демократии и прав человека».

Зависимость ЕС от энергетических ресурсов обусловливает его интерес в расширении поставок. Страны Центральной Азии рассматриваются ЕС как энергетические партнеры. В обозримом будущем перспективы доставки энергоносителей из Центральной Азии в Европу остаются крайне туманными. Тем не менее, Брюссель предпринимает усилия по развитию сектора добычи и энергетики в регионе. ЕС выступает за разработку новых месторождений нефти, газа и строительство гидроэлектростанций, дополнительных трубопроводов и формирование новых маршрутов и транспортных сетей. Кроме того, Брюссель предложил странам региона свою программу «Инструмент сотрудничества в области атомной безопасности».

Естественно, ЕС больше всего волнует возможности доставки энергоносителей из Центральной Азии на свой внутренний рынок. С этой целью ЕС поддерживает интеграцию стран Центральной Азии в единый рынок, а также публично-частное партнерство и финансовые реформы, прежде всего, приватизацию банковского сектора, предлагая для этого свое финансирование. Также ЕС настаивает на том, чтобы страны учитывали энергетическую политику ЕС. Брюссель также принял генерализированную систему приоритетов для поддержки выхода товаров стран Центральной Азии на рынок ЕС. Брюссель заявляет о поддержке нового энергетического коридора Каспий-Черное море-ЕС. Центральная Азия рассматривается ЕС также как коридор из Восточной и Южной Азии в Европу.

Европейская и российская помощь Центральной Азии

ЕС позитивно рассматривает для осуществления своих целей в регионе Бакинскую инициативу, а также взаимодействие с Советом Европы, НАТО, ОБСЕ, международными финансовыми институтами и различными региональными организациями. Помимо этого, ЕС заявляет о готовности к конструктивному диалогу с ШОС, с различными региональными центрами по безопасности и борьбе с наркотиками. Интересно, что в качестве страны-партнера в этом регионе ЕС назвал только Китай.

Опираясь на широкий круг разнообразных программ и увеличивая их финансирование, ЕС заявляет о своих намерениях стать «донором №1» в Центральной Азии. Так, если в период 2007-2013 гг. ЕС выделил €750 млн., то на 2014-2020 гг. финансовая поддержка ЕС странам региона составит до €1 млрд. Впрочем, это пока несопоставимо с объемом российской помощи.

Так, капитал одного Российско-Кыргызского фонда развития составляет $1 млрд. В целом, по данным главы МИД России Сергея Лаврова, что за последние 10 лет российская помощь странам Центральной Азии превысила $6 млрд. В вузах РФ обучается около 150 тыс. студентов из Центральной Азии, 46 тыс. из которых – за счет средств федерального бюджета. В эту сумму не входит списание части долгов, не говоря уже о значении трудовой миграции.

Несмотря на сравнительно скромные объемы реальной помощи, в 2017 г. Совет ЕС пришёл к выводу, что Евросоюзу удалось наладить эффективное сотрудничество со странами региона в области прав человека, образования, безопасности.

При этом ЕС воспринимает государства Центральной Азии скорее как реципиентов своей гуманитарной и финансовой помощи, в обмен на которую они должны не просто принимать во внимание интересы ЕС, но и полностью их реализовывать. Тем не менее, без сотрудничества с ЕАЭС, эти цели останутся недостижимыми.

ЕС по-прежнему новичок в данном регионе и, предлагая свои программы и финансирование, он в действительности зондирует почву, выявляя точки проникновения, которые в дальнейшем можно использовать.

Если смотреть на официальные отчеты и программы, очевидно, что ЕС скорее стремится к распространению информации о себе и созданию имиджа «престижного партнера», нежели к действительному решению проблем безопасности в регионе. Также вызывает удивление игнорирование присутствия России в данном регионе, учитывая, что ее содействие развитию стран Центральной Азии в разы превышает европейское, даже в последние годы.

Комментарии
26 Ноября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Даля Грибаускайте постаралась, чтобы отказ Александра Лукашенко от приглашения на саммит Восточного партнерства в Брюссель выглядел однозначно – как провал Евросоюза.

Инфографика: Военно-морские силы США в Европе
инфографика
Цифра недели

2,3%

составил рост промышленного производства в ЕАЭС с января по октябрь 2017 г. Наибольший прирост отмечен в Кыргызстане – 13,7% – Евразийская экономическая комиссия