15 Ноября 2018 г.

Узбекистан является главным катализатором интеграции в Центральной Азии – эксперт

Узбекистан является главным катализатором интеграции в Центральной Азии – эксперт
Фото: ritmeurasia.org

Центральная Азия становится все более значимым регионом на карте мира: по мере того, как экономики региона развиваются, а страны наращивают уровень сотрудничества, к нему проявляют внимание все больше крупных внешних игроков, таких, как Китай и Евросоюз. При этом наибольшая заслуга в «интеграционном всплеске» в Центральной Азии принадлежит Узбекистану – считает старший научный сотрудник Норвежского института международных отношений Роман Вакульчук. Экономист рассказал «Евразия.Эксперт» о том, насколько успешно сегодня развиваются центральноазиатские экономики, как они взаимодействуют с ЕАЭС и почему Евросоюз проигрывает Китаю в Центральной Азии.

- Господин Вакульчук, как вы сегодня оцениваете развитие экономики стран Центральной Азии? Какие преимущества и недостатки вы можете отметить?  

- На сегодняшний день можно говорить об окончательно установившейся разнонаправленности развития экономик каждой стран региона. Ввиду низкой региональной интеграции каждая страна в последние 10 лет в большей степени была ориентирована на сотрудничество с третьими странами (ЕС, Китай, Россия, и так далее).

Такие страны, как Казахстан и еще в большей степени Туркменистан, до сих пор сильно зависят от экспорта своих энергоресурсов. В свою очередь, для Кыргызстана и Таджикистана трудовая миграция в страны СНГ является важной частью их экономик.

При этом Узбекистан можно отметить как одну из самых индустриально диверсифицированных стран в регионе на сегодняшний день, в меньшей степени подверженной внешним потрясениям в отличие от других стран ЦА.

- Как сегодня продвигается региональное сотрудничество в ЦА, каковы перспективы такого сотрудничества?

- Центральная Азия пока что еще остается одним из наименее интегрированных регионов в мире, хотя в последний год наметилась положительная тенденция к развитию регионального сотрудничества, в первую очередь благодаря открытости Узбекистана при Президенте Мирзиёеве. В этой связи потепление и налаживание отношений между Узбекистаном и Таджикистаном стоит отметить особо.

Динамичная позиция Узбекистана также положительно оценивается другими соседями, что привело к развитию связей прежде всего между представителями бизнеса стран региона.

В частности, в мае 2018 г. был проведен первый Деловой совет «Узбекистан-Казахстан». Следует отметить, что экономические отношения между Казахстаном и Узбекистаном обладают самым большим потенциалом для развития в ЦА.

- Что вы можете сказать о торгово-экономических отношениях между странами региона? Каков товарооборот?

- Большая доля торговли стран ЦА до сих пор приходится на третьи страны. Например, общий объем торговли Китая с ЦА в период с 1991 по 2017 гг. вырос в 60 раз, с $500 млн до $30 млрд. Для сравнения, общий товарооборот Казахстана с другими странами региона составил $3,1 млрд в 2016 г. В целом, в период с 2010 по 2018 гг. внутренний товарооборот в ЦА рос, но незначительно.

Однако, как показывает статистика, уже в 2018 г. товарооборот между Узбекистаном и Казахстаном вырос больше чем на 50%, и я считаю, что в ближайшие годы он будет продолжать активно расти.

Новая открытая позиция Узбекистана стала катализатором усиления внутренней интеграции и в ближайшие годы мы будем также наблюдать этот эффект, если не произойдут радикальные изменения в отношениях между странами.

- На сегодняшний день Казахстан признан самым успешным рыночным реформатором среди других постсоветских государств. Как сегодня развивается экономика этой страны и какие факторы позволяет ей развиваться быстрыми темпами?

- Казахстан действительно является одним из самых успешных рыночных реформаторов на постсоветском пространстве. Этого удалось достичь благодаря наличию желания учиться опыту других стран, а также активному сотрудничеству с международными организациями. С другой стороны, на сегодняшний день экономика страны испытывает определенные трудности, которые связаны с нестабильной работой банковской системы и все еще недостаточной диверсификацией экономики. Однако при этом надо отметить три фактора, которые позволяют экономике развиваться. Во-первых, это более привлекательный инвестиционный климат в сравнении с другими странами СНГ. Во-вторых, ресурсная база Казахстана и его транзитный потенциал по-прежнему вызывают интерес у большого количества внешних игроков. В-третьих, это фактор Китая.

Высокий интерес со стороны Китая, прежде всего в области развития инфраструктурных проектов через проект «Один Пояс - Один Путь», является важным стимулом для развития экономики.

- Как влияет на развитие экономики Казахстана членство в ЕАЭС?

- Участие Казахстана в ЕАЭС несет положительные и негативные моменты. К положительным относятся постепенное устранение тарифных и нетарифных барьеров, развитие торговли внутри ЕАЭС, а также выход бизнеса на рынки друг друга. Однако, что касается торговых отношений Казахстана с третьими странами, не являющимися членами ЕАЭС, то общая тарифная политика ЕАЭС сыграла не в пользу Казахстана, который до 2010 г. вел торговлю на более выгодных для себя условиях.

- В начале осени Еврокомиссия обнародовала стратегию ЕС по развитию сопряжения Европы и Азии. В чем заключаются интересы ЕС в регионе ЦА?

- На фоне Китая ЕС не выглядит крупным игроком в регионе. Основными интересами ЕС в регионе являются безопасность включая вопросы антитерроризма и контроля границ; демократия и права человека; образование и культура, а также энергетика.

Что касается экономического присутствия, выделение ЕС многомиллиардных инвестиций в ЦА выглядит крайне маловероятно. Регион не является приоритетным для ЕС. Основным инструментом, который ЕС может успешно использовать, работая с ЦА, является «мягкая сила».

Европа по-прежнему остается привлекательным местом обучения для студентов из ЦА; получение шенгенской визы и туризм в Европу тоже являются факторами притяжения. Именно в этом отношении у Европы есть определенное конкурентное преимущество по сравнению с другими большими игроками в регионе.

- Китай и Россия очень активно развивает сотрудничество с регионами ЦА. Многие эксперты говорят, что сопряжение Евразийского экономического союза и китайской инициативы «Один пояс - один путь» должно быть многовекторным и не ограничиваться только масштабными инфраструктурными проектами. Что вы об этом думаете?

- Прежде всего, следует отметить, что проект ЕАЭС и китайская инициатива пояса и пути преследуют разные цели.

Если ЕАЭС в большой степени направлен на интеграцию внутреннего рынка торговли и устранение торговых барьеров, то китайский проект больше направлен на развитие инфраструктуры на огромной территории от Китая до Европы.

В теории можно говорить о взаимодополняемости двух проектов. Однако на практике пока еще не выработана модель, которая бы позволила совместить эти два проекта. Я не совсем согласен с тем, что эти две инициативы должны быть многовекторными. Скорее, чтобы говорить об успехе, надо начинать с малого. Для начала следует попробовать реализовать несколько небольших проектов в рамках двух инициатив, вынести необходимые уроки и только потом оценить потенциал «многовекторности» сотрудничества и выработать соответствующую для этого модель.

- Как Евразийский союз влияет на бизнес в своих странах-членах из Центральной Азии? Какую роль ЕАЭС и Россия играют в регионе?

- С недавнего времени Евразийская экономическая комиссия ведет список изъятий, ограничений и барьеров на внутреннем рынке ЕАЭС. Была введена «Белая книга» барьеров в торговле, по которым есть согласие среди всех стран участников ЕАЭС. Предприниматели могут прислать заключение по существующим барьерам, после чего Комиссия публикует эту информацию. Это важный первый шаг по устранению барьеров в торговле. Что касается влияния ЕАЭС на мелкий и средний бизнес (МСБ), занятый в торговле, то необходимо отметить тот факт, что эта область остается малоизученной. Очень сложно говорить о тенденциях для МСБ. Основным источником информации является отдельная отрывочная информация от представителей бизнеса, которые делятся своим опытом. Многие отмечают, что по-прежнему существуют сложности в ведении бизнеса и существующие инициативы в рамках ЕАЭС по упрощению условий ведения торговли плохо реализуются на практике. В этой связи необходимо выйти на микроуровень и оценить влияние ЕАЭС на МСБ.

Также следует ввести практику по поиску деловых партнеров (business matching) и активно обсуждать положительные и негативные примеры того, как различные предприниматели оценивают эффекты от участия в ЕАЭС.

Что касается экономического влияния России в Центральной Азии, то на фоне растущей роли Китая оно остается относительно незначительным и, скорее всего, таковым и останется в ближайшем будущем. Ключевой вопрос – это как Россия относится к роли Китая в ЦА, видит ли в этом угрозу либо, наоборот, возможность; реально ли достижение синергии, и если да, то каким образом.

Кроме того, базовым фактором, который определяет отношение России к региону является то, что ЦА не является для России приоритетным с экономической точки зрения регионом, и это во многом определяет ее экономическую политику.

Многие исследования показывают, что для России, учитывая размер ее экономики, экономический эффект от участия в торговле в ЕАЭС менее значим, чем для других стран-участников из ЦА. Тем не менее Россия компенсирует свое ограниченное экономическое влияние активной ролью в политической сфере, которая является для нее более приоритетной.

Комментарии
28 Октября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Беларусь записали в один ряд «прифронтовых государств» с Украиной и Грузией для противодействия России и Китаю.

Инфографика: Отношение к евразийской интеграции
инфографика
Цифра недели

70,4%

голосов набрал блок «Мой шаг» Никола Пашиняна на парламентских выборах в Армении