06 Августа 2018 г.

Воронецкий: Встреча Путина и Трампа дает надежду, что Беларусь не станет полем соперничества

Воронецкий: Встреча Путина и Трампа дает надежду, что Беларусь не станет полем соперничества
Валерий Воронецкий
Фото: http://teleskop-by.org

Июльская встреча президентов России и США в Хельсинки всколыхнула обсуждение перспектив отношений между Россией и коллективным Западом. Минск активно продвигает идею запуска масштабного переговорного формата «Хельсинки-2» между Востоком и Западом. Как встреча глав России и США в Хельсинки повлияет на положение Беларуси? Комментирует председатель постоянной комиссии по международным делам Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь Валерий Воронецкий.

- В момент саммита в Хельсинки я находился вместе с белорусской делегацией на очередной сессии ОБСЕ в Берлине. Тема встречи Путина и Трампа обсуждалась там в кулуарах, и мы интересовались ожиданиями от нее. Они были очень разные, но это скорее всего были частные прогнозы. Никто не ожидал прорыва, но все исходили из того, что взаимопонимание будет найдено в тех областях, где оно необходимо для двух стран. Была надежда на определенную разрядку. Понятно также, что был ряд парламентариев, которые не желали и не хотели конструктивного движения.

Что касается внешней политики Беларуси, то я вижу в этом саммите большей частью плюсы. Очевидно, два президента встретились, они искали точки соприкосновения, заявили, что Россия и США будут действовать сообща в сферах взаимного интереса.

Восточная Европа – это зона интересов России как геополитического центра силы. Но очевидно, что и для Запада, и для США эта территория слишком важна для того, чтобы ее уступать. Поэтому я прогнозирую здесь поиск компромиссов и сотрудничества. И мне это дает надежду на то, что Беларусь не станет полем соперничества за влияние, а может стать хорошей моделью для новых подходов, которые нужно сейчас искать.

Политика США в отношении России во многом закрепляется санкционным законодательством и тем общественным мнением, которое сформировано в США. С этим нужно что-то делать, чтобы выходить на взаимодействие, диалог, сотрудничество с Россией. Но и Россия, если ей сегодня нужно выстраивать диалог с США, вынуждена будет учитывать сложившуюся ситуацию. Объективно, условия складываются так, что Запад и Россия, и в Беларуси, и в Украине будут искать решения, которые бы устраивали обе стороны.

Я не считаю, что Беларусь может быть миротворцем в классическом смысле, потому что сильные мира сего не нуждаются в нем. Но наша страна, объективно, единственная страна, которая в регионе не имеет территориальных споров с соседями, конфликтов, наилучшим образом может предложить модель не конфронтации, а сотрудничества.

Лично я ожидаю, что Беларусь сможет играть роль связующего элемента, в чем сегодня будут заинтересованы и россияне, и Запад в лице США. Разумеется, Европейский союз также заинтересован в мире, стабильности и процветании на своих восточных границах, поскольку от этого зависит его конкурентоспособность и безопасность. Для Евросоюза этот вопрос тоже выживания, потому что им нужна новая модель, нужна Россия, ее ресурсы и возможности. Мир стал очень непростым с точки зрения рисков, поэтому всем нужна новая модель. И Беларусь может быть в центре этой модели. Это объективная необходимость в интересах поддержания мира и Евросоюза, и США, и России, и всего нашего евразийского региона.

Всегда исхожу из того, что вся международная политика и внешняя политика любого государства строится на основе национальных интересов. Они объективны, не зависят ни от способов управления, ни от тех политических систем, которые работают в той или иной стране. Сегодня, если говорить об отношениях Беларуси с ЕС, понятно, что ЕС структура достаточно рыхлая, во внешней политике с ней сложно координировать многие вопросы.

Я говорю не о миротворчестве, но об очень важной роли Беларуси сегодня для будущего Европы и Евразии. Это связано с тем, что объявив изначально многовекторность политики, то есть желание нашей страны развивать тесные, дружеские, партнерские отношения с соседями и дальними партнерами, мы, несмотря на все сложности, противоречия, санкционную политику Запада, несмотря на давление, мы все выдерживали. И сохраняли тот уровень диалога и сотрудничества, который позволил сегодня, по крайней мере Западу и ЕС, увидеть, что происходит.

Есть страны Восточного партнерства: Азербайджан, Армения, Беларусь, Грузия, Молдова, Украина. И везде, кроме Беларуси, конфликты, везде кровь, везде противостояние. В этой связи данные страны не могут стать образцом формирования новой модели.

Они стали результатом противостояния между Западом и Востоком старыми методами борьбы – геополитики, борьбы за влияние и достижение своих стратегических интересов. И это уже плохой пример политики для сегодняшнего дня. Беларусь – пример страны, против которой вводились санкции, оказывалось давление, ограничения, с ней не разговаривали, ее не воспринимали. Но нам удалось сохранить нормальные партнерские отношения со всеми соседями. И это значит, что мы принципиально можем быть той моделью для выстраивания новых отношений. Отношений сотрудничества, а не борьбы за влияние за регион.

И сегодня Беларусь может эту модель продемонстрировать на своем опыте, когда Россия, США и Евросоюз не будут бороться за влияние на нее, а будут работать вместе, усиливая себя, увеличивая конкурентоспособность и безопасность. Поэтому я совершенно согласен с тем, что по мере движения, по мере диалога это понимание будет расти. И в этом смысле суверенитет и независимость Беларуси будут укрепляться с точки зрения рисков безопасности. Риски будут снижаться. Я не хочу называть это миротворчеством. Это – особая роль, которая сегодня волею современной истории отводится нашей стране.

Я очень долго вел европейское направление и работал с европейцами, у нас в зависимости от ситуаций и интересов были разные времена. У них выстроена очень сложная система, и за ней стоят определенные интересы интеграционных группировок.

У Австрии в этом смысле несколько другая традиция: в свое время Советский Союз ушел оттуда, но он защитил договорами свои интересы, и с точки зрения уважения безопасности, нейтралитета, с точки зрения отношения даже к могилам советских солдат, это важно в контексте выстраивания отношений. Австрийская политика, как бы это парадоксально не звучало, менее политизирована, менее идеологизирована в этом ключе. И поэтому Австрия и в отношении России, и в отношении Беларуси занимает более здравую и прагматичную позицию. Они исходят из того, что нужно обеспечить стабильность и конкурентоспособность в Европе. Они видят дыхание новых угроз, в том числе связанных с миграцией и т.д. И поэтому они точно также, с учетом их опыта и нейтралитета, слышат нас.

Вот Швейцария в свое время удалилась, и они попытались выжить и сохранить нейтралитет. Но в нашем мире, в условиях полнейшей интеграции, интернационализации, взаимосвязи, блокчейна, криптовалюты, абсолютно нельзя быть равноудаленным. И наша политика многовекторности в этом плане направлена на равноприближенность.

Миротворчество тоже имеет две стороны – с одной стороны, Беларусь и занимает эту позицию. Но мы не напрашивались на эту роль. Мы объективно ее играем и нужны в ней даже больше, чем она нужна нам. Может, сильные мира сего еще не осознают это, но обязательно это понимание придет.

И Австрия в этом плане осознает лучше других эту ситуацию, у нее есть более глобальные интересы. Она думает не только о себе, но и о будущем Европы. Она нейтральна в этом идеологическом противостоянии. И да, поэтому есть хорошие шансы, потому что сегодня в Европе условно Беларусь, Австрия и Швейцария могут играть совершенно адекватную роль, каждая в своем регионе. И скорее всего, в моем понимании, к этому ситуация и движется.

Поэтому мы очень нужны, и я более того хочу сказать – у нас в феврале месяце был первый официальный визит парламентской делегации Швейцарии. Парламентская республика, где все решает парламент. Прекрасные отношения сформировались, были очень теплые встречи и дискуссии и говорили, в том числе о координации в Европе с точки зрения стабильности и безопасности. И по Австрии, я убежден, тема и подход движется в подобном направлении. Мы сегодня нужны стабильной, безопасной и конкурентоспособной Европе. Если этого не будет, то я думаю, Европе будет очень сложно.


Подготовила Ксения Волнистая

Комментарии
28 Октября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Беларусь записали в один ряд «прифронтовых государств» с Украиной и Грузией для противодействия России и Китаю.

Инфографика: Отношение к евразийской интеграции
инфографика
Цифра недели

$44,2 млрд

составил товарооборот между странами ЕАЭС за январь-сентябрь 2018 г. Это на 11,9% больше, чем за аналогичный период 2017 г. – Евразийская экономическая комиссия