08 Июля 2019 г. 18:47

Благодаря ЕАЭС белорусские товары в Казахстане популярны и раскручены – казахстанский эксперт

Благодаря ЕАЭС белорусские товары в Казахстане популярны и раскручены – казахстанский эксперт
Фото: kazbelaz.com

В юбилейный год существования ЕАЭС страны-участницы продолжают сталкиваться с новыми вызовами в построении единого экономического пространства. «Интеграция – очень сложное явление. Надо подходить крайне ответственно, чтобы найти компромисс», – заявил в июне президент Казахстана Касым‑Жомарт Токаев на пресс-конференции по итогам выборов. Спустя месяц то, как будет развивать интеграцию Казахстан с новым лидером у руля и то, какие возможности и препятствия на пути к их использованию есть сейчас у Евразийского союза, в беседе с корреспондентом «Евразия.Эксперт» оценил политолог, историк и биограф Данияр Ашимбаев.

– Данияр, как, по-вашему, результаты выборов президента Казахстана повлияют на евразийскую интеграцию?

– Влияние казахстанских выборов на евразийскую интеграцию – понятие достаточно условное. Понятно, что избранный президент будет продолжателем курса Назарбаева на дальнейшую активную экономическую интеграцию постсоветского пространства – а оно включает в себя как ЕАЭС, так и структуры коллективной безопасности, межрегиональные ассоциации. Опыт у Казахстана большой, и все эти структуры выгодны Казахстану.

Наша страна, со своей сложной политической, социальной и этнической структурой, очень нуждается в спокойном развитии, миролюбивых соседях и добрососедском сотрудничестве. У нас практически ни с кем из постсоветских стран не было конфликтов, кроме единичных личностных с ближайшими соседями – Узбекистаном и Кыргызстаном.

Токаев, как многолетний замминистра и министр иностранных дел, а также как спикер сената, возглавляющий массу межпарламентских структур, секретариат съезда мировых религий, всегда был одним из архитекторов и руководителей этого процесса. Он прекрасно знает, что проблемой дальнейшей экономической интеграции является, прежде всего, фактор политический, который мы не можем не учитывать.

– Есть мнение, что Украине, стремящейся на Запад, стоит подключиться к евразийской интеграции. Вы с этим согласны?

– Учитывая структуру ее экономики, да. Но на Запад она стремится по многим факторам.

Мы знаем влияние личностных факторов на интеграцию. У Токаева, например, нет той истории взаимоотношений с Путиным, Лукашенко, Мирзиёевым, которая была у Назарбаева. Многие мастодонты первой постсоветской волны – Борис Ельцин, Ислам  Каримов, Леонид Кучма – с политического пространства уже ушли. Поэтому с чистого листа многие отношения выстраиваются спокойнее.

Главное – у них нет «кредитной истории». У Токаева и Мирзиёева нет той истории конфликтов и соперничества, которые были у Кунаева и Рашидова или, допустим, у Назарбаева с Каримовым. То есть, у Токаева теперь есть возможность несколько перезапустить какие-то личностные отношения, которые могли бы снять накал страстей в тех или иных вопросах. О центрально-азиатской интеграции говорят много лет, но мы видим, что уже создавался и союз, который тихо умер. Были интеграционный комитет и межгосударственный банк, о котором все давно забыли. Потребность в этом есть, а реализация ее с ближайшими соседями пока оставалась проблематичной.

Вспомним знаменитую войну обвинений между руководителями Казахстана и Кыргызстана буквально при прошлом их президенте. Тогда и киргизы перешли определенную грань в высказываниях, допустимых для глав государств, и Казахстан активно пытался подыграть конкуренту. Хотя злые языки утверждают, что вопрос был вовсе не политическим, а связанный с разделом теневых потоков от контрабанды, которая минует территорию двух республик.

– Знаменитые бои за импорт и экспорт сельскохозяйственной продукции?

– Да. И по рынку алкогольной продукции тоже. Выяснение отношений между крупными экспортерами, импортерами и агропроизводителями не стоит того, чтобы втягивать в них высшие политические силы двух, а то и трех стран.

Понятно, что мы еще стоим в начале пути, вопросы будут возникать, болезненные в силу лоббистских возможностей хозяйствующих субъектов. Споры снова и снова будут политизироваться. С другой стороны, наиболее эффективный механизм преодоления этих споров – это расширение регулирования со стороны наднациональных органов.

Но к дальнейшему расширению по политически же причинам ни Казахстан, ни Россия, ни Белоруссия, ни кто-либо другой не готовы. Задача интеграции – сохранение общего вектора, выстраивание механизмов, прежде всего. Нет ни одной сферы, по которой возможен абсолютный безусловный компромисс. Все время нужно проходить долгий путь. От зеленого горошка до ядерных реакторов.

– Сейчас идет обсуждение вопроса поставки казахстанской нефти в Беларусь. Как, по-вашему, будут развиваться события?

– Казахстан здесь – сторона, пассивно участвующая в споре. У Лукашенко остро стоит вопрос по тарифам российских энергоносителей. Россия хочет более рыночных цен, а Белоруссия – более братских.

Здесь возникают логичные вопросы: каким образом Казахстан будет поставлять нефть в Белоруссию, минуя Россию? Как с экономической, так и с географической точек зрения. Если Украину можно обойти проектами типа «Северный поток» или «Южный поток», то из Казахстана в Беларусь напрямую чтобы поставлять нефть, нужно как минимум трубу где-нибудь глубоко под территорией России проложить. То есть миновать Россию совсем – не получится.

– Молдова уже достаточно времени находится в числе наблюдателей ЕАЭС. Есть ли вероятность, что она вскоре присоединится к Союзу в качестве полноправного члена?

– На данный момент, как мы видим, Молдова как государство недееспособна. Соперничество между разными кланами и политическими партиями там затянулось. Что там решают президент или премьер-министр, сказать очень трудно. Ждать какого-то архиважного стратегического решения в ближайшее время как минимум сложно. Так что вряд ли Молдова и ЕАЭС перейдут на новый этап сотрудничества.

В то же время, расширение ЕАЭС выгодно всем. Мешает чрезмерная политизация, но без нее сейчас никак. В принципе, магистральный вектор на постсоветскую экономическую интеграцию в рамках ЕАЭС, ШОС, ОДКБ был, есть и будет.

– Какие проблемы в Союзе вы видите сейчас?

– По большому счету, принципиальных проблем у казахстанско-российских и казахстанско-белорусских отношений нет. Уже отработан интеграционный механизм. Да, непонимания были. К тому же, остается такой фактор, как попытка выносить спор хозяйствующих субъектов на межгосударственный уровень. Проблемы есть в структуре экономики. У белорусских товаров в Казахстане нет проблем со сбытом. У нас на каждом углу продается что-нибудь белорусское – мебель, холодильники, белье…

– И продуктов питания полно на прилавках.

– Да, белорусские товары в Казахстане популярны и раскручены. Загадкой остается то, какие товары Казахстан может предложить белорусам. Потребление мяса у них меньше нашего, пшеница – своя. Если мы хотим сотрудничать по тем иным темам, нужно что-нибудь производить.

Этому были посвящены несколько госпрограмм и стратегий. Постсоветская интеграция в рамках ЕАЭС во многом рассчитана на создание рынков сбыта казахстанской продукции на пространстве Союза. Но кроме сырья и небольшой номенклатуры несырьевых товаров похвастать особо нечем. У нас есть хорошие условия для поставок продукции. Было бы, что поставлять.

Загрузка...
Комментарии
15 Февраля
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Отказ Минска от виртуального нейтралитета не дает ответа на вопрос, куда власть ведет республику.

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2020 году
инфографика
Цифра недели

$5,6 млрд

составили активы Евразийского банка развития по итогам 2020 г. Прирост активов за год составил $439 млн

Mediametrics