27 Мая 2019 г. 07:15

Евросоюз пренебрежительно относится к белорусской модели развития – эксперт

Евросоюз пренебрежительно относится к белорусской модели развития – эксперт
Фото: townnews.com

13-14 мая в Брюсселе состоялся саммит Восточного партнерства, на котором Республику Беларусь представлял министр иностранных дел Владимир Макей. Данное мероприятие играет немаловажную роль в многовекторной политике Минска, однако в последние годы возникает ряд вопросов относительно его актуальности. В рамках проведения научно-практической конференции «Сотрудничество в Восточной Европе в контексте региональных и глобальных вызовов и угроз» корреспондент «Евразия.Эксперт» побеседовала с ведущими специалистами об итогах саммита Восточного партнерства, ситуации в Восточной Европе и о той роли, которую Республики Беларусь в ней играет на сегодняшний день.

 лутц кр.png

Доктор экономических наук, научный сотрудник Берлинского института общественного анализа фонда Розы Люксембург Лутц Брангш:

- Интерес европейского сообщества состоит в том, чтобы доминировать в Восточной Европе. Именно поэтому все, что происходит в отношениях Европейского союза и стран Восточной Европы, очень противоречиво. С одной стороны, мы видим политику, которая защищает права человека, что усиливает социально слабые слои в регионе. Но с другой стороны, это порождает новые конфликты на международном уровне и даже внутри стран. Поэтому я думаю, что конструкция, которая сейчас действует – это своеобразный тупик. Видно, что цели исключают друг друга. Стабильность невозможна, если используются только те модели и подходы, которые были разработаны на Западе. Необходимо усиливать собственные политические и социальные силы, которые хотят изменить ситуацию.

На сегодняшний день основной признак ситуации в Восточной Европе – это нестабильность. Как будут складываться дела дальше, невозможно сказать.

Беларусь имеет очень проблематичное место в Восточной Европе. Все, что организуется против России, происходит у границы Беларуси, ведь Польша не граничит с Россией. Беларусь переносит или согласовывает интересы различных сторон, и я думаю, что это очень хорошая роль. Надеюсь, что партнеры на Западе, в Европейском союзе и тут, в Восточной Европе, понимают, что необходимо развиваться по этому пути. Руководящие круги на Западе, и, к сожалению, в Восточной Европе хотят конфронтации, а это тоже тупик.

 бортник кр.png

Директор Украинского института анализа и менеджмента политики Руслан Бортник:

- Недавно прошедший саммит Восточного партнерства оказался одним из самых провальных за последних 10 лет существования этого формата, поскольку не удалось согласовать итоговую декларацию саммита. Очевидно, что сегодня сам саммит и формат Восточного партнерства зашли в тупик. Европейский союз не готов предлагать более широкое сотрудничество и более углубленный формат взаимоотношений для Украины, Молдовы, Грузии. Также он не может предложить равноправных или взаимовыгодных условий Беларуси, Азербайджану и Армении для подписания соглашения об Ассоциации. Политическая неопределенность и доминирование других вопросов повестки дня и взаимоотношений отодвинули вопросы Восточного партнерства на задний план. Однако все же главной причиной провала саммита является Европейский союз.

Пока Евросоюз не определится, что будет делать с партнерами Восточной Европы, пока не проложит четкий трек по углублению экономического сотрудничества и политической интеграции, Восточное партнерство так и останется форматом без цели, где процесс важнее самого результата.

Итоги, о которых говорит Европейский союз в рамках Восточного партнерства, выгодны прежде всего самому ЕС. Он получил доступ к рынкам Украины, Молдовы и Грузии. Причем Украина не получила такого же равнозначного доступа к рынку Европы. На данный момент это похоже не на партнерство, а на форму подчинения и формирования удобного соседа без учета его желаний и прав.

В какой-то мере ситуация в Восточной Европе является конфронтацией, которая стала следствием отношений между Россией и ЕС. Кроме того, эмигрантский кризис и общее торможение экономики Евросоюза снижают потенциал развития Восточной Европы и повышают риски превращения стран, находящихся в этом регионе, в нестабильные точки.

Беларусь выступает одним из немногих стабилизирующих факторов в Восточной Европе и в плане переговоров, и в плане социальной стабильности.

Она имеет альтернативную российской и европейской социально-политическую модель. Беларусь является таким местом, где могут продолжаться эффективная и взаимовыгодная дискуссия и обмен аргументов в отношении будущего Европы.

 Петровский.png

Научный сотрудник Института философии НАН Беларуси, директор консервативного центра NOMOS Петр Петровский:

- Для Беларуси формат Восточного партнерства, с одной стороны, важен, как фактор нормализации отношений с ЕС. С другой же стороны, не следует заниматься его абсолютизацией и рассчитывать на огромный эффект. Не стоит забывать, кем и для чего организовывался данный формат. Почему в нем нет союзника Беларуси – Российской Федерации.

Нужно также помнить, что формат участия Беларуси в Восточном партнерстве имеет дискриминационный характер. Республика Беларусь не имеет полноправного формата участия в Евронест. А это уже иллюстрация геополитического «чванства» Евросоюза по отношению к белорусской модели развития.

Не следует также забывать, что после 2014 г. Восточное партнерство все глубже скатывается к кризису. Экспансионистская политика ЕС по навязыванию всем участникам партнерства договора об ассоциации провалилась. Мы видим ее результаты в Украине. Теперь в Восточном партнерстве сформировались две большие группы стран: одна мечтает вступить в ЕС, вторая желает прагматично работать на благо углубления торгово-экономических отношений и политического диалога без какой-либо интеграции с Брюсселем.

В этой связи Восточное партнерство сегодня – это, скорее, формат «лебедя, рака и щуки», где голос Беларуси, к слову – это голос и ее союзника, России. А голос Украины, к примеру – это что-то совсем противоположное.

И здесь конечно, возникает вопрос, насколько эффективен данный формат для Беларуси и в каких сферах. Как дипломатическая площадка для обмена мнениями и сверки часов Восточное партнерство действительно интересно. Диалог всегда нужен. Однако прагматического торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества здесь явно не достает и, я думаю, в ближайшее время не будет. Более того, данный формат для официального Минска не особо комфортный в плане описанного выше его дискриминационного характера для Беларуси.

Мне кажется, что Минску следовало бы класть яйца в разные корзины. Налаживать двусторонние отношения с конкретными странами ЕС, которые готовы более глубоко сотрудничать с Беларусью. И примером здесь могут служить белорусско-австрийские, белорусско-итальянские, белорусско-французские, белорусско-немецкие отношения. Они иллюстрируют более высокую эффективность двустороннего формата, нежели Восточное партнерство.

Можно подумать и о создании формата условного западного партнерства стран ЕАЭС для государств ЕС, желающих более глубокого уровня взаимодействия с континентальной интеграцией. На мой взгляд, именно коллективный евразийский консенсус на этот счет может усилить взаимодействие с ЕС, хотя бы в формате стран, реально желающих более высокого сотрудничества.

Для Беларуси же коллективное лоббирование интересов в рамках условного западного партнерства ЕАЭС может стать более реальным и комфортным инструментом налаживания отношений с ЕС, нежели Восточное партнерство, которое сегодня испытывает кризис.

Подводя итог, можно констатировать, что сегодня Восточное партнерство – это один из многочисленных форматов отношений с ЕС и не более. Он не имеет монополии и не особо эффективен. Президент же Беларуси, отказавшись посетить саммит Восточного партнерства, просто отправил еврочиновников на переэкзаменовку, показав, что это не тот формат, который достоин уровня президента страны.


Беседовала Елизавета Кутюн

Загрузка...
Комментарии
02 Сентября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Что стоит за визитом советника Трампа в Минск.

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2018 году
инфографика
Цифра недели

3,5%

населения мира составляют мигранты, что эквивалентно 272 млн чел. С 2010 г. данный показатель увеличился на 51 млн чел. – ООН

Mediametrics