17 Ноября 2016 г.

Интриги силовиков вокруг Трампа

Интриги силовиков вокруг Трампа
Фото: amazonaws.com

Избрание Трампа президентом США многие наблюдатели уже успели окрестить революцией в Вашингтоне. Однако о команде и конкретной программе военных реформ Трампа известно немного. Какие отношения у избранного президента сложились с Пентагоном, полицией и спецслужбами США и какие шаги он готов совершить в военной сфере? Читайте аналитическую статью политолога-международника, кандидата исторических наук Павела Потапейко (Минск, Беларусь).

Военный манифест Трампа

Дональд Трамп связан с армией самой своей биографией – в 13-летнем возрасте он стал кадетом Нью-йоркской военной академии, окончание которой и стало для него завершением школьного образования. Затем он пошел в колледж и выбрал карьеру в бизнесе, но добрым словом вспоминает «военную» страницу своей жизни. В прошлом году в интервью сказал, что военная академия дала ему больше опыта военной подготовки, чем многим из тех, кто затем становится профессиональным военным.

В ходе избирательной кампании Трамп высказывался за увеличение военных расходов, но при этом считал целесообразным сокращение затрат США на НАТО.

Он не одобряет вложение огромных средств в «обеспечение безопасности других стран», и считает, что подобные расходы должны быть «адекватно компенсированы». Он встревожил многих в Восточной Европе, поставив под сомнение гарантии странам-членам альянса со стороны США, и даже не исключил выхода из него, если там не проведут реформ.

Трамп призвал такие страны, как Япония, раскошелиться на содержание американских войск, базирующихся на их территории. В ходе кампании подчеркивал, что дефицит торгового баланса Америки составляет $800 млрд, поэтому она не может больше быть «мировым полицейским».

Важный мотив его предвыборных выступлений – у США хватает своих проблем в области прав и свобод граждан, и у них вряд ли есть право читать мораль другим, если «у нас могут хладнокровно застрелить полицейского».

Трамп призвал отказаться от «потерпевшей крах» политики смены неугодных режимов в других странах – в первую очередь, арабских.

А вместо этого искоренить исламистский терроризм, нанести поражение «варварам», причем быстро, и грозился устроить запрещенной организации ИГИЛ настоящий ад.

Вашингтон, Москва, Киев

Многих беспокоят высказывания Трампа о том, что он «поладит» с Путиным и что «было бы чудесно» иметь хорошие отношения с Россией. Хотя, добавлял он, если Москва будет «проявлять агрессию», ему «придется отреагировать».

Новый президент не намерен полностью отказываться от американского вооруженного присутствия в Ираке. Он говорил в ходе кампании, что не одобрял вторжение в Ирак. Правда, эксперты вспоминали его высказывания 2002 г., где он был не против этого, но он вскоре перешел к критике военных действий там, что насторожило часть военных. Как показали дальнейшие события – лишь часть.

Одной из самых поляризующих сторон его предвыборной риторики были высказывания о радикальном исламизме и призыв запретить въезд в США мусульманам вообще. Как и ограничить въезд нелегалов из Мексики. Хотя и обещал установить с южным соседом «очень хорошие отношения».

Особенно встревожились из-за победы Трампа в Киеве. Там обратили внимание, что глава его избирательного штаба Пол Манафорт руководил успешной кампанией Януковича в 2010 г.

Одним из ведущих внешнеполитических советников команды избранного президента является инвестиционный банкир Картер Пейдж, имеющий связи с «Газпромом» и Китаем и заявляющий, что интересы бизнеса важнее демократии и прав человека. А другой советник Трампа по внешней политике и безопасности, генерал-лейтенант Майкл Флинн, неоднократно выступал на «Russia Today» и не скрывает позитивного отношения к Путину.

Анализ выступлений Трампа и его команды показывает, что они пока не вычеркивают Россию из списка угроз.

Но важнее другое: Трамп готов встретиться с российским руководством и найти точки соприкосновения. А его советники признали, что у них пока нет четкой стратегии по Украине.

С другой стороны, ряд аналитиков не исключают, что Трамп может почувствовать «вкус» к силовой политике, и не только в отношении запрещенной организации ИГИЛ.

Трамп и Пентагон

Но перейдем к отношению к Трампу самих военных. Так, накануне первых дебатов с Хиллари Клинтон 88 отставных генералов, адмиралов и высших лиц Пентагона поддержали его в открытом письме, призвав к «остро необходимой корректировке курса страны в области национальной безопасности».

В письме говорилось: «Мы уверены, что такую корректировку сможет провести лишь тот, кто не несет ответственности за ослабление наших вооруженных сил и умножение угроз для нашей страны … Поэтому мы поддерживаем кандидатуру Дональда Трампа на пост нашего следующего главнокомандующего».

Письмо это было как нельзя кстати – до этого широко обсуждалась поддержка Клинтон со стороны таких влиятельных отставников, как генерал Джон Аллен, и даже ряда республиканских экспертов в области международной безопасности, негативно отозвавшихся о кандидатуре Трампа.

Важность письма особенно подчеркивал еще один советник Трампа по национальной безопасности – отставной генерал-лейтенант Кит Келлог. Ряд подписавших активно выступают против ядерного соглашения с Ираном.

В письме отставных военных выражается опасение, что в США продолжится политика сокращения военных расходов. Они одобрили «намерение Дональда Трампа перестроить вооруженные силы, обеспечить безопасность границ, разгромить исламистских противников и восстановить закон и порядок внутри страны».

Союз Трампа и полиции?

В октябре 2016 г. Трамп заявил, что американские военные «концептуально одобрили» его кандидатуру, и что он также получил поддержку практически всех полицейских департаментов и союзов полицейских. Он говорил на митингах, что с ветеранами, военными и полицейскими «обращаются несправедливо».

К числу поддержавших его организаций, в частности, относятся «Национальный братский орден полиции» (325 тыс. членов), «Национальный совет укрепления иммиграционной и таможенной службы» (5 тыс. офицеров этих органов) и «Национальный совет пограничной службы» (16,5 тыс. пограничников).

Правда, наблюдатели отмечали, что эти организации все же не представляют соответствующие структуры в целом, да и тем по закону нельзя заниматься политикой. Однако тенденция наметилась.

Военный истеблишмент против Трампа?

Публикации о том, за Трампа ли военные, появлялись с того самого момента, когда оказалось, что одни праймериз за другими дают ему лидерство у республиканцев. Так, весной обозреватели писали, что его призыв «убивать семьи террористов» расколол «людей в погонах». Цитировали бывшего директора ЦРУ Майкла Хейдена, заметившего: «Если бы он отдал подобный приказ, возглавляя страну, американские вооруженные силы отказались бы его выполнять».

Антитрамповская «Вашингтон пост» цитировала в те же месяцы отставного генерал-лейтенанта армии Марка Хертлинга: «Трампу стоит напомнить, что военные – не его дворцовая гвардия». Было опубликовано открытое письмо с негативным отношением к нему, подписанное крупными республиканскими экспертами в области нацбезопасности. Среди них были аналитики Макс Бут и Роберт Каган, а также бывший генпрокурор Майкл Мукасей.

В письме говорилось: «Его видение американского влияния и силы очень непоследовательно… Его бросает от изоляционизма до военного авантюризма буквально в рамках одной фразы… Его одобрение широкого применения пыток недопустимо… Его полная ненависти антимусульманская риторика подрывает борьбу с исламским радикализмом, отталкивая партнеров в исламском мире… Она представляет угрозу безопасности и гарантированным Конституцией свободам американских мусульман».

Либеральные издания писали, что офицеры Пентагона в частных беседах не знают, что и делать, если Трамп станет их главкомом, и многие будто бы даже намерены в этом случае уйти в отставку. Но даже эти обозреватели признавали, что при этом военные могут в целом оказаться более склонными поддержать Трампа, чем Клинтон.

Например, они были вынуждены отметить, что в воинских частях ширился «энтузиазм» относительно его кандидатуры. Но тут же делался вывод о том, что это больше характерно для низших чинов и рядовых, тогда как старший офицерский корпус, особенно в Пентагоне, не разделяет таких настроений.

Предвыборные разборки

В этот период в поддержку Трампа выступила организация «Ветераны за сильную Америку», объединяющая многих из тех, кто прошел Ирак и Афганистан. В ее заявлении говорилось: «Г-н Трамп поддерживает военных Соединенных Штатов и ветеранов Америки… Люди просто не доверяют политикам и не в восторге от медленного рассмотрения Конгрессом таких критических вопросов, как защита границ, проблемы ветеранов и финансирование вооруженных сил». Следует отметить, что Дональд Трамп учредил фонд помощи ветеранам.

Буквально за несколько дней до выборов канал «Си-эн-эн» отмечал, что и у Трампа, и у Клинтон имеются серьезные противоречия в отношениях с влиятельными военными кругами.

Подчеркивалось, что республиканский кандидат, например, жестко критиковал военно-стратегические аспекты политики нынешней администрации и часто вступал в пикировки с Пентагоном.

На этом основании делали вывод, что в случае прихода Трампа в Белый дом у него с этим ведомством должны сложиться непростые отношения. Бывший советник Командования спецопераций Сет Джонс (ныне аналитик «Рэнд корпорейшн») отметил в интервью каналу, что среди высших военных существует «тревога» по поводу возможной администрации Трампа и что он неизбежно натолкнется на их сопротивление, если начнет пересматривать вопрос применения пыток и отношения с европейскими союзниками. Любопытно, что аналитик поставил эти вещи на одну доску.

А бывший декан военного училища полковник Джефф Маккосленд сказал, что «мозговому центру Республиканской партии и тем, кто у них занимается вопросами национальной безопасности, придется обуздывать Трампа, который фактически некомпетентен для поста президента».

С другой стороны, военные круги не были в восторге и от планов Клинтон добиться бесполетной зоны над Сирией, рискуя столкнуться с Россией еще серьезнее. Против этого высказывался и Обама.

Выступая в сентябре в Конгрессе, председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Джозеф Данфорд раскритиковал обоих кандидатов. Клинтон – за готовность ввязаться в войну с Россией (он прямо сказал, что не будет этому помогать). Трампа же – за призывы применять пытки водой и убивать семьи террористов (по его словам, это «несовместимо с ценностями нашей нации» и подорвет дух бойцов).

Трамп и ИГИЛ

Интересна позиция нового американского президента насчет операции США против запрещенной организации ИГИЛ. Например, Трамп подверг критике кампанию по взятию Мосула, назвав ее «полной катастрофой», чем тоже не порадовал ряд высокопоставленных военных. Кандидат заявил, что коалиция там «увязла», а военные при этом рапортуют о продвижении. На это главком объединенных сил коалиции генерал-лейтенант Стивен Таунсенд раздраженно отмел такую оценку, впрочем, не упоминая имени Трампа.

Трамп намекал, что не исключаются широкие замены в руководстве силовых структур, в том числе и среди тех, кто отвечает за операции против запрещенной организации ИГИЛ.

Но в целом даже его критики отмечали, что он уверен в своей поддержке со стороны силовиков и не проявляет какого-либо беспокойства насчет возможных трений с ними после прихода к власти.

В сентябре Трамп огласил план увеличения вооруженных сил США, напоминающий меры, принимавшиеся при Рейгане.

Согласно ему, размер сухопутных сил должен вырасти до 540 тыс., численность морпехов – до 36 батальонов, состав ВМС – до 350 надводных судов и подлодок, а ВВС – не менее 1200 боевых самолетов. При этом Пентагон запросил на 2017 г. бюджет с расчетом на 460 тыс. военнослужащих наземных сил, 24 батальона морской пехоты, 287 судов и 1170 «бортов» (цифры без учета гвардии и резервов). Эксперты подсчитали, что план Трампа будет стоить десятки миллиардов долларов. Возможно, он также стал фактором, склонившим часть военных в его пользу.

Перестройка «оборонки»?

Сразу после победы Трампа на выборах обозреватели заговорили о начавшихся в стенах Пентагона процессах. Туда (как и в другие основные федеральные ведомства) уже на следующий день были направлены специальные «переходные команды» для проработки мер, которые будущая администрация предпримет после инаугурации. Руководство военного ведомства заговорило о пересмотре приоритетов относительно вызовов и угроз и об ознакомлении новой команды с делами.

При этом многие в Пентагоне выражали удивление в связи с победой Трампа, даже если и сами голосовали за него. Некоторые, особенно женщины, отказывались комментировать тему выборов. Кое-кто признавался, что на его голос повлияли разоблачения ФБР относительно недопустимого поведения Клинтон в вопросах секретности в области национальной безопасности. Иные указывали, что голосовать за Трампа их побудила в первую очередь агрессивная кампания в СМИ в пользу Клинтон, что выглядело так, будто истеблишмент и медиа уже решили исход выборов.

Подводя итог, можем сделать основной вывод:

военные круги в целом, особенно «среднее звено» офицерского корпуса, военнослужащие младшего ранга и те, кто служит не в столице, скорее поддержали Трампа, тогда как настороженность высказывали верхние эшелоны и столичная, пентагоновская номенклатура, а также многие американские военнослужащие за рубежом.

Следует отметить также, что далеко не все американцы в погонах откровенно говорили, за кого они собираются голосовать, что не позволяло составить объективную картину настроений в их рядах.

Что же касается спецслужб, то Трампу существенно помогла их поддержка (главным образом, ФБР), выразившаяся прежде всего в разоблачениях в адрес Хиллари Клинтон. Аналитики указывали, что одной из причин стало то, что она их фактически оттолкнула и в ходе кампании, и в бытность госсекретарем.

Недаром глава сенатского комитета по разведке республиканец Ричард Бэрр (кстати, только что переизбранный на новый срок) был одним из немногих сенаторов, не упражнявшихся в антироссийской риторике, а напротив, отмечавших сотрудничество спецслужб двух стран – например, предупреждения со стороны ФСБ о братьях Царнаевых еще до теракта во время марафона в Бостоне в 2013 г.

Павел Потапейко, к.ист.н.,
специалист по международным отношениям (Минск, Беларусь)

Загрузка...
Комментарии
11 Августа
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Парламентские выборы откроют новый политический цикл в Беларуси.

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2018 году
инфографика
Цифра недели

$335,5 млн

составила сумма сделок, заключенных на полях Первого Каспийского экономического форума. Всего было заключено 72 различных соглашения

Mediametrics