31 Августа 2020 г. 18:30

Как «бархатная революция» и коронакризис изменили экономику Армении

/ Как «бархатная революция» и коронакризис изменили экономику Армении
Как «бархатная революция» и коронакризис изменили экономику Армении
Фото: cnbcfm.com

Пандемия больно ударила по экономике Армении, но на фоне сокращения внешней торговли в первом полугодии 2020 г. армянские экономисты отмечали рост экспорта в Беларусь на 28,1% и в Казахстан на 8,6%. При этом из стран ЕАЭС на 18,5% вырос импорт, тогда как в целом он сократился на 13%. Однако коронакризис – не единственный фактор, определивший состояние армянской экономике на сегодняшний день. О том, как наряду с пандемией на нее повлияли «бархатная революция» 2018 г. и членство в ЕАЭС, читайте в статье эксперта исследовательского института «Политэкономия» (Ереван) Бениамина Матевосяна.

Для экономики Армении 2 года, последовавшие за событиями 2018 г. можно назвать «годами турбулентности». В первоначальный период после событий апреля-мая 2018 г. происходил процесс «приема-сдачи» власти, что не могло не отразиться на экономических показателях, так как слова «революция» и «экономический рост» можно считать антонимами. А уже в конце 2019 г. – начале 2020 г. Армения и мир столкнулись с пандемией коронавируса, которая оставила свой след не только на мировой, но и на армянской экономике.

Для объективной оценки динамики развития армянской экономики следует пользоваться оценками не только местных экспертов и аналитиков, но и проанализировать оценки, данные армянской экономике авторитетными международными структурами. К их числу относится и доклад «Основные тенденции интеграционного развития Армении в 2019 году», подготовленный Центром интеграционных исследований Евразийского банка развития (ЕАБР).

Важные факты и цифры


В первую очередь, необходимо отметить, что темпы интеграционного развития Армении в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) сохранились. В структуре поставок армянских товаров в страны ЕАЭС в 2019 г. выросла доля пищевой продукции и сельскохозяйственного сырья (18,9%), а в импорте – минеральных продуктов. Важное значение для стимулирования потребительского и инвестиционного спроса внутри республики, а также для улучшения сальдо ее платежного баланса в целом продолжают сохранять денежные переводы из-за рубежа (более $1,9 млрд в 2019 г.). Дальнейшее развитие получили кооперационные связи со странами ЕАЭС, особенно с Россией. Предприятия из Армении вошли в единый перечень промышленных объединений, готовых участвовать в реализации совместных проектов по производству продукции для железнодорожного транспорта.

Указанное демонстрирует, что официальный Ереван продолжает планомерную интеграцию в рамках ЕАЭС, что открывает для экономики новые горизонты. Как отмечают специалисты ЕАБР, стабильная положительная динамика экспорта в ЕАЭС достигнута преимущественно за счет укрепления корпоративного взаимодействия с этими государствами, что позволило расширить внешние рынки для армянских предприятий, в первую очередь – легкой промышленности.

Вместе с тем, в докладе представлен ряд важных цифр, демонстрирующих глубинные процессы, происходившие в экономике Армении в 2019 г.:

1. По итогам 2019 г. стоимостный объем внешней торговли Армении составил $8,2 млрд, увеличившись на 10,4% по сравнению с предыдущим годом. Экспорт достиг $2,6 млрд (на 9,4% больше), импорт – $5,5 млрд (на 10,8% больше). Увеличению стоимостных объемов импортируемых товаров способствовали группы «транспортные средства» и «минеральные продукты».

2. В 2019 г. Армения сумела увеличить темпы экспорта по направлению прочих стран (не входящих в состав ЕАЭС). Темпы роста экспорта по направлению прочих стран (на 9,0% больше, чем в 2018 г.) оказались более высокими по сравнению с темпами роста импорта. При этом в сформировавшейся товарной структуре экспорта в прочие страны с долей 52,5% доминирует продукция горно-металлургического сектора (медные руды и концентраты, поставляемые преимущественно в Европейский союз, Китай и Швейцарию).

3. Армения и в 2019 г. сохранила отрицательное сальдо торгового оборота с членами Союза. Оно увеличилось до –5,6% ВВП (–4,9% в 2018 г.) из-за высоких темпов роста импорта (на 17,6% больше по сравнению с 2018 г.) при более скромных темпах роста экспорта (на 10,5% больше). Однако, стоит отметить, что был целый ряд товаров, импорт которых относительно улучшил торговый баланс РА с ЕАЭС.:

● продовольственные товары и сельскохозяйственное сырье: их экспорт увеличился на 18,9%, а удельный вес составил по итогам периода 57% общего объема экспорта РА в страны ЕАЭС;

● минеральные продукты: их поставки выросли на 30,4%, а удельный вес составил 1,2%;

● машины, оборудование и транспортные средства: эта категория товаров прибавила 47,3%, удельный вес за период – 7,8%;

Стоит также отметить, что в общей сложности, с учетом товарных экспортных и импортных операций, значимость взаимной торговли Армении со странами ЕАЭС увеличилась по итогам 2019 г. до 28,1% совокупного внешнего оборота (26,9% в 2018 г.).

4. Анализируя экономики ряда стран, можно зачастую увидеть заявления о том, что они «не сошли с сырьевой иглы», а в случае с армянской экономикой следует признать, что страна не сошла «с иглы денежных переводов» и экономика во многом зависит от данного показателя.

В общей сложности в 2019 г. было привлечено $1,96 трлн, на 9,7% больше, чем годом ранее ($1,79 трлн). С учетом географической структуры поступлений они остаются важным интеграционным каналом, связывающим Армению со странами ЕАЭС, преимущественно с Россией, доля которой в общих поступлениях составила в 2019 г. 53,9% (58,8% годом ранее). Тем не менее, следует отметить, что значение денежных переводов для экономики продолжает понемногу снижаться: до 14,3% ВВП по итогам прошлого года с 14,4% ВВП в 2018 г.

5. Важным показателем, выявляющим протекание негативных процессов в экономике страны, является тот факт, что объем прямых иностранных инвестиций в Армению сократился. Причем сократился он как в абсолютных величинах, так и относительно основных стран-инвесторов в армянскую экономику.

По итогам 2019 г. объем прямых инвестиций в Армению из России сократился до $33,2 млн против $124,3  за аналогичный период 2018 г. В целом же, значительные потоки ПИИ в Армению в 2019 г. были зафиксированы из России ($33,2 млн), Италии ($27,1 млн), Аргентины ($18,8 млн), Германии ($18,6 млн), Кипра ($6,0 млн).

6. В 2019 г. увеличился и объем армянского государственного долга. На конец 2019 г. совокупный государственный долг Армении перед РФ составил $399 млн, что на $85 млн больше по сравнению с 2018 г. В результате удельный вес России увеличился до 6,9% внешнего долга правительства Армении (5,7% в 2018 г.). В целом же, совокупный внешний госдолг республики на конец декабря 2019 г. составлял $5,7 млрд.

Фактор коронавируса


Как уже было сказано, представленные в докладе ЕАБР реалии относятся к 2019 г., и очевидно, что возникшая затем пандемия коронавируса внесла значительные изменения как в мировую экономику, так в и экономику Армении.

По оценкам ООН, почти 90% мировой экономической деятельности в той или иной форме пострадало в результате пандемии коронавируса. В текущем году экономисты ООН предрекают миру сокращение экономики на 3,2%. Ожидается, что из-за пандемии COVID-19 в течение следующих двух лет мир недосчитается около $8,5 трлн доходов. Это самое резкое сокращение со времен Великой депрессии 1930‑х гг. При этом коронавирус уже стал «наносить удары» по хрупкой армянской экономике.

Если анализировать «коронавирусную экономику» Армении, то следует выделить несколько важнейших показателей, которые демонстрируют явные проблемы, которые придется решать правительству Пашиняна. Согласно последним данным Статистического комитета Армении, в июле индекс экономической активности Армении в сравнении с аналогичным периодом 2019 г. снизился на 10,2%. При этом за период с января по июнь 2020 г. товарооборот в республике сократился на 11% в сравнении с аналогичными показателями 2019 г., и составил 1,518 трлн драмов (порядка $3 млрд).

По предварительным данным, ВВП страны в период с января по июнь зарегистрировал спад на 5,7% по сравнению с ростом на 7,1% за аналогичный период 2019 г. Падение ВВП сопровождалось падением темпов строительства (на 22,4%) и сферы услуг (6,4%) в сравнении с показателями аналогичного периода 2019 г. Экспорт также сократился в 2020 г. на 6,4%. Вместе с тем, редкая отрасль, показавшая внушительные темпы роста – добыча полезных ископаемых. За первое полугодие текущего года она выросла на 24,3%, и это с учетом того, что в период прихода к власти революционеры обещали сократить зависимость экономики страны от данный отрасли, намереваясь сделать упор на развитие IT сектора.

И в заключение, армянские СМИ уже успели сообщить о том, что после экономического роста в 3,9%, зарегистрированного в Армении в первом квартале текущего года, во втором последовал резкий спад. В результате этого по сравнению с аналогичным периодом 2019 г. во втором квартале экономический спад составил 13,7%. И это при том, что мы еще «не достигли пика кризиса».

«Амулсарский парадокс»


Вышеизложенное демонстрирует, что как в 2019 г., так и в 2020 г. локомотивом развития экономики остается добыча и продажа полезных ископаемых. Параллельно процессу роста темпов добычи полезных ископаемых в последние 2 года падает объем прямых иностранных инвестиций в экономику Армении. Так в 2019 г. данный показатель составил $254,5 млн, однако в результате оттока прямых иностранных инвестиций во II и III кварталах чистый приток иностранных инвестиций за январь-декабрь прошлого года составил $16,8 млн.

Нужно отметить, что отрицательная динамика иностранных инвестиций сформировалась в основном в результате фактической приостановки реализации проекта компании «Lydian Armenia» по эксплуатации Амулсарского золотого месторождения. В результате значительная часть чистого оттока ПИИ из Армении за отчетный период обусловлена обнулением инвестиций от компании: сокращение составило $42,5 млн.

Парадокс ситуации заключается именно в том, что компания «Lydian», будучи крупнейшим инвестором, лишена возможности осуществлять свою деятельность, и это в условиях, когда остальные горнодобывающие компании, действующие в стране, продолжают активно увеличивать темпы своего производства и продаж.

Важно понимать и то, что пандемия коронавируса резко взвинтила мировые цены на золото, которые в последний период колеблются в промежутке между $1900 и $2000 за унцию.

По оценке экспертов, при подобных мировых ценах на золото компания «Lydian Armenia» в текущем году обеспечила бы армянскому бюджету до $150 млн. налоговых поступлений. Однако нет политического решения – нет инвестиций, нет также и налоговых поступлений.

Ситуация кажется еще более парадоксальной, если учесть тот факт, что правительство Армении в 2019 г. выделило ливанской компании ELARD $400 тыс. на то, чтобы компания провела независимую экспертизу и дала заключение о безопасности (или небезопасности) эксплуатации месторождения. Деньги выделены, экспертиза проведена, ливанская компания с рядом оговорок оценила проект как безопасный для эксплуатации, однако, «воз и ныне там», и программа продолжает оставаться замороженной.

Все вышеизложенное демонстрирует, что экономика Армении переживает сложный период, а вопрос с эксплуатацией Амулсарского месторождения показал нерешительность возглавляемого Николом Пашиняном правительства в решении вопросов, которые могут вызвать неодобрение определенной части общества – в данном случае, экологов. Бездействие, которое, с одной стороны, лишило государство инвестиций, с другой привело к тому, что компания «Lydian» может обратиться в международный арбитраж, и вместо инвестиций и налогов Армения получит новые долговые обязательства. Это, в свою очередь, может стать еще одной проблемой для армянской экономики, которая вкупе с проблемами из-за коронавируса может понести еще один ощутимый урон.

Важность политических решений


Согласно экспертным оценкам Исследовательского института «Политэкономия», в период «локдауна» армянская экономика несла ежедневные потери до $40 млн, что в итоге выльется в падение ВВП в 2020 г. до 20%, а также в продолжительную стагнацию. Данный прогноз и общая макроэкономическая ситуация в Армении говорят о том, что власти необходимо принимать нестандартные решения, направленные не спасение экономики, а также на дальнейшую успешную интеграцию в экономическую систему ЕАЭС.

Нужно понять, что главной проблемой для страны в ближайшей перспективе будет дефицит не продуктов питания или медицинских масок и ИВЛ (что особенно актуально на фоне разговоров о возможной «второй волне коронавиурса»), а дефицит денег. Данная проблема обусловлена следующими факторами:

● сокращением трансфертов от сезонных трудовых мигрантов, в основном, из России.

По данным МВД РФ, в 2019 г. в России было поставлено на учет 303 тыс. граждан Армении. При этом число нелегально работающих в России армянских граждан в прошлом году сократилось на 106 тыс. Часть этих мигрантов осталась в Армении, не сумев вернуться в Россию на заработки. Другая часть мигрантов, оставшихся в России, столкнется с проблемами трудоустройства, что отразится на их денежных переводах на родину. Оставшиеся же в самой Армении сезонные трудовые мигранты не смогут поддерживать уровень прежнего платежеспособного спроса, что ударит, в первую очередь, по отечественному производителю;

● сокращением доходов от сферы туризма.

Армения в последние годы стала популярным зарубежным направлением для россиян. При этом страна стабильно оставалась привлекательной и для туристов из других стран, в частности, Ирана, Франции, Китая, США. Благодаря этому, по некоторым оценкам, в 2017 . впервые доходы республики от туризма превысили сумму в $1 млрд. Очевидно, что ни в 2020 г., ни в среднесрочной перспективе вернуться к этим показателям будет практически невозможно;

● спадом экспортных цен на металлы.

Важнейшей статьей бюджетных поступлений для Армении является экспорт меди и молибдена. А цена на них уже долгое время фиксирует стабильное снижение, что бьет по армянскому бюджету.

● спадом в агросекторе.

Уже сегодня эксперты отмечают, что спад ожидается и в сельском хозяйстве, поскольку закрытые дороги и сокращение рынков сбыта приведут к тому, что армянский производитель будет не в состоянии в полной мере экспортировать свой товар и реализовывать его даже на рынках ЕАЭС.

Именно в таких условиях правительству Пашиняна придется изыскивать необходимые средства на поддержку социально уязвимых слоев населения, малого и среднего бизнеса. И делать все это в условиях повышения цены на газ.

В этом контексте правительство должно принять ряд мер. В первую очередь, следует отказаться от законодательного пакета о ликвидации банковской тайны и от пакета по конфискации имущества в досудебном порядке. Два этих законопроекта подорвут экономику Армении и стабильность ее банковской системы сильнее, чем коронавирус. Во-вторых, следует готовить секвестр бюджета и перенаправить средства на поддержку социальной сферы.

Если обратиться к недавней истории независимой Армении и проанализировать период двузначного экономического роста (1999-2007 гг.), станет очевидно, что структурно в пакете инвестиций внутренние инвестиции шли вровень (а иногда и с опережением) с инвестициями внешними. Это означает, что в самой стране деньги есть, нужно лишь суметь правильной политикой направить их в экономику.

Однако это невозможно будет сделать в условиях политической напряженности и политически поляризованного общества. Это будет невозможно сделать в условиях разделения общества на «черных» и «белых», «старых» и «новых», а также «своих» и «чужих». Прислушается ли правительство к подобным советам или нет, покажет только время.


Бениамин Матевосян, эксперт исследовательского института «Политэкономия» (Ереван)

Загрузка...
Комментарии
01 Октября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Российскому обществу необходим проект-«локомотив».

Инфографика: Сколько Беларусь экономит на российском газе
инфографика
Цифра недели

56%

россиян считают необходимым усиливать экономическую интеграцию между Россией и Беларусью – ФОМ

Mediametrics