Игры в Междуморье. <i>Угрожает ли Польша интеграционным проектам Беларуси и России?</i> Игры в Междуморье. <i>Угрожает ли Польша интеграционным проектам Беларуси и России?</i> Игры в Междуморье. <i>Угрожает ли Польша интеграционным проектам Беларуси и России?</i> 13.05.2016 eurasia.expert eurasia.expert info@eurasia.expert

С момента избрания президентом Польши Анджея Дуды, члена правоконсервативной партии «Право и справедливость» (Prawo i Sprawiedliwość), Варшава демонстрирует повышенную активность в международных делах. Польская дипломатия смягчила риторику в отношении Минска. Одновременно глава МИД Польши заявил, что Россия представляет более серьезную «экзистенциальную угрозу», чем Исламское государство. Каковы реальные мотивы политики Польши в отношении Союза Беларуси и России? Белорусский эксперт Дмитрий Могильницкий продолжает дискуссию на страницах «Евразия.Эксперт», начатую статьей Александра Шпаковского.

От «Междуморья» - к размещению ядерного оружия

Понимание международной обстановки складывается путем увязывания фактов в единую логическую цепочку. Мы совершаем ошибки, если составленная из разрозненных частей мозаика имеет мало соответствий с реальным положением вещей. Анализ белорусско-польских взаимоотношений – это и есть попытка сложить из множества деталей единую картину.

Сопоставим «знаковые» решения Варшавы за последние полгода.

В августе 2015 г. перед своей инаугурацией  А. Дуда  выступил за создание блока государств от Балтийского до Черного моря, фактически воскресив идею «Междуморья-Интермариума». Эксперты заговорили о возврате от «Пястовской» к «Ягеллонской» идее как принципа польской внешней политики. 23 августа, в день подписания пакта Молотова-Риббентропа, А. Дуда с первым официальным визитом в качестве главы государства посетил Эстонию. Был поставлен вопрос об организации постоянных баз НАТО в Восточной Европе. В сентябре Сейм Польши ратифицировал техническое соглашение о создании американской базы противоракетной обороны (ПРО) в Редзиково.

На выборах в Сейм Польши в октябре победила правоконсервативная партия «Право и справедливость» Ярослава Качиньского. Эта же партия сформировала однопартийное правительство. Сложилась уникальная ситуация –  фактически все ветви власти в Польше оказались в руках одной партии и её лидера, не занимающего никаких других официальных постов.

В ноябре 2015 г. состоялся мини-саммит стран «восточного фланга» НАТО. Была принята совместная декларация  антироссийской направленности, в которой страны-участницы встречи подтвердили, что объединят свои усилия для обеспечения «постоянного военного присутствия» в восточной части Европы. Затем Варшава заявила о намерениях признать недействительным Основополагающий акт Россия-НАТО 1997 года.

В декабре Министерство обороны Польши поствило вопрос о размещении ядерного оружия США на территории страны.  

18 декабря в Польше сменили главу экспертного центра контрразведки НАТО. Эта «акция» последовала за другими действиями, которые вызывают вопросы как внутри Польши, так и за ее пределами: изменением состава судей Конституционного суда, «национализацией» общественных СМИ и т.д.

В Польше происходит де-факто «зачистка» невыборной части системы управления от сторонников бывшей «партии власти» «Гражданской платформы». Это лишает оппозицию административного ресурса, укрепляет внутриполитические позиции ПиС и обеспечивает оперативность управления.

На этом фоне идет переосмысление реформы вооруженных сил Польши. В апреле 2016 г. министр обороны РП Антоний Мацеревич заявил, что прежнее правительство недооценило программу перевооружения армии Польши до 2022 г. И вместо 130 млрд. злотых (около 34 млрд.долларов) потребуется 235 млрд. злотых (около 62 млрд.долларов). А. Мацеревич подтвердил план увеличения численности армии на 50%.

Обращают на себя внимание и события в культурной и гуманитарной сфере. Так, 31 марта 2016 г. в Польше был анонсирован снос 500 советских памятников.

15 апреля министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский заявил, что Россия – это «экзистенциальная угроза», которая «более опасна, чем Исламское государство».

Сейм Польши в начале апреля одобрил поправки в закон о «карте поляка». С 1 января 2017 г. ее владельцам, желающим переселиться на ПМЖ в Польшу, будут предоставлены на период адаптации ежемесячное пособие в 140 евро и финансовая поддержка для оплаты жилья, интенсивного изучения языка и профессионального обучения. После года проживания в Польше переселенцы автоматически получат гражданство. 

Россия как «публичный враг» нового польского руководства

Теперь попытаемся составить мозаику. Назвав Россию «экзистенциальной угрозой», В.Ващиковский, фактически, сделал отсылку к философу К. Шмитту (несомненно, известного каждому правому консерватору) и его фундаментальному различению «друг-враг».
Прежде чем сделать подобное заявление устами Ващиковского, партия ПиС ( и Я.Качиньский лично) сконцентрировала в своих руках рычаги государственного управления,  расширила внутренний суверенитет Польши в рамках, дозволенных Евросоюзом, и заявила о своих амбициях по выстраиванию регионального блока государств.

Объявив Россию «публичным врагом» (в терминологии Шмитта), сегодняшнее руководство Польши фактически определило фундаментальный принцип, на котором формируется новый блок в Восточной Европе.

Это – совместное политическое, экономическое, военное и информационно-психологическое противодействие РФ по всем доступным направлениям под предлогом «российской угрозы». Заняв чётко обозначенную позицию, Польша обозначила свои претензии на лидерство в пока ещё формирующемся блоке.

Этот новый региональный блок можно называть как угодно. Можно громко и торжественно  – «Междуморьем-Интермариумом», Балтийско-Черноморским Союзом, Союзом Стран Центральной, Восточной и Северной Европы. А можно тихо и прозаично – «восточным флангом НАТО» (как будто у НАТО есть еще и другие фланги, кроме восточного). Судя по всему, Польша претендует на роль командующего «восточным флангом», а США в духе идей «санитарного кордона» эти амбиции поддерживают.

Одним из экзаменов для нового руководства Польши станет саммит НАТО в Варшаве в июле этого года. Региональное лидерство Польши будет подтверждено, если при поддержке США и своих сторонников по «восточному флангу», Польше удастся подавить сопротивление Германии (и некоторых других стран ЕС) и продавить решение о размещении постоянных баз НАТО на своей территории и на территории стран «восточного фланга».

Почему Варшаве нужен нейтралитет Минска?

Состояние белорусско-польских отношений будет определяться логикой польско-российских отношений. В отношении к Беларуси со стороны Польши можно констатировать совпадение нескольких мотивов:

а) стремление доказать свою геополитическую субъектность не на словах, а на деле;
б) стремление обеспечить свою безопасность на Востоке и ослабить одну из застарелых исторических фобий;
в) экспансионистское устремление, замешанное на тоске о былом величии, а также на культурном и экономическом влиянии.

Если исходить из наличия лидерских амбиций у Варшавы и занятой ею позиции, где Россия – «экзистенциальный враг», то открывается следующая перспектива.  

Есть экзистенциальный, бо́льший враг (Россия), у бо́льшего врага есть союзник (Беларусь), который, по классическому определению, тоже враг, только меньший.

Из этой перспективы вытекает несколько возможных целей Польши по отношению к Беларуси:

а) нанести стратегическое поражение России, сделав из меньшего врага друга, превратив его во врага бо́льшего врага (добиться полного разрыва РБ с РФ с перспективой вступления в НАТО);
б) тактически ослабить Россию, сделав из меньшего врага обузу для бо́льшего врага (добиться нейтралитета РБ де-факто без разрыва союзнических отношений РБ-РФ);
в) тактически ослабить Россию и нанести стратегический урон её  интеграционному потенциалу, лишив бо́льшего врага его союзника (добиться нейтралитета РБ де-юре).

Этих целей можно достичь разными путями, с различными издержками, за различные периоды времени. Так называемая постепенная «трансформация режима» в Беларуси – один из таких путей. Он, конечно, более длинный, нежели революционное свержение режима, но зато более надёжный и требует меньше издержек. Особенно если сравнивать с «постмайданной» Украиной, которая сулит все большие расходы ЕС. В конце концов, не входит ли в «европейское ценностное наследие» такое высказывание как: «Нет такой крепости, которую бы не взял осёл, груженный золотом»?

Не будем останавливаться на стратегическом значении «белорусского балкона» на западном направлении для РФ вообще и для Калининградской области, в частности, поскольку об этом уже не раз писали – это значение сложно переоценить. Нет необходимости говорить о последствиях «полного замыкания санитарного кордона» вокруг России, об этом тоже сказано немало.

Все упомянутые цели Варшавы, в случае их достижения, угрожают стабильности нынешних интеграционных объединений  - ЕАЭС и ОДКБ, а существование Союзного государства Беларуси и России вообще ставится под большой вопрос.

Также ставится под вопрос способность РФ выступать в дальнейшем в роли «ядра» интеграционных процессов и, соответственно, возможность России выступать в роли регионального и глобального лидера в качестве одного из «полюсов силы».
Можно спросить, почему – «все цели»? Ведь при варианте (б) союзнические отношения формально не разрываются?  Пусть за меня ответит К. Шмитт, столь почитаемый нынешней политической элитой Польши:

«…было бы заблуждением верить, что один отдельный народ мог бы, объявив дружбу всему миру или же посредством того, что он добровольно разоружится, устранить различение друга и врага. … Если некий народ страшится трудов и опасностей политической экзистенции, то найдется …некий иной народ, который примет на себя эти труды».

Правила игры

Если гипотеза о противостоянии нынешнего руководства Польши «экзистенциальному врагу» в лице России верна, то Беларусь будет рассматриваться как трофей, отбитый у врага, и, следовательно, представлять собой ресурс, предназначенный для использования в целях увеличения потенциала Польши.

Речь идет о демографической подпитке Польши, расширении влияния на политические решения, постепенной ликвидации промышленного потенциала, очистке рынка от местных конкурентов, увеличении сбыта собственной продукции, финансовой экспансия собственных банков и страховых компаний, идеологической экспансии, трансформации культурного кода.

Стоит ли в таком случае Минску отказываться от выстраивания отношений с Варшавой? С одной стороны, садиться играть с шулером – дело заведомо проигрышное. С другой стороны, из любой плохой игры всегда можно извлечь что-нибудь хорошее. Говорят, предупреждён – значит, вооружён. Должно быть чёткое понимание того, что необходимо получить Беларуси  и что можно отдать взамен. Самое главное - суметь вовремя остановиться, заранее гарантировав безопасный выход из игры. 

Игры в Междуморье. <i>Угрожает ли Польша интеграционным проектам Беларуси и России?</i>

13.05.2016

С момента избрания президентом Польши Анджея Дуды, члена правоконсервативной партии «Право и справедливость» (Prawo i Sprawiedliwość), Варшава демонстрирует повышенную активность в международных делах. Польская дипломатия смягчила риторику в отношении Минска. Одновременно глава МИД Польши заявил, что Россия представляет более серьезную «экзистенциальную угрозу», чем Исламское государство. Каковы реальные мотивы политики Польши в отношении Союза Беларуси и России? Белорусский эксперт Дмитрий Могильницкий продолжает дискуссию на страницах «Евразия.Эксперт», начатую статьей Александра Шпаковского.

От «Междуморья» - к размещению ядерного оружия

Понимание международной обстановки складывается путем увязывания фактов в единую логическую цепочку. Мы совершаем ошибки, если составленная из разрозненных частей мозаика имеет мало соответствий с реальным положением вещей. Анализ белорусско-польских взаимоотношений – это и есть попытка сложить из множества деталей единую картину.

Сопоставим «знаковые» решения Варшавы за последние полгода.

В августе 2015 г. перед своей инаугурацией  А. Дуда  выступил за создание блока государств от Балтийского до Черного моря, фактически воскресив идею «Междуморья-Интермариума». Эксперты заговорили о возврате от «Пястовской» к «Ягеллонской» идее как принципа польской внешней политики. 23 августа, в день подписания пакта Молотова-Риббентропа, А. Дуда с первым официальным визитом в качестве главы государства посетил Эстонию. Был поставлен вопрос об организации постоянных баз НАТО в Восточной Европе. В сентябре Сейм Польши ратифицировал техническое соглашение о создании американской базы противоракетной обороны (ПРО) в Редзиково.

На выборах в Сейм Польши в октябре победила правоконсервативная партия «Право и справедливость» Ярослава Качиньского. Эта же партия сформировала однопартийное правительство. Сложилась уникальная ситуация –  фактически все ветви власти в Польше оказались в руках одной партии и её лидера, не занимающего никаких других официальных постов.

В ноябре 2015 г. состоялся мини-саммит стран «восточного фланга» НАТО. Была принята совместная декларация  антироссийской направленности, в которой страны-участницы встречи подтвердили, что объединят свои усилия для обеспечения «постоянного военного присутствия» в восточной части Европы. Затем Варшава заявила о намерениях признать недействительным Основополагающий акт Россия-НАТО 1997 года.

В декабре Министерство обороны Польши поствило вопрос о размещении ядерного оружия США на территории страны.  

18 декабря в Польше сменили главу экспертного центра контрразведки НАТО. Эта «акция» последовала за другими действиями, которые вызывают вопросы как внутри Польши, так и за ее пределами: изменением состава судей Конституционного суда, «национализацией» общественных СМИ и т.д.

В Польше происходит де-факто «зачистка» невыборной части системы управления от сторонников бывшей «партии власти» «Гражданской платформы». Это лишает оппозицию административного ресурса, укрепляет внутриполитические позиции ПиС и обеспечивает оперативность управления.

На этом фоне идет переосмысление реформы вооруженных сил Польши. В апреле 2016 г. министр обороны РП Антоний Мацеревич заявил, что прежнее правительство недооценило программу перевооружения армии Польши до 2022 г. И вместо 130 млрд. злотых (около 34 млрд.долларов) потребуется 235 млрд. злотых (около 62 млрд.долларов). А. Мацеревич подтвердил план увеличения численности армии на 50%.

Обращают на себя внимание и события в культурной и гуманитарной сфере. Так, 31 марта 2016 г. в Польше был анонсирован снос 500 советских памятников.

15 апреля министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский заявил, что Россия – это «экзистенциальная угроза», которая «более опасна, чем Исламское государство».

Сейм Польши в начале апреля одобрил поправки в закон о «карте поляка». С 1 января 2017 г. ее владельцам, желающим переселиться на ПМЖ в Польшу, будут предоставлены на период адаптации ежемесячное пособие в 140 евро и финансовая поддержка для оплаты жилья, интенсивного изучения языка и профессионального обучения. После года проживания в Польше переселенцы автоматически получат гражданство. 

Россия как «публичный враг» нового польского руководства

Теперь попытаемся составить мозаику. Назвав Россию «экзистенциальной угрозой», В.Ващиковский, фактически, сделал отсылку к философу К. Шмитту (несомненно, известного каждому правому консерватору) и его фундаментальному различению «друг-враг».
Прежде чем сделать подобное заявление устами Ващиковского, партия ПиС ( и Я.Качиньский лично) сконцентрировала в своих руках рычаги государственного управления,  расширила внутренний суверенитет Польши в рамках, дозволенных Евросоюзом, и заявила о своих амбициях по выстраиванию регионального блока государств.

Объявив Россию «публичным врагом» (в терминологии Шмитта), сегодняшнее руководство Польши фактически определило фундаментальный принцип, на котором формируется новый блок в Восточной Европе.

Это – совместное политическое, экономическое, военное и информационно-психологическое противодействие РФ по всем доступным направлениям под предлогом «российской угрозы». Заняв чётко обозначенную позицию, Польша обозначила свои претензии на лидерство в пока ещё формирующемся блоке.

Этот новый региональный блок можно называть как угодно. Можно громко и торжественно  – «Междуморьем-Интермариумом», Балтийско-Черноморским Союзом, Союзом Стран Центральной, Восточной и Северной Европы. А можно тихо и прозаично – «восточным флангом НАТО» (как будто у НАТО есть еще и другие фланги, кроме восточного). Судя по всему, Польша претендует на роль командующего «восточным флангом», а США в духе идей «санитарного кордона» эти амбиции поддерживают.

Одним из экзаменов для нового руководства Польши станет саммит НАТО в Варшаве в июле этого года. Региональное лидерство Польши будет подтверждено, если при поддержке США и своих сторонников по «восточному флангу», Польше удастся подавить сопротивление Германии (и некоторых других стран ЕС) и продавить решение о размещении постоянных баз НАТО на своей территории и на территории стран «восточного фланга».

Почему Варшаве нужен нейтралитет Минска?

Состояние белорусско-польских отношений будет определяться логикой польско-российских отношений. В отношении к Беларуси со стороны Польши можно констатировать совпадение нескольких мотивов:

а) стремление доказать свою геополитическую субъектность не на словах, а на деле;
б) стремление обеспечить свою безопасность на Востоке и ослабить одну из застарелых исторических фобий;
в) экспансионистское устремление, замешанное на тоске о былом величии, а также на культурном и экономическом влиянии.

Если исходить из наличия лидерских амбиций у Варшавы и занятой ею позиции, где Россия – «экзистенциальный враг», то открывается следующая перспектива.  

Есть экзистенциальный, бо́льший враг (Россия), у бо́льшего врага есть союзник (Беларусь), который, по классическому определению, тоже враг, только меньший.

Из этой перспективы вытекает несколько возможных целей Польши по отношению к Беларуси:

а) нанести стратегическое поражение России, сделав из меньшего врага друга, превратив его во врага бо́льшего врага (добиться полного разрыва РБ с РФ с перспективой вступления в НАТО);
б) тактически ослабить Россию, сделав из меньшего врага обузу для бо́льшего врага (добиться нейтралитета РБ де-факто без разрыва союзнических отношений РБ-РФ);
в) тактически ослабить Россию и нанести стратегический урон её  интеграционному потенциалу, лишив бо́льшего врага его союзника (добиться нейтралитета РБ де-юре).

Этих целей можно достичь разными путями, с различными издержками, за различные периоды времени. Так называемая постепенная «трансформация режима» в Беларуси – один из таких путей. Он, конечно, более длинный, нежели революционное свержение режима, но зато более надёжный и требует меньше издержек. Особенно если сравнивать с «постмайданной» Украиной, которая сулит все большие расходы ЕС. В конце концов, не входит ли в «европейское ценностное наследие» такое высказывание как: «Нет такой крепости, которую бы не взял осёл, груженный золотом»?

Не будем останавливаться на стратегическом значении «белорусского балкона» на западном направлении для РФ вообще и для Калининградской области, в частности, поскольку об этом уже не раз писали – это значение сложно переоценить. Нет необходимости говорить о последствиях «полного замыкания санитарного кордона» вокруг России, об этом тоже сказано немало.

Все упомянутые цели Варшавы, в случае их достижения, угрожают стабильности нынешних интеграционных объединений  - ЕАЭС и ОДКБ, а существование Союзного государства Беларуси и России вообще ставится под большой вопрос.

Также ставится под вопрос способность РФ выступать в дальнейшем в роли «ядра» интеграционных процессов и, соответственно, возможность России выступать в роли регионального и глобального лидера в качестве одного из «полюсов силы».
Можно спросить, почему – «все цели»? Ведь при варианте (б) союзнические отношения формально не разрываются?  Пусть за меня ответит К. Шмитт, столь почитаемый нынешней политической элитой Польши:

«…было бы заблуждением верить, что один отдельный народ мог бы, объявив дружбу всему миру или же посредством того, что он добровольно разоружится, устранить различение друга и врага. … Если некий народ страшится трудов и опасностей политической экзистенции, то найдется …некий иной народ, который примет на себя эти труды».

Правила игры

Если гипотеза о противостоянии нынешнего руководства Польши «экзистенциальному врагу» в лице России верна, то Беларусь будет рассматриваться как трофей, отбитый у врага, и, следовательно, представлять собой ресурс, предназначенный для использования в целях увеличения потенциала Польши.

Речь идет о демографической подпитке Польши, расширении влияния на политические решения, постепенной ликвидации промышленного потенциала, очистке рынка от местных конкурентов, увеличении сбыта собственной продукции, финансовой экспансия собственных банков и страховых компаний, идеологической экспансии, трансформации культурного кода.

Стоит ли в таком случае Минску отказываться от выстраивания отношений с Варшавой? С одной стороны, садиться играть с шулером – дело заведомо проигрышное. С другой стороны, из любой плохой игры всегда можно извлечь что-нибудь хорошее. Говорят, предупреждён – значит, вооружён. Должно быть чёткое понимание того, что необходимо получить Беларуси  и что можно отдать взамен. Самое главное - суметь вовремя остановиться, заранее гарантировав безопасный выход из игры.