Иван Тимофеев: «Соглашения между Россией и США по постсоветскому пространству не будет» Иван Тимофеев: «Соглашения между Россией и США по постсоветскому пространству не будет» Иван Тимофеев: «Соглашения между Россией и США по постсоветскому пространству не будет» 27.12.2016 eurasia.expert eurasia.expert info@eurasia.expert

В ходе организованной РСМД и аналитическим порталом RuBaltic.Ru лекции программный директор Российского совета по международным делам, доцент кафедры политической теории МГИМО Иван Тимофеев прокомментировал для «Евразия.Эксперт» перспективы взаимодействия России и Запада на постсоветском пространстве. После победы Дональда Трампа на выборах в США появились надежды на нормализацию отношений Москвы и Вашингтона. Однако на постсоветском пространстве избежать конкуренции, видимо, не удастся.

- Иван Николаевич, одна из ключевых точек столкновения интересов России и США на протяжении многих лет – это постсоветское пространство. Как будут развиваться отношения Москвы и Вашингтона после инаугурации Трампа? Удастся ли прийти к какому-то соглашению?

- Постсоветское пространство было нашим камнем преткновения еще c 1990-х гг., и у России очень серьезные разногласия с нашими западными партнерами. Мы по-разному трактовали основополагающий акт Россия-НАТО, мы по-разному трактуем то, о чем говорили в Парижской хартии и прочих документах.

Считаю, что никакого соглашения между Россией и США по постсоветскому пространству не может быть, даже теоретически.

На него, возможно, были бы рады пойти россияне и, может быть, некоторые партнеры на постсоветском пространстве, но на него никогда не пойдут ни ЕС, ни США.

Поэтому и в будущем постсоветское пространство будет восприниматься как арена конкуренции.

И успех России в этой конкуренции во многом будет определяться способностью ненавязчиво предложить конкурентоспособные модели сосуществования, сожительства с постсоветскими странами, не воспринимая в качестве само собой разумеющегося те заделы, которые у нас есть в виде русского языка и общей истории.

Чтобы страны оставались нашими союзниками, нужно с ними работать конструктивно и равноправно, воспринимать как независимые суверенные государства – в союзных отношениях, с большим уровнем интеграции.

Мне очень приятно, когда я пересекаю границу России и Беларуси на поезде, что меня никто не досматривает, только затем уже в Польше. Это большое достижение. Но не следует воспринимать его как само собой разумеющееся – надо работать для сохранения и развития достигнутого уровня интеграции.

- Что конкретно Вы имеете в виду?

- Многое зависит от успеха евразийской интеграции. И очень хорошо, что это экономический проект и его пытаются всеми силами пока оставить деполитизированным. Хотя, конечно, там есть политические элементы, как и в любом интеграционном процессе. Если «домашнее задание» по евразийской интеграции будет успешно сделано, то это будет шаг вперед.

Комфорт постсоветских стран и граждан во взаимодействии с Россией, возможность передвижения, миграции, возможность доступа на рынок, возможность получать технологии и инвестиции из России – это и есть наше «домашнее задание».

Во многих вещах, которые происходят на постсоветском пространстве, мы виноваты сами. У нас всегда есть соблазн кого-то обвинить: например, Запад виноват. Конечно, есть конкуренция, никогда конкурент не дремлет. Можно быть партнерами в одном и конкурентами в другом.

Но если гражданин, приезжающий к нам из Беларуси, Украины, Казахстана, из любой постсоветской страны, будет иметь возможность комфортно здесь жить, работать, отдыхать, повышать образование, Россия будет для него привлекательной, тогда мы будем в этой игре конкурентоспособны.

Если мы будем кому-то что-то жестко навязывать, можем добиться тактических результатов, но стратегически проиграть.

- В чем заключаются основные риски?

- На постсоветском пространстве есть несколько очагов конфликтов. Серьезные проблемы могут возникнуть в Центральной Азии. Ситуация там наименее стабильна. Остается украинский вопрос – вряд ли его удастся решить в ближайшее время. Это мощнейший источник дестабилизации.

На постсоветском пространстве, к сожалению, Россия и Запад – это разные миры. Это надо признать. И начать нужно с того, чтобы лимитировать ущерб от этого – ограничить конкуренцию там, где это возможно.

Это должен быть взаимный процесс. Нам с этой реальностью придется жить. Это новая определенность. До 2014 г. была конкуренция, но она была под фасадом, так сказать, партнерства. Сейчас все открыто, цинично и достаточно жестко.

- Почему вы считаете, что договориться с Западом не получится?

- Договориться – это значит что-то подписать. НАТО вряд ли на себя возьмет что-то юридически обязывающее. Я в это не верю. У НАТО есть серьезное обоснование: суверенное право каждой страны – выбирать альянс. На отказ от этого НАТО не пойдет.

Хорошим решением, в принципе (мы эту возможность упустили), был ДОВСЕ [Договор об обычных вооруженных силах в Европе – прим. «ЕЭ»].

Почему у нас возникли проблемы с расширением НАТО? У россиян не возникло бы таких вопросов к расширению, если бы ДОВСЕ был ратифицирован западными странами.

[Это позволило бы ограничить вооружения, создав предсказуемую ситуацию отсутствия угрозы в регионе – прим. «ЕЭ»].

Ведь в основополагающем акте 1997 г. было три вещи: каждая страна может суверенно выбирать альянс – хоть в НАТО, хоть сам по себе; ДОВСЕ является одним из основополагающих инструментов обеспечения безопасности; ОБСЕ является центральной организацией по безопасности в Европе.

Что мы получили? ДОВСЕ не ратифицирован. Совершенно пустые отговорки, связанные с Приднестровьем, и абсолютно не имеющие отношения к сути договора. ОБСЕ трудно назвать центральной организацией в области безопасности в Европе. Эта организация – НАТО, а НАТО не инклюзивная [открытая для всех потенциальных членов – прим. «ЕЭ»] организация. Пока эти проблемы решены не будут, не будет решена проблема постсоветского пространства. Будет игра с нулевой суммой. 

Беседовал Вячеслав Сутырин

Иван Тимофеев: «Соглашения между Россией и США по постсоветскому пространству не будет»

27.12.2016

В ходе организованной РСМД и аналитическим порталом RuBaltic.Ru лекции программный директор Российского совета по международным делам, доцент кафедры политической теории МГИМО Иван Тимофеев прокомментировал для «Евразия.Эксперт» перспективы взаимодействия России и Запада на постсоветском пространстве. После победы Дональда Трампа на выборах в США появились надежды на нормализацию отношений Москвы и Вашингтона. Однако на постсоветском пространстве избежать конкуренции, видимо, не удастся.

- Иван Николаевич, одна из ключевых точек столкновения интересов России и США на протяжении многих лет – это постсоветское пространство. Как будут развиваться отношения Москвы и Вашингтона после инаугурации Трампа? Удастся ли прийти к какому-то соглашению?

- Постсоветское пространство было нашим камнем преткновения еще c 1990-х гг., и у России очень серьезные разногласия с нашими западными партнерами. Мы по-разному трактовали основополагающий акт Россия-НАТО, мы по-разному трактуем то, о чем говорили в Парижской хартии и прочих документах.

Считаю, что никакого соглашения между Россией и США по постсоветскому пространству не может быть, даже теоретически.

На него, возможно, были бы рады пойти россияне и, может быть, некоторые партнеры на постсоветском пространстве, но на него никогда не пойдут ни ЕС, ни США.

Поэтому и в будущем постсоветское пространство будет восприниматься как арена конкуренции.

И успех России в этой конкуренции во многом будет определяться способностью ненавязчиво предложить конкурентоспособные модели сосуществования, сожительства с постсоветскими странами, не воспринимая в качестве само собой разумеющегося те заделы, которые у нас есть в виде русского языка и общей истории.

Чтобы страны оставались нашими союзниками, нужно с ними работать конструктивно и равноправно, воспринимать как независимые суверенные государства – в союзных отношениях, с большим уровнем интеграции.

Мне очень приятно, когда я пересекаю границу России и Беларуси на поезде, что меня никто не досматривает, только затем уже в Польше. Это большое достижение. Но не следует воспринимать его как само собой разумеющееся – надо работать для сохранения и развития достигнутого уровня интеграции.

- Что конкретно Вы имеете в виду?

- Многое зависит от успеха евразийской интеграции. И очень хорошо, что это экономический проект и его пытаются всеми силами пока оставить деполитизированным. Хотя, конечно, там есть политические элементы, как и в любом интеграционном процессе. Если «домашнее задание» по евразийской интеграции будет успешно сделано, то это будет шаг вперед.

Комфорт постсоветских стран и граждан во взаимодействии с Россией, возможность передвижения, миграции, возможность доступа на рынок, возможность получать технологии и инвестиции из России – это и есть наше «домашнее задание».

Во многих вещах, которые происходят на постсоветском пространстве, мы виноваты сами. У нас всегда есть соблазн кого-то обвинить: например, Запад виноват. Конечно, есть конкуренция, никогда конкурент не дремлет. Можно быть партнерами в одном и конкурентами в другом.

Но если гражданин, приезжающий к нам из Беларуси, Украины, Казахстана, из любой постсоветской страны, будет иметь возможность комфортно здесь жить, работать, отдыхать, повышать образование, Россия будет для него привлекательной, тогда мы будем в этой игре конкурентоспособны.

Если мы будем кому-то что-то жестко навязывать, можем добиться тактических результатов, но стратегически проиграть.

- В чем заключаются основные риски?

- На постсоветском пространстве есть несколько очагов конфликтов. Серьезные проблемы могут возникнуть в Центральной Азии. Ситуация там наименее стабильна. Остается украинский вопрос – вряд ли его удастся решить в ближайшее время. Это мощнейший источник дестабилизации.

На постсоветском пространстве, к сожалению, Россия и Запад – это разные миры. Это надо признать. И начать нужно с того, чтобы лимитировать ущерб от этого – ограничить конкуренцию там, где это возможно.

Это должен быть взаимный процесс. Нам с этой реальностью придется жить. Это новая определенность. До 2014 г. была конкуренция, но она была под фасадом, так сказать, партнерства. Сейчас все открыто, цинично и достаточно жестко.

- Почему вы считаете, что договориться с Западом не получится?

- Договориться – это значит что-то подписать. НАТО вряд ли на себя возьмет что-то юридически обязывающее. Я в это не верю. У НАТО есть серьезное обоснование: суверенное право каждой страны – выбирать альянс. На отказ от этого НАТО не пойдет.

Хорошим решением, в принципе (мы эту возможность упустили), был ДОВСЕ [Договор об обычных вооруженных силах в Европе – прим. «ЕЭ»].

Почему у нас возникли проблемы с расширением НАТО? У россиян не возникло бы таких вопросов к расширению, если бы ДОВСЕ был ратифицирован западными странами.

[Это позволило бы ограничить вооружения, создав предсказуемую ситуацию отсутствия угрозы в регионе – прим. «ЕЭ»].

Ведь в основополагающем акте 1997 г. было три вещи: каждая страна может суверенно выбирать альянс – хоть в НАТО, хоть сам по себе; ДОВСЕ является одним из основополагающих инструментов обеспечения безопасности; ОБСЕ является центральной организацией по безопасности в Европе.

Что мы получили? ДОВСЕ не ратифицирован. Совершенно пустые отговорки, связанные с Приднестровьем, и абсолютно не имеющие отношения к сути договора. ОБСЕ трудно назвать центральной организацией в области безопасности в Европе. Эта организация – НАТО, а НАТО не инклюзивная [открытая для всех потенциальных членов – прим. «ЕЭ»] организация. Пока эти проблемы решены не будут, не будет решена проблема постсоветского пространства. Будет игра с нулевой суммой. 

Беседовал Вячеслав Сутырин