«Поддержка в обмен на карантин»: ЕС не спешит помогать Беларуси в борьбе с коронавирусом «Поддержка в обмен на карантин»: ЕС не спешит помогать Беларуси в борьбе с коронавирусом «Поддержка в обмен на карантин»: ЕС не спешит помогать Беларуси в борьбе с коронавирусом 20.05.2020 eurasia.expert eurasia.expert info@eurasia.expert

В разгар эпидемии Евросоюз пообещал Беларуси €60 млн на поддержку здравоохранения – однако их фактическому выделению все время что-то мешает. Сначала Брюссель настаивал на соблюдении рекомендаций ВОЗ по введению карантина и прекращению деятельности «вторичных» предприятий, а сейчас условием ставится достижение договоренности по макрофинансовой помощи с МВФ. При этом, как выяснилось, европейская щедрость в отношении Минска существенно уступает оной в отношении других участников «Восточного партнерства». Особый подход ЕС к поддержке Беларуси проанализировала доктор политических наук, профессор СПбГУ Наталья Еремина.

«Особый путь» Беларуси


В Европе Швеция и Беларусь выбрали метод «точечной» борьбы с коронавирусной инфекцией. Он предполагает тестирование на вирус определенных групп населения, отдельные ограничения, апелляцию к ответственности самих граждан. Президент Беларуси обратил внимание на такие показатели, как плотность населения страны, огромное значение сельскохозяйственной отрасли, наличие крупных производственных площадок, которые просто нельзя останавливать, продолжение значимых строек, в том числе АЭС в Островце.

Учитывая высокую занятость населения в сельском хозяйстве и начало полевых работ, президент обосновал отсутствие карантина и закрытие школ тем, что родители должны работать, а дети, соответственно, в это время находиться под надзором и учиться в школах или посещать детский сад.

Например, 8 апреля Минский городской исполнительный комитет принял план «Профилактика и снижение распространения острых респираторных инфекций, в том числе вызванных COVID-19». Среди мер профилактики были названы следующие: запрет на проведение массовых мероприятий; рекомендация перейти на дистанционное обучение; право родителей решать, отправлять или нет своего ребенка в школу или детский сад и так далее. При этом введение жестких карантинных мер не стоит в повестке дня белорусского правительства. Более того, Александр Лукашенко подверг критике действия своих европейских коллег, назвав тотальный карантин «психозом».

Фактор коронавируса во взаимодействии ЕС с Беларусью


Коронавирус стал новым фактором в непростой истории взаимоотношений Брюсселя и Минска. С одной стороны, для ЕС он оказался удобным поводом продемонстрировать солидарность не только внутри, но и со странами за пределами Союза. При этом очевидно, что само понятие солидарности уже поставлено под сомнение, так как коронавирусный кризис углубил существующие разделительные линии между странами-членами, начиная от вопросов финансирования и заканчивая миграционным контролем.

С другой стороны, он создал условия для обращения Беларуси к Евросоюзу за финансовой поддержкой, которая позволит продолжить совместную работу над проектами и станет подспорьем в борьбе с коронавирусной инфекцией. Это, впрочем, сделали и многие другие государства-партнеры ЕС. Минск обратился к Брюсселю 8 апреля, обосновав запрос борьбой с COVID-19 и его экономическими последствиями.

Евросоюз заявил о готовности предоставить Беларуси помощь в размере €60 млн (при этом на программы поддержки стран ЕС Брюссель определил сумму в размере €500 млрд). Все виды субсидий направлены именно на помощь государствам в их борьбе с коронавирусом. Кстати, и другие страны-участницы Восточного партнерства также не были обделены вниманием. Брюссель заявил о готовности оказать им финансовую помощь для укрепления систем здравоохранения, закупок медицинского оборудования и поддержки экономик в размере до €883 млн.

Наибольший объем суммы будет направлен в помощь Украине (€190 млн), на втором месте – Грузия (€183 млн). При этом интересно, что на третьем месте не Молдова (€87 млн), а Армения (€92 млн). А на последнем месте с точки зрения предоставляемой поддержки оказывается Беларусь (€60 млн). Очевидно, что это наименьший объем.

Брюссель даже в условиях пандемии продвигает Глобальную стратегию, указывая, что чувствует особую ответственность не только за свои страны, но и соседние государства, о чем заявляют чиновники Еврокомиссии.

Интересно, что ЕС демонстрирует другим странам, включая Беларусь, что те государства, которые выполняют его требования, могут рассчитывать на лучшее к себе отношение.

Например, Еврокомиссия предусмотрела формирование особой программы в отношении восточно-европейских и балканских стран в размере более 3 млрд. евро. В их число вошли Грузия, Молдова, Украина и большинство стран Западных Балкан. Кроме того, ЕС предложил комплекс мер под титулом «Team Europe», направленный на поддержку соседних с ЕС стран, которым грозит самый высокий риск распространения коронавируса.

В отношении Беларуси требования выполнять рекомендации ВОЗ совмещаются с политическими, о которых заявил заместитель главы Еврокомиссии. В частности, повторив мантру о соблюдении прав человека, демократии и верховенстве права.

Чем обосновано такое решение?


Во-первых, в Восточной Европе в целом заболевание распространяется менее активно, по сравнению со странами Западной Европы. Во-вторых, число медицинских работников в Беларуси на душу населения выгодно выделяет страну на фоне других государств. В-третьих, в Беларуси сохранены нормы и стандарты медицинской помощи, действовавшие в СССР.

В-четвертых, белорусский подход позволяет Брюсселю сохранять поле для критики и при необходимости наращивать ее, выдвигая претензии государству и требования выполнять те или иные распоряжения ВОЗ.

Очевидно, что, выполняя все требования ВОЗ (которая признала успехи Беларуси, но настаивает на введении карантина и превращении рекомендательных норм в обязательные), Беларусь в мгновение ока потеряет все свои конкурентные возможности на мировом рынке. И именно это в ближайшей перспективе может нанести катастрофический удар по финансированию той же самой медицинской сферы. При этом опыт Беларуси в отношении ситуации вызывает большой интерес, и, безусловно, будет изучен соответствующими структурами, включая саму ВОЗ.

На 20 мая за все время с начала распространения коронавирусной инфекции в Беларуси зарегистрированы 32 426 случаев инфицирования коронавирусом, скончались 179 заболевших. Эту ситуацию можно сравнить с текущими показателями в странах, максимально близких по численности населения к Беларуси.

Так, в Португалии на тот же день апреля зарегистрировано 29 660 инфицированных, 1263 летальных исходов; в Швеции было инфицировано 31 523 человека, 3831 скончались; в Венгрии инфицировано 3598 человек, однако скончались 470 человек. Эти страны принимали разные меры, но за исключением Швеции, все вводили жесткие ограничительные мероприятия. Таким образом, ситуация в Беларуси, не вводившей такие ограничения, не выглядит радикально хуже, что позволяет белорусскому президенту чувствовать себя уверенно – тем более, если говорить о степени летальности.

Выводы


Однако Брюссель в этом вопросе полагается не на конкретные цифры или уверенность белорусского президента, а на свое видение ситуации, и считает, что только жесткий карантин является единственным методом профилактики. При этом правительства стран-членов ЕС признают, что данная мера вводится не столько для борьбы с коронавирусом, сколько именно для растягивания распространения болезни по времени.

Нельзя не отметить, что в абсолютном большинстве стран решения о жестких мерах изоляции были приняты в условиях неразберихи в медицинской сфере, скудной информации, при взгляде на ситуацию в китайской Ухани, а позже – в Италии. При этом на самом деле мы до сих пор не знаем, что происходило и происходит в Китае, ведь закрыт был только город Ухань, а другие крупные города-миллионники – нет, что вызывает множество вопросов. Более того, не сообщалась информация о ситуации в этих городах.

Тем не менее, ВОЗ одобрила подобный подход и рекомендовала всем государствам поступать аналогичным образом. Более того, сейчас наблюдаются проблемы в предоставлении статистики: во многом методология выявления летальности не ясна, непонятна ситуация и со статистикой по выздоровевшим пациентам.

Так что, в этой ситуации очень много именно информационной составляющей, которая основана на эмоциональном взгляде на ситуацию (в помощь множественные картинки с гробами), а не на методологически выверенных цифрах.

По этой причине можно говорить о том, что на принятие решений оказала влияние определенная доля неразберихи и страха. Также можно допустить желание разных групп интересантов решить свои политические и экономические проблемы в условиях этого вызова. Неслучайно президент Беларуси сделал акцент на этой ситуации, подчеркивая свою непредвзятость и политическую волю. Надо полагать, что, отвечая таким образом на вызов коронавируса, он укрепил свои позиции среди большинства населения (хотя безусловно, есть и люди, недовольные подобным подходом).


Наталья Еремина, доктор политических наук, профессор СПбГУ

«Поддержка в обмен на карантин»: ЕС не спешит помогать Беларуси в борьбе с коронавирусом

20.05.2020

В разгар эпидемии Евросоюз пообещал Беларуси €60 млн на поддержку здравоохранения – однако их фактическому выделению все время что-то мешает. Сначала Брюссель настаивал на соблюдении рекомендаций ВОЗ по введению карантина и прекращению деятельности «вторичных» предприятий, а сейчас условием ставится достижение договоренности по макрофинансовой помощи с МВФ. При этом, как выяснилось, европейская щедрость в отношении Минска существенно уступает оной в отношении других участников «Восточного партнерства». Особый подход ЕС к поддержке Беларуси проанализировала доктор политических наук, профессор СПбГУ Наталья Еремина.

«Особый путь» Беларуси


В Европе Швеция и Беларусь выбрали метод «точечной» борьбы с коронавирусной инфекцией. Он предполагает тестирование на вирус определенных групп населения, отдельные ограничения, апелляцию к ответственности самих граждан. Президент Беларуси обратил внимание на такие показатели, как плотность населения страны, огромное значение сельскохозяйственной отрасли, наличие крупных производственных площадок, которые просто нельзя останавливать, продолжение значимых строек, в том числе АЭС в Островце.

Учитывая высокую занятость населения в сельском хозяйстве и начало полевых работ, президент обосновал отсутствие карантина и закрытие школ тем, что родители должны работать, а дети, соответственно, в это время находиться под надзором и учиться в школах или посещать детский сад.

Например, 8 апреля Минский городской исполнительный комитет принял план «Профилактика и снижение распространения острых респираторных инфекций, в том числе вызванных COVID-19». Среди мер профилактики были названы следующие: запрет на проведение массовых мероприятий; рекомендация перейти на дистанционное обучение; право родителей решать, отправлять или нет своего ребенка в школу или детский сад и так далее. При этом введение жестких карантинных мер не стоит в повестке дня белорусского правительства. Более того, Александр Лукашенко подверг критике действия своих европейских коллег, назвав тотальный карантин «психозом».

Фактор коронавируса во взаимодействии ЕС с Беларусью


Коронавирус стал новым фактором в непростой истории взаимоотношений Брюсселя и Минска. С одной стороны, для ЕС он оказался удобным поводом продемонстрировать солидарность не только внутри, но и со странами за пределами Союза. При этом очевидно, что само понятие солидарности уже поставлено под сомнение, так как коронавирусный кризис углубил существующие разделительные линии между странами-членами, начиная от вопросов финансирования и заканчивая миграционным контролем.

С другой стороны, он создал условия для обращения Беларуси к Евросоюзу за финансовой поддержкой, которая позволит продолжить совместную работу над проектами и станет подспорьем в борьбе с коронавирусной инфекцией. Это, впрочем, сделали и многие другие государства-партнеры ЕС. Минск обратился к Брюсселю 8 апреля, обосновав запрос борьбой с COVID-19 и его экономическими последствиями.

Евросоюз заявил о готовности предоставить Беларуси помощь в размере €60 млн (при этом на программы поддержки стран ЕС Брюссель определил сумму в размере €500 млрд). Все виды субсидий направлены именно на помощь государствам в их борьбе с коронавирусом. Кстати, и другие страны-участницы Восточного партнерства также не были обделены вниманием. Брюссель заявил о готовности оказать им финансовую помощь для укрепления систем здравоохранения, закупок медицинского оборудования и поддержки экономик в размере до €883 млн.

Наибольший объем суммы будет направлен в помощь Украине (€190 млн), на втором месте – Грузия (€183 млн). При этом интересно, что на третьем месте не Молдова (€87 млн), а Армения (€92 млн). А на последнем месте с точки зрения предоставляемой поддержки оказывается Беларусь (€60 млн). Очевидно, что это наименьший объем.

Брюссель даже в условиях пандемии продвигает Глобальную стратегию, указывая, что чувствует особую ответственность не только за свои страны, но и соседние государства, о чем заявляют чиновники Еврокомиссии.

Интересно, что ЕС демонстрирует другим странам, включая Беларусь, что те государства, которые выполняют его требования, могут рассчитывать на лучшее к себе отношение.

Например, Еврокомиссия предусмотрела формирование особой программы в отношении восточно-европейских и балканских стран в размере более 3 млрд. евро. В их число вошли Грузия, Молдова, Украина и большинство стран Западных Балкан. Кроме того, ЕС предложил комплекс мер под титулом «Team Europe», направленный на поддержку соседних с ЕС стран, которым грозит самый высокий риск распространения коронавируса.

В отношении Беларуси требования выполнять рекомендации ВОЗ совмещаются с политическими, о которых заявил заместитель главы Еврокомиссии. В частности, повторив мантру о соблюдении прав человека, демократии и верховенстве права.

Чем обосновано такое решение?


Во-первых, в Восточной Европе в целом заболевание распространяется менее активно, по сравнению со странами Западной Европы. Во-вторых, число медицинских работников в Беларуси на душу населения выгодно выделяет страну на фоне других государств. В-третьих, в Беларуси сохранены нормы и стандарты медицинской помощи, действовавшие в СССР.

В-четвертых, белорусский подход позволяет Брюсселю сохранять поле для критики и при необходимости наращивать ее, выдвигая претензии государству и требования выполнять те или иные распоряжения ВОЗ.

Очевидно, что, выполняя все требования ВОЗ (которая признала успехи Беларуси, но настаивает на введении карантина и превращении рекомендательных норм в обязательные), Беларусь в мгновение ока потеряет все свои конкурентные возможности на мировом рынке. И именно это в ближайшей перспективе может нанести катастрофический удар по финансированию той же самой медицинской сферы. При этом опыт Беларуси в отношении ситуации вызывает большой интерес, и, безусловно, будет изучен соответствующими структурами, включая саму ВОЗ.

На 20 мая за все время с начала распространения коронавирусной инфекции в Беларуси зарегистрированы 32 426 случаев инфицирования коронавирусом, скончались 179 заболевших. Эту ситуацию можно сравнить с текущими показателями в странах, максимально близких по численности населения к Беларуси.

Так, в Португалии на тот же день апреля зарегистрировано 29 660 инфицированных, 1263 летальных исходов; в Швеции было инфицировано 31 523 человека, 3831 скончались; в Венгрии инфицировано 3598 человек, однако скончались 470 человек. Эти страны принимали разные меры, но за исключением Швеции, все вводили жесткие ограничительные мероприятия. Таким образом, ситуация в Беларуси, не вводившей такие ограничения, не выглядит радикально хуже, что позволяет белорусскому президенту чувствовать себя уверенно – тем более, если говорить о степени летальности.

Выводы


Однако Брюссель в этом вопросе полагается не на конкретные цифры или уверенность белорусского президента, а на свое видение ситуации, и считает, что только жесткий карантин является единственным методом профилактики. При этом правительства стран-членов ЕС признают, что данная мера вводится не столько для борьбы с коронавирусом, сколько именно для растягивания распространения болезни по времени.

Нельзя не отметить, что в абсолютном большинстве стран решения о жестких мерах изоляции были приняты в условиях неразберихи в медицинской сфере, скудной информации, при взгляде на ситуацию в китайской Ухани, а позже – в Италии. При этом на самом деле мы до сих пор не знаем, что происходило и происходит в Китае, ведь закрыт был только город Ухань, а другие крупные города-миллионники – нет, что вызывает множество вопросов. Более того, не сообщалась информация о ситуации в этих городах.

Тем не менее, ВОЗ одобрила подобный подход и рекомендовала всем государствам поступать аналогичным образом. Более того, сейчас наблюдаются проблемы в предоставлении статистики: во многом методология выявления летальности не ясна, непонятна ситуация и со статистикой по выздоровевшим пациентам.

Так что, в этой ситуации очень много именно информационной составляющей, которая основана на эмоциональном взгляде на ситуацию (в помощь множественные картинки с гробами), а не на методологически выверенных цифрах.

По этой причине можно говорить о том, что на принятие решений оказала влияние определенная доля неразберихи и страха. Также можно допустить желание разных групп интересантов решить свои политические и экономические проблемы в условиях этого вызова. Неслучайно президент Беларуси сделал акцент на этой ситуации, подчеркивая свою непредвзятость и политическую волю. Надо полагать, что, отвечая таким образом на вызов коронавируса, он укрепил свои позиции среди большинства населения (хотя безусловно, есть и люди, недовольные подобным подходом).


Наталья Еремина, доктор политических наук, профессор СПбГУ