Перспективы расширения: Евросоюз теряет аппетит к присоединению Балкан? Перспективы расширения: Евросоюз теряет аппетит к присоединению Балкан? Перспективы расширения: Евросоюз теряет аппетит к присоединению Балкан? 09.12.2021 eurasia.expert eurasia.expert info@eurasia.expert

6 декабря представитель Госдепартамента США по делам Европы и Евразии Габриэль Эскобар выступил за скорейшее присоединение к Евросоюзу Северной Македонии, переговоры с которой Брюссель ведет уже много лет. Однако власти Болгарии до сих пор не сняли вето со вступления республики в ЕС. В той же ситуации находится соседняя Албания. Существуют ли перспективы расширения ЕС на Балканы, и возможно ли разрешение разногласий между Скопье и Софией, проанализировала доктор политических наук, профессор СПбГУ Наталья Еремина.

Движение ЕС на Западные Балканы


Интеграция предполагает как качественные, так и количественные изменения. При этом качественные следуют или не следуют (и тогда возникает кризис или накапливаются системные ошибки) за количественными. Наиболее ярким примером количественных изменений интеграции является расширение Европейского союза на другие территории. По сути, это движение представляет собой экспансию, облеченную в особую правовую и ценностную оболочку – европеизацию, предполагающую принятие норм, стратегий, регламентов и ценностей Евросоюза в других государствах, присоединяющихся к общему рынку. Куда может расширяться ЕС с учетом евразийских пространств в целом?

На постсоветском пространстве Евросоюз сталкивается со множеством ограничений, в том числе в лице Российской Федерации и конкурента в лице ЕАЭС. Поэтому Западные Балканы представляются более приемлемой зоной для подтверждения имиджа и идеологии распространения демократических ценностей европейской интеграционной группы. Это тем более важно в условиях Брексита.

Включение государств региона в том или ином виде в общий рынок позволяет ЕС решать несколько задач одновременно: заявить о своем значении в регионе, выступить равным партнером для США; укрепиться на новом рынке; подтвердить свой имидж успешной интеграционной группы и даже конкурировать с Россией и Китаем в освоении Западных Балкан.

Однако этот регион исторически очень сложен, и процесс включения стран в орбиту ЕС займет очень длительное время. Да и вряд ли окажется успешным по всем направлениям, хотя еще в 2003 г. на заседании Европейского совета была высказана идея о включении Западных Балкан в общий рынок Союза. Затем эту идею в 2017 г. поддержал Жан-Клод Юнкер (председатель Европейской комиссии до 2019 г.). Тем более, этот вопрос был связан с обеспечением безопасности, в свете чего наиболее важными партнерами ЕС выступали Черногория и Сербия. Кроме них на официальном сайте ЕС к «странам-кандидатам» (т.е. странам, находящимся в переговорном процессе о вступлении в ЕС), относятся также Северная Македония и Албания. При этом Босния и Герцеговина, Косово рассматриваются как потенциальные кандидаты.

С 2000-х гг. Евросоюз стал активнее включать все указанные государства в экономическое коммунитарное пространство, став к настоящему времени для них крупнейшим торговым партнером. Так, ЕС был основным партнером Западных Балкан как по экспорту (69%), так и по импорту (54%) в 2020 г. Кроме того, в 2020 г. у Европейского Союза было положительное сальдо торгового баланса с пятью из шести партнеров на Западных Балканах. Самый высокий профицит был в Сербии (€3,9 млрд), за ней следовали Босния и Герцеговина (€1,5 млрд), Албания (€1,3 млрд), Косово (€1,0 млрд) и Черногория (€0,8 млрд). У ЕС был дефицит только с Северной Македонией (€0,6 млрд).

Однако вступление в ЕС прежде всего означает исполнение страной-кандидатом широкого набора требований, связанных с обеспечением гарантий развития демократии, конкуренции, прав человека. Помимо этого, необходимо согласие граждан государства-кандидата вступить в ЕС, а также согласие с этим всех стран ЕС и готовность его самого принять нового члена. В связи с этим возникают сложности как разработки модели взаимодействия с конкретной страной, претендующей на вступление в состав ЕС, так и с компромиссом среди всех государств-членов. Тем более, страны-претенденты сейчас сами готовы выдвигать Брюсселю более конкретные требования. Их уже не устраивает так называемое «привилегированное партнерство».

Проблемы евроинтеграции Балкан


Очевидные сложности взаимодействия у ЕС есть не только с Сербией и Черногорией, но и с Северной Македонией и Албанией, которых в Брюсселе уже поспешили назвать «отличниками» расширения. Ранее предполагалось, что два последних государства должны идти с Евросоюзом в связке. Теперь же ситуация выглядит не столь благоприятной ни для ЕС, ни для этих стран. Почему?

Для вступления в состав Евросоюза требуется не только согласие граждан самого государства-кандидата, но и одобрение всех стран-членов. Поэтому расширение ЕС на то или иное государство не может не сопровождаться дискуссиями, спорами или даже несогласием какой-либо страны-члена, принимающей решение в условиях своего исторического опыта и своих позиций в составе Европейского союза. С учетом исторического конфликта между Северной Македонией и Болгарией переговорный процесс о вступлении Северной Македонии был заморожен. Однако под влиянием Германии и Франции данный вопрос постепенно решается, а Болгарии было рекомендовано вступить в переговоры, чтобы снять проблемы в двусторонних отношениях и открыть Скопье путь в состав ЕС. Предполагается, что к 14 декабря все спорные вопросы будут урегулированы, что позволит установить дату начала переговоров о вступлении Северной Македонии в ЕС.

Из тех вопросов, что необходимо обсудить сторонам, указаны следующие: краткая и полная форма названия государства Республика Северная Македония; ее участие в работе совместной комиссии по истории; реабилитация жертв коммунизма; упоминание болгарского национального меньшинства в Конституции Северной Македонии, учитывая, что в ней уже указаны этнические албанцы, сербы, боснийцы, турки и рома. Правительство Северной Македонии в лице премьер-министра Зорана Заева заявило о готовности выполнить поставленные условия, но уже в рамках непосредственного диалога о вступлении в состав ЕС.

Правительству нужны гарантии вступления, так как изменение конституции требует одобрения в две трети голосов, притом, что учет этнических болгар потребует и признания возможностей Софии взаимодействовать с этим меньшинством. Тем более, существует предположение, что численность этнических болгар отличается от признанного Скопье.

Так, по мнению президента Болгарии, в Северной Македонии проживает около 120 тыс. болгар (в то время как по данным Северной Македонии – не более 30 тыс.). Многие граждане Северной Македонии получили болгарские паспорта, когда Болгария стала членом Евросоюза в 2007 г., что также послужило, с точки зрения болгарского правительства, усилению притеснений этнических болгар на территории Северной Македонии.

Ранее Греция также блокировала переговорный процесс о вступлении в ЕС Северной Македонии (первоначально – Республика Македония), ведь в таком случае возникала путаница в названиях страны и исторической области Македония в Греции, поэтому в 2018 г. название государства было изменено. После этого Скопье и Афины подписали соглашение об урегулировании вопроса. Но теперь уже Болгария протестует против краткого названия страны – Северная Македония. София рассматривает его как притязание на свою территорию (часть исторического региона Македония находится также на территории Болгарии). Однако в Скопье готовы дать письменные гарантии отказа от любых территориальных притязаний. Более того, еще в 2017 г. Северная Македония и Болгария подписали Договор о дружбе.

Также страны уже имеют опыт совместной работы в исторической комиссии, чтобы отказаться от острых разногласий в интерпретации трагических событий истории. С точки зрения болгар, до Второй Мировой войны не было македонской идентичности, которая возникла в рамках Югославии. Поэтому всех исторических фигур из Северной Македонии Болгария считает болгарами. А Северная Македония, в свою очередь, обвиняет ту в ассимиляционной политике и в оккупации своих земель во время войны.

Помимо Болгарии негативно к идее расширения Европейского Союза относятся граждане Франции и Нидерландов, по крайней мере, в текущее время. В Германии и Австрии, однако, опасаются, что ЕС может вовсе потерять свое влияние в регионе. Хотя глава внешней деятельности Евросоюза уже подтвердил поддержку европейского вектора данных стран.

Как ЕС решает проблему?


Брюссель предложил свое посредничество в лице комиссара по расширению и политике соседства Оливера Вархели. Также свое влияние на ситуацию оказывают канцлер Германии и президент Франции. В октябре 2021 г. состоялся важный саммит ЕС-Западные Балканы, в котором приняли участие лидеры стран-членов Евросоюза и шести западно-балканских стран (Албании, Боснии и Герцеговины, Сербии, Черногории, Северной Македонии и частично признанного Косово). На этом саммите была поставлена четкая задача снять все проблемные вопросы в диалоге Болгарии и Северной Македонии.

В ответ на пробуксовку переговорного процесса представители Северной Македонии говорят о возможном разочаровании своих граждан в «великой европейской идее». Кроме того, у Скопье есть понимание, что в самом ЕС сейчас довольно много внутренних сложностей, чтобы принять новые государства в свой круг.

Однако отсутствие консолидированной и четкой позиции Евросоюза по вопросу расширения в регионе вызывает массу вопросов. Важно, что Брюссель не готов сейчас поступаться интересами Болгарии, страны, которая является членом ЕС. В итоге Западные Балканы стоят «на пороге» у Брюсселя.

Очевидно, что при любом раскладе, вряд ли расширение может состояться в период существующих ковидных ограничений и финансовых сложностей, то есть до 2025 г. В ЕС действительно сейчас поглощены внутренними кризисами. Конечно, расширение можно рассматривать как масштабную встряску, но вряд ли сейчас возможны необходимые качественные изменения в системе управления по причине перенаправления финансов. Поэтому Брюссель продолжит говорить о европейском векторе, ограничиваясь программами, но не реальным включением указанных стран в общий рынок. В связи с этим в ближайшее время не ожидается существенного прорыва в переговорном процессе.


Наталья Еремина, доктор политических наук, профессор СПбГУ

Перспективы расширения: Евросоюз теряет аппетит к присоединению Балкан?

09.12.2021

6 декабря представитель Госдепартамента США по делам Европы и Евразии Габриэль Эскобар выступил за скорейшее присоединение к Евросоюзу Северной Македонии, переговоры с которой Брюссель ведет уже много лет. Однако власти Болгарии до сих пор не сняли вето со вступления республики в ЕС. В той же ситуации находится соседняя Албания. Существуют ли перспективы расширения ЕС на Балканы, и возможно ли разрешение разногласий между Скопье и Софией, проанализировала доктор политических наук, профессор СПбГУ Наталья Еремина.

Движение ЕС на Западные Балканы


Интеграция предполагает как качественные, так и количественные изменения. При этом качественные следуют или не следуют (и тогда возникает кризис или накапливаются системные ошибки) за количественными. Наиболее ярким примером количественных изменений интеграции является расширение Европейского союза на другие территории. По сути, это движение представляет собой экспансию, облеченную в особую правовую и ценностную оболочку – европеизацию, предполагающую принятие норм, стратегий, регламентов и ценностей Евросоюза в других государствах, присоединяющихся к общему рынку. Куда может расширяться ЕС с учетом евразийских пространств в целом?

На постсоветском пространстве Евросоюз сталкивается со множеством ограничений, в том числе в лице Российской Федерации и конкурента в лице ЕАЭС. Поэтому Западные Балканы представляются более приемлемой зоной для подтверждения имиджа и идеологии распространения демократических ценностей европейской интеграционной группы. Это тем более важно в условиях Брексита.

Включение государств региона в том или ином виде в общий рынок позволяет ЕС решать несколько задач одновременно: заявить о своем значении в регионе, выступить равным партнером для США; укрепиться на новом рынке; подтвердить свой имидж успешной интеграционной группы и даже конкурировать с Россией и Китаем в освоении Западных Балкан.

Однако этот регион исторически очень сложен, и процесс включения стран в орбиту ЕС займет очень длительное время. Да и вряд ли окажется успешным по всем направлениям, хотя еще в 2003 г. на заседании Европейского совета была высказана идея о включении Западных Балкан в общий рынок Союза. Затем эту идею в 2017 г. поддержал Жан-Клод Юнкер (председатель Европейской комиссии до 2019 г.). Тем более, этот вопрос был связан с обеспечением безопасности, в свете чего наиболее важными партнерами ЕС выступали Черногория и Сербия. Кроме них на официальном сайте ЕС к «странам-кандидатам» (т.е. странам, находящимся в переговорном процессе о вступлении в ЕС), относятся также Северная Македония и Албания. При этом Босния и Герцеговина, Косово рассматриваются как потенциальные кандидаты.

С 2000-х гг. Евросоюз стал активнее включать все указанные государства в экономическое коммунитарное пространство, став к настоящему времени для них крупнейшим торговым партнером. Так, ЕС был основным партнером Западных Балкан как по экспорту (69%), так и по импорту (54%) в 2020 г. Кроме того, в 2020 г. у Европейского Союза было положительное сальдо торгового баланса с пятью из шести партнеров на Западных Балканах. Самый высокий профицит был в Сербии (€3,9 млрд), за ней следовали Босния и Герцеговина (€1,5 млрд), Албания (€1,3 млрд), Косово (€1,0 млрд) и Черногория (€0,8 млрд). У ЕС был дефицит только с Северной Македонией (€0,6 млрд).

Однако вступление в ЕС прежде всего означает исполнение страной-кандидатом широкого набора требований, связанных с обеспечением гарантий развития демократии, конкуренции, прав человека. Помимо этого, необходимо согласие граждан государства-кандидата вступить в ЕС, а также согласие с этим всех стран ЕС и готовность его самого принять нового члена. В связи с этим возникают сложности как разработки модели взаимодействия с конкретной страной, претендующей на вступление в состав ЕС, так и с компромиссом среди всех государств-членов. Тем более, страны-претенденты сейчас сами готовы выдвигать Брюсселю более конкретные требования. Их уже не устраивает так называемое «привилегированное партнерство».

Проблемы евроинтеграции Балкан


Очевидные сложности взаимодействия у ЕС есть не только с Сербией и Черногорией, но и с Северной Македонией и Албанией, которых в Брюсселе уже поспешили назвать «отличниками» расширения. Ранее предполагалось, что два последних государства должны идти с Евросоюзом в связке. Теперь же ситуация выглядит не столь благоприятной ни для ЕС, ни для этих стран. Почему?

Для вступления в состав Евросоюза требуется не только согласие граждан самого государства-кандидата, но и одобрение всех стран-членов. Поэтому расширение ЕС на то или иное государство не может не сопровождаться дискуссиями, спорами или даже несогласием какой-либо страны-члена, принимающей решение в условиях своего исторического опыта и своих позиций в составе Европейского союза. С учетом исторического конфликта между Северной Македонией и Болгарией переговорный процесс о вступлении Северной Македонии был заморожен. Однако под влиянием Германии и Франции данный вопрос постепенно решается, а Болгарии было рекомендовано вступить в переговоры, чтобы снять проблемы в двусторонних отношениях и открыть Скопье путь в состав ЕС. Предполагается, что к 14 декабря все спорные вопросы будут урегулированы, что позволит установить дату начала переговоров о вступлении Северной Македонии в ЕС.

Из тех вопросов, что необходимо обсудить сторонам, указаны следующие: краткая и полная форма названия государства Республика Северная Македония; ее участие в работе совместной комиссии по истории; реабилитация жертв коммунизма; упоминание болгарского национального меньшинства в Конституции Северной Македонии, учитывая, что в ней уже указаны этнические албанцы, сербы, боснийцы, турки и рома. Правительство Северной Македонии в лице премьер-министра Зорана Заева заявило о готовности выполнить поставленные условия, но уже в рамках непосредственного диалога о вступлении в состав ЕС.

Правительству нужны гарантии вступления, так как изменение конституции требует одобрения в две трети голосов, притом, что учет этнических болгар потребует и признания возможностей Софии взаимодействовать с этим меньшинством. Тем более, существует предположение, что численность этнических болгар отличается от признанного Скопье.

Так, по мнению президента Болгарии, в Северной Македонии проживает около 120 тыс. болгар (в то время как по данным Северной Македонии – не более 30 тыс.). Многие граждане Северной Македонии получили болгарские паспорта, когда Болгария стала членом Евросоюза в 2007 г., что также послужило, с точки зрения болгарского правительства, усилению притеснений этнических болгар на территории Северной Македонии.

Ранее Греция также блокировала переговорный процесс о вступлении в ЕС Северной Македонии (первоначально – Республика Македония), ведь в таком случае возникала путаница в названиях страны и исторической области Македония в Греции, поэтому в 2018 г. название государства было изменено. После этого Скопье и Афины подписали соглашение об урегулировании вопроса. Но теперь уже Болгария протестует против краткого названия страны – Северная Македония. София рассматривает его как притязание на свою территорию (часть исторического региона Македония находится также на территории Болгарии). Однако в Скопье готовы дать письменные гарантии отказа от любых территориальных притязаний. Более того, еще в 2017 г. Северная Македония и Болгария подписали Договор о дружбе.

Также страны уже имеют опыт совместной работы в исторической комиссии, чтобы отказаться от острых разногласий в интерпретации трагических событий истории. С точки зрения болгар, до Второй Мировой войны не было македонской идентичности, которая возникла в рамках Югославии. Поэтому всех исторических фигур из Северной Македонии Болгария считает болгарами. А Северная Македония, в свою очередь, обвиняет ту в ассимиляционной политике и в оккупации своих земель во время войны.

Помимо Болгарии негативно к идее расширения Европейского Союза относятся граждане Франции и Нидерландов, по крайней мере, в текущее время. В Германии и Австрии, однако, опасаются, что ЕС может вовсе потерять свое влияние в регионе. Хотя глава внешней деятельности Евросоюза уже подтвердил поддержку европейского вектора данных стран.

Как ЕС решает проблему?


Брюссель предложил свое посредничество в лице комиссара по расширению и политике соседства Оливера Вархели. Также свое влияние на ситуацию оказывают канцлер Германии и президент Франции. В октябре 2021 г. состоялся важный саммит ЕС-Западные Балканы, в котором приняли участие лидеры стран-членов Евросоюза и шести западно-балканских стран (Албании, Боснии и Герцеговины, Сербии, Черногории, Северной Македонии и частично признанного Косово). На этом саммите была поставлена четкая задача снять все проблемные вопросы в диалоге Болгарии и Северной Македонии.

В ответ на пробуксовку переговорного процесса представители Северной Македонии говорят о возможном разочаровании своих граждан в «великой европейской идее». Кроме того, у Скопье есть понимание, что в самом ЕС сейчас довольно много внутренних сложностей, чтобы принять новые государства в свой круг.

Однако отсутствие консолидированной и четкой позиции Евросоюза по вопросу расширения в регионе вызывает массу вопросов. Важно, что Брюссель не готов сейчас поступаться интересами Болгарии, страны, которая является членом ЕС. В итоге Западные Балканы стоят «на пороге» у Брюсселя.

Очевидно, что при любом раскладе, вряд ли расширение может состояться в период существующих ковидных ограничений и финансовых сложностей, то есть до 2025 г. В ЕС действительно сейчас поглощены внутренними кризисами. Конечно, расширение можно рассматривать как масштабную встряску, но вряд ли сейчас возможны необходимые качественные изменения в системе управления по причине перенаправления финансов. Поэтому Брюссель продолжит говорить о европейском векторе, ограничиваясь программами, но не реальным включением указанных стран в общий рынок. В связи с этим в ближайшее время не ожидается существенного прорыва в переговорном процессе.


Наталья Еремина, доктор политических наук, профессор СПбГУ