30 Сентября 2021 г. 08:14

Частные военные компании Китая в Центральной Азии: цели и риски

/ Частные военные компании Китая в Центральной Азии: цели и риски
Частные военные компании Китая в Центральной Азии: цели и риски
Фото: twimg.com

Китай готов способствовать стабилизации ситуации в Афганистане и инвестировать в его восстановление, сотрудничая с новыми властями страны. Проекты «Одного пояса, одного пути» не первый раз касаются стран, где существует нестабильность и риски безопасности. Защитой китайских сотрудников за рубежом все чаще занимаются частные охранные компании из КНР. Возможно, поэтому обещание Пекина обеспечить «традиционную и нетрадиционную» защиту госбезопасности соседей Афганистана привело к прогнозам о приходе в регион китайских ЧВК. Что они собой представляют, и какой может быть их роль в Центральной Азии, проанализировал эксперт Центра изучения перспектив интеграции Владимир Нежданов.

Вывод американских войск из Афганистана увеличивает риски для китайской экономической стратегии в Центральной Азии. В этой связи с 12 по 16 июля министр иностранных дел КНР Ван И совершил визиты в Туркменистан, Таджикистан и Узбекистан, а также принял участие во встрече министров иностранных дел Контактной группы ШОС по Афганистану. Говоря о своей готовности укрепить безопасность и сотрудничество в регионе на фоне обострения ситуации в Афганистане, Ван И заявил о гарантиях КНР для Туркменистана и Таджикистана в отношении «традиционной и нетрадиционной» защиты государственной безопасности. Это высказывание породило предположения о том, что Пекин планирует укреплять свой военный потенциал в регионе, а также о возможном приходе в Центральную Азию частных военных компаний (ЧВК) Китая.

Расцвет ЧВК в Китае


В сентябре 2009 года Государственный совет КНР издал «Положение об управлении службами безопасности», что стало первым документом Пекина, регулирующим создание и работу частных компаний по обеспечению безопасности. В Китае может быть создано два типа компаний: «охранные компании» (保安服务公司) и «компании, занимающиеся услугами сопровождения вооруженной охраной» (从事武装守护押运服务的保安服务公司). К концу 2016 г. более 30 000 китайских компаний инвестировали в различные международные проекты порядка $1,2 трлн, около миллиона граждан КНР работали за границей.

Учитывая, что многие из этих рабочих были задействованы в проектах инициативы «Пояса и Пути», находящихся в нестабильных и опасных регионах, Пекин активизировал работу по созданию систем обеспечения безопасности.

В 2015 г. в Китае было зарегистрировано 4000 охранных компаний, в которых работало порядка 4,3 млн сотрудников, а уже в 2017 г. число таких предприятий перевалило за 5000. Менее 20 компаний имеют право на работу за пределами КНР, причем китайские компании, как правило, привлекают подрядчиков для выполнения поставленных задач по обеспечению безопасности. Слабым местом китайской правовой базы выступает то, что хотя китайские частные военные компании имеют законный статус для операций внутри КНР, им не хватает четких руководящих принципов для работы за рубежом.

В 2019 г. в КНР сформулировали перспективы дальнейшего развития деятельности охранных компаний. Была отмечена необходимость увеличить расходы на обеспечение безопасности посольств и ключевых проектов, включая финансирование китайских частных охранных компаний, чьи возможности должны быть повышены до уровня их западных аналогов; усилить координацию между правительственными ведомствами и частными охранными компаниями; создать национальный фонд, специализирующийся на проектах по обеспечению безопасности за рубежом; а также предоставить охранным компаниям расширенный доступ к системе спутниковой навигации «Beidou», что позволит им получать актуальную информацию об объектах, не полагаясь на западные технологии.

Рост дестабилизирующих факторов в мире может стать ключевой причиной роста международного присутствия китайских охранных компаний. Масштаб международного присутствия китайского бизнеса требует его защиты, при этом, принимая во внимание амбиции Китая, его зависимость от иностранных ЧВК исключена.

Китайские ЧВК в Центральной Азии


Одни из первых сообщений о возможном появлении китайских охранных компаний в Центральной Азии последовали вслед за погромом на китайской золотодобывающей фабрике в Кыргызстане. Однако тогда появление охранных компаний КНР в Кыргызстане было названо не более чем политической фикцией, поскольку, если опираться на опыт китайских проектов в соседних странах региона, даже в случае возникновения чрезвычайной ситуации Пекин всегда стремился найти решение, не привлекая частные охранные компании. Новые предположения об использовании Китаем охранных компаний в Центральной Азии появились на фоне вывода американских войск из Афганистана и центральноазиатского турне Ван И, состоявшегося в середине июля.

Это турне можно рассматривать в качестве миссии, направленной на поддержание региональной стабильности. Ли Лифань, эксперт Шанхайской академии социальных наук, считает, что поездка Ван И в страны Центральной Азии была направлена на укрепление безопасности и сотрудничества со странами региона в свете вакуума безопасности, оставшегося после вывода американских войск из Афганистана.

Включая вопрос об Афганистане в повестку дня ШОС, Пекин не только выступает миротворцем, но и примеряет на себя роль гаранта безопасности стран Центральной Азии.

По мнению Сунь Чжуанчжи, исполнительного директора Китайского исследовательского центра ШОС, организация имеет преимущество как благодаря возможностям по обеспечению безопасности, так и в развитии экономического взаимодействия между странами региона. Важным замечанием выступает то, что ШОС может координировать усилия других международных субъектов в регионе в целом и в Афганистане в частности, начиная от специализированных агентств ООН и заканчивая частными иностранными компаниями и НПО.

Перспективы взаимодействия


Китайские частные охранные компании могут начать взаимодействие с ОДКБ и ШОС как минимум по трем сценариям. Во-первых, Пекин может прибегнуть к использованию невооруженных охранных компаний для обеспечения безопасности объектов инфраструктуры инициативы «Пояса и Пути». Координация их деятельности будет производиться через механизмы ШОС, а договоренности по линии ОДКБ или местных силовых ведомств могут позволить использовать возможности национальных сил обороны и безопасности стран региона в качестве подрядчиков для выполнения поставленных задач.

Во-вторых, Пекин мог бы использовать свои «компании, занимающиеся услугами сопровождения вооруженной охраной» в Центральной Азии, что, впрочем, крайне маловероятно, поскольку подобные действия приведут к нервной реакции со стороны Москвы из-за размывания ее позиций в качестве гаранта безопасности региона, а также вызовут недовольство местного населения, которое сохраняет настороженное отношение к Пекину.

Наконец, апробация возможностей китайских частных охранных компаний может быть произведена на обеспечении безопасности посольств и консульств в регионе, что позволит наработать необходимый зарубежный опыт и протестировать варианты массового присутствия частных охранных компаний за пределами КНР.

При этом считается, что Россия и КНР в Центральной Азии сосуществуют в рамках особой системы сотрудничества, в которой они разграничивают вопросы экономики и безопасности. Так, несмотря на рост политического влияния Пекина в Центральной Азии, наибольшее значение остается за его торгово-экономическим и инвестиционным сотрудничеством со странами региона, тогда как Москва обладает значительным военным потенциалом, включая военные базы в Таджикистане и Кыргызстане, проводит комплексное военное сотрудничество со странами региона, а также сохраняет влияние в экономической и гуманитарной сферах. Открытое соперничество России и КНР в Центральной Азии маловероятно, по крайней мере, до тех пор, пока Вашингтон продолжает оказывать давление как на Москву, так и на Пекин.


Владимир Нежданов, магистр международных отношений, эксперт Центра изучения перспектив интеграции

Загрузка...
Комментарии
01 Октября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Российскому обществу необходим проект-«локомотив».

Инфографика: Сколько Беларусь экономит на российском газе
инфографика
Цифра недели

31%

составил рост взаимной торговли товарами стран ЕАЭС в январе-августе 2021 г. к прошлогоднему периоду. Ее объем в денежном выражении составил $45 млрд – ЕЭК

Mediametrics