Запад перешел в наступление: что означают санкции США и ЕС против Китая Запад перешел в наступление: что означают санкции США и ЕС против Китая

США и их союзники стремятся ограничить возможности развития Китая и России через санкционное и иное давление, заявил глава российского МИД Сергей Лавров в ходе недавней поездки в КНР. Незадолго до этого Пекин ввел ответные санкции против ЕС, который попытался наказать Китай за «нарушения прав человека в Синьцзяне». Что стоит за «заботой» Запада о правах человека в Китае и к чему приведет такой обмен ограничительными мерами, разобрал эксперт Центра изучения перспектив интеграции Владимир Нежданов.

Удобный повод для санкций


Нарастающие противоречия Китая и Запада, получившие идеологическую окраску после выступления Майка Помпео в 2020 г., назвавшего конфронтацию Пекина и Вашингтона борьбой «свободного мира» и «марксистско-ленинского режима», постепенно приобретают характер комплексного противостояния сторон. Процесс сближения позиций стран Запада уже запущен: страны Евросоюза в партнерстве с США, Великобританией и Канадой ввели санкции против КНР, несмотря на то, что лишь в декабре 2020 г. стороны достигли прорыва в отношениях, закончив переговоры по Всеобъемлющему инвестиционному соглашению. Эти санкции направлены против китайских чиновников, ответственных за нарушения прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР) КНР.

Помимо этого в Европарламенте были приняты новые правила по экспорту товаров двойного назначения. Обновленные правила будут включать в себя значительно более строгие нормы, чтобы избежать использования экспортируемых из стран ЕС технологий при действиях, способных нарушить права человека. Подобные правила приведут к осложнению в развитии китайско-европейского сотрудничества не только, например, в сфере химической промышленности, но и в сфере разработки высокопроизводительных компьютеров и программного обеспечения.

Ответ Пекина не заставил себя долго ждать. МИД Китая заявил о симметричных мерах и ввел персональные санкции против представителей Евросоюза и Великобритании. В прессе КНР появились заявления о том, что санкции ЕС демонстрируют моральное высокомерие в отношении Китая. Подчеркивается, что Пекин не будет терпеть нападки Запада, поскольку у него есть достаточные силы и желание дать отпор.

Введение странами Запада скоординированных санкций продемонстрировало их политическую готовность объединять свои усилия в противодействии росту Китая.

Использование проблематики прав человека выступает удобным инструментом, поскольку на Западе и в КНР приняты разные подходы к определению этих прав. В западной традиции теория права уходит корнями в классический либерализм, тогда как в Китае современная теория права развивалась под влиянием традиций конфуцианства, заимствованных и переосмысленных либеральных подходов и марксизма. Прямое сравнение подходов в отношении прав человека на Западе и в Китае некорректно по причине различающегося исторического, культурного, политического и правового опыта сторон. Права человека в их понимании Китая никогда не будут соответствовать европейской точке зрения на них. Как следствие, акцент на проблематику прав человека выступает беспроигрышным рычагом и неиссякаемым источником поводов для осуществления политического давления на Пекин.

Корни противоречий


Обмен санкциями между КНР и ЕС оказался неожиданным решением: всего несколько месяцев назад стороны завершили переговоры по Всеобъемлющему инвестиционному соглашению.

Совокупный поток прямых иностранных инвестиций (ПИИ) из Евросоюза в Китай за последние двадцать лет достиг более €140 млрд, в то время как китайские ПИИ в европейскую экономику составляют €120 млрд. Производит впечатление и объем двусторонней торговли. По данным Евростата, в 2019 г. ЕС экспортировал в Китай товаров на сумму около €198 млрд и импортировал оттуда товаров на €362 млрд.

Сегодня в Евросоюзе сформировались «партия сотрудничества» и «партия санкций» в отношении Китая. Германия и Франция выступают наиболее заинтересованными участниками сотрудничества с ним. Берлин и Париж – крупнейшие европейские инвесторы в КНР, основные инвестиции Пекина в экономику ЕС также приходятся на ФРГ и Францию. При этом еще в феврале 2021 г. Литва и Эстония начали антикитайскую кампанию, заявляя о рисках шпионажа со стороны КНР.

По сути, страны Балтии подхватили заявления США, призывавших ЕС относиться к Китаю с осторожностью, учитывая его военно-морскую позицию на Тихом океане и нарушения прав человека.

Что же касается введения антикитайских санкций, то и здесь не обошлось без восточноевропейских стран. Литовские депутаты озаботились положением мусульман-уйгуров в Китае, пообещав инициировать международное расследование «о преступлениях в Синьцзяне». В итоге под вопросом оказалось Всеобъемлющее инвестиционное соглашение, о чем заявил торговый комиссар Евросоюза Валдис Домбровскис.

Поводом для резкого изменения риторики стало то, что в основе торгово-экономической повестки ЕС лежат европейские ценности, а значит, экономические интересы идут рука об руку с их отстаиванием.

Сложившуюся ситуацию может усугубить то, что в Китае недостаточно четко понимают специфику работы наднациональных органов Европейского союза. Введение санкций против членов Европейского парламента не только затруднит продвижение Всеобъемлющего инвестиционного соглашения, способного обеспечить сближение национальных интересов КНР и членов ЕС, но и рискует обернуться ростом антикитайских настроений. Ранее Европарламент уже призывал к мерам, направленным против растущего экономического веса и политического влияния Китая в Европе, а также в связи с отсутствием со стороны Евросоюза критики в адрес Пекина из-за нарушения прав человека.

На что нацелены санкции


Привлечение повышенного внимания к проблемам обеспечения прав человека в СУАР КНР направлено также и на дискредитацию политики Пекина в Центральной Азии и осложнению развития западных регионов страны. Одной из ключевых проблем Пекина в Центральноазиатском регионе остается сохранение антикитайских настроений, которые проявляются как в высокой доле недоверия политике КНР, так и в сохранении в общественном сознании страха «китайской угрозы». Продвижение в международной повестке проблем обеспечения прав мусульман в СУАР способно принести политические очки странам Запада в обеспечении собственных интересов в Центральной Азии.

С другой стороны, развитие китайской экономики требует обеспечения опережающего экономического роста для западного мегарегиона страны (который включает в себя СУАР), вклад которого в ВВП Китая в 2019 г. составил порядка 20,8%. Для сравнения, вклад в ВВП Восточного мегарегиона можно оценить в 51,9%. В таком случае действия стран Запада могут быть направлены на замедление экономического роста западного региона, что будет способствовать осложнению экономической ситуации в Китае.

Обмен санкциями, состоявшийся сейчас между ЕС и КНР, вероятно, не будет единичным случаем.

США определенно стремятся к созданию комплексной системы сдерживания Китая через санкционные механизмы, вводимые совместно с Европейским союзом, чтобы не допустить возможности Пекина использовать партнеров в Европе в качестве «балансира» отношений с Вашингтоном. Что касается России, то введение санкций в отношении Китая может способствовать ускоренному сближению сторон, сталкивающихся с возрастающим давлением Запада, в то время как готовность Москвы и Пекина продлить Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве и сделать его более актуальным демонстрирует, что политическое доверие и взаимная поддержка сторон со временем становятся крепче.


Владимир Нежданов, магистр международных отношений эксперт Центра изучения перспектив интеграции

14 апреля 2021 г. 08:31

Запад перешел в наступление: что означают санкции США и ЕС против Китая

/ Запад перешел в наступление: что означают санкции США и ЕС против Китая

США и их союзники стремятся ограничить возможности развития Китая и России через санкционное и иное давление, заявил глава российского МИД Сергей Лавров в ходе недавней поездки в КНР. Незадолго до этого Пекин ввел ответные санкции против ЕС, который попытался наказать Китай за «нарушения прав человека в Синьцзяне». Что стоит за «заботой» Запада о правах человека в Китае и к чему приведет такой обмен ограничительными мерами, разобрал эксперт Центра изучения перспектив интеграции Владимир Нежданов.

Удобный повод для санкций


Нарастающие противоречия Китая и Запада, получившие идеологическую окраску после выступления Майка Помпео в 2020 г., назвавшего конфронтацию Пекина и Вашингтона борьбой «свободного мира» и «марксистско-ленинского режима», постепенно приобретают характер комплексного противостояния сторон. Процесс сближения позиций стран Запада уже запущен: страны Евросоюза в партнерстве с США, Великобританией и Канадой ввели санкции против КНР, несмотря на то, что лишь в декабре 2020 г. стороны достигли прорыва в отношениях, закончив переговоры по Всеобъемлющему инвестиционному соглашению. Эти санкции направлены против китайских чиновников, ответственных за нарушения прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР) КНР.

Помимо этого в Европарламенте были приняты новые правила по экспорту товаров двойного назначения. Обновленные правила будут включать в себя значительно более строгие нормы, чтобы избежать использования экспортируемых из стран ЕС технологий при действиях, способных нарушить права человека. Подобные правила приведут к осложнению в развитии китайско-европейского сотрудничества не только, например, в сфере химической промышленности, но и в сфере разработки высокопроизводительных компьютеров и программного обеспечения.

Ответ Пекина не заставил себя долго ждать. МИД Китая заявил о симметричных мерах и ввел персональные санкции против представителей Евросоюза и Великобритании. В прессе КНР появились заявления о том, что санкции ЕС демонстрируют моральное высокомерие в отношении Китая. Подчеркивается, что Пекин не будет терпеть нападки Запада, поскольку у него есть достаточные силы и желание дать отпор.

Введение странами Запада скоординированных санкций продемонстрировало их политическую готовность объединять свои усилия в противодействии росту Китая.

Использование проблематики прав человека выступает удобным инструментом, поскольку на Западе и в КНР приняты разные подходы к определению этих прав. В западной традиции теория права уходит корнями в классический либерализм, тогда как в Китае современная теория права развивалась под влиянием традиций конфуцианства, заимствованных и переосмысленных либеральных подходов и марксизма. Прямое сравнение подходов в отношении прав человека на Западе и в Китае некорректно по причине различающегося исторического, культурного, политического и правового опыта сторон. Права человека в их понимании Китая никогда не будут соответствовать европейской точке зрения на них. Как следствие, акцент на проблематику прав человека выступает беспроигрышным рычагом и неиссякаемым источником поводов для осуществления политического давления на Пекин.

Корни противоречий


Обмен санкциями между КНР и ЕС оказался неожиданным решением: всего несколько месяцев назад стороны завершили переговоры по Всеобъемлющему инвестиционному соглашению.

Совокупный поток прямых иностранных инвестиций (ПИИ) из Евросоюза в Китай за последние двадцать лет достиг более €140 млрд, в то время как китайские ПИИ в европейскую экономику составляют €120 млрд. Производит впечатление и объем двусторонней торговли. По данным Евростата, в 2019 г. ЕС экспортировал в Китай товаров на сумму около €198 млрд и импортировал оттуда товаров на €362 млрд.

Сегодня в Евросоюзе сформировались «партия сотрудничества» и «партия санкций» в отношении Китая. Германия и Франция выступают наиболее заинтересованными участниками сотрудничества с ним. Берлин и Париж – крупнейшие европейские инвесторы в КНР, основные инвестиции Пекина в экономику ЕС также приходятся на ФРГ и Францию. При этом еще в феврале 2021 г. Литва и Эстония начали антикитайскую кампанию, заявляя о рисках шпионажа со стороны КНР.

По сути, страны Балтии подхватили заявления США, призывавших ЕС относиться к Китаю с осторожностью, учитывая его военно-морскую позицию на Тихом океане и нарушения прав человека.

Что же касается введения антикитайских санкций, то и здесь не обошлось без восточноевропейских стран. Литовские депутаты озаботились положением мусульман-уйгуров в Китае, пообещав инициировать международное расследование «о преступлениях в Синьцзяне». В итоге под вопросом оказалось Всеобъемлющее инвестиционное соглашение, о чем заявил торговый комиссар Евросоюза Валдис Домбровскис.

Поводом для резкого изменения риторики стало то, что в основе торгово-экономической повестки ЕС лежат европейские ценности, а значит, экономические интересы идут рука об руку с их отстаиванием.

Сложившуюся ситуацию может усугубить то, что в Китае недостаточно четко понимают специфику работы наднациональных органов Европейского союза. Введение санкций против членов Европейского парламента не только затруднит продвижение Всеобъемлющего инвестиционного соглашения, способного обеспечить сближение национальных интересов КНР и членов ЕС, но и рискует обернуться ростом антикитайских настроений. Ранее Европарламент уже призывал к мерам, направленным против растущего экономического веса и политического влияния Китая в Европе, а также в связи с отсутствием со стороны Евросоюза критики в адрес Пекина из-за нарушения прав человека.

На что нацелены санкции


Привлечение повышенного внимания к проблемам обеспечения прав человека в СУАР КНР направлено также и на дискредитацию политики Пекина в Центральной Азии и осложнению развития западных регионов страны. Одной из ключевых проблем Пекина в Центральноазиатском регионе остается сохранение антикитайских настроений, которые проявляются как в высокой доле недоверия политике КНР, так и в сохранении в общественном сознании страха «китайской угрозы». Продвижение в международной повестке проблем обеспечения прав мусульман в СУАР способно принести политические очки странам Запада в обеспечении собственных интересов в Центральной Азии.

С другой стороны, развитие китайской экономики требует обеспечения опережающего экономического роста для западного мегарегиона страны (который включает в себя СУАР), вклад которого в ВВП Китая в 2019 г. составил порядка 20,8%. Для сравнения, вклад в ВВП Восточного мегарегиона можно оценить в 51,9%. В таком случае действия стран Запада могут быть направлены на замедление экономического роста западного региона, что будет способствовать осложнению экономической ситуации в Китае.

Обмен санкциями, состоявшийся сейчас между ЕС и КНР, вероятно, не будет единичным случаем.

США определенно стремятся к созданию комплексной системы сдерживания Китая через санкционные механизмы, вводимые совместно с Европейским союзом, чтобы не допустить возможности Пекина использовать партнеров в Европе в качестве «балансира» отношений с Вашингтоном. Что касается России, то введение санкций в отношении Китая может способствовать ускоренному сближению сторон, сталкивающихся с возрастающим давлением Запада, в то время как готовность Москвы и Пекина продлить Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве и сделать его более актуальным демонстрирует, что политическое доверие и взаимная поддержка сторон со временем становятся крепче.


Владимир Нежданов, магистр международных отношений эксперт Центра изучения перспектив интеграции

Загрузка...
17 августа
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Союзное государство становится инструментом развития на фоне санкций.

Инфографика: Силы и структуры США и НАТО в Польше и Прибалтике
инфографика
Цифра недели

27%

составит повышение цен на газ в Молдове с 1 октября 2022 г., утвержденное Национальным агентством по регулированию в энергетике. С октября 2021 г. тариф вырос почти в 7 раз

Mediametrics