16 Октября 2019 г. 18:53

Пашинян против Конституционного суда: что стоит за политическим кризисом в Армении

Пашинян против Конституционного суда: что стоит за политическим кризисом в Армении
Фото: umweltbundesamt.de

14 октября Конституционный суд Армении отклонил дело о лишении полномочий своего председателя Грайра Товмасяна на основании заявления Парламента. Противостояние судей и парламентариев началось после рассмотрения дела экс-президента Роберта Кочаряна и было инициировано правящей фракцией «Мой шаг». О том, чего хотят добиться сторонники премьер-министра Никола Пашиняна, оказывая давление на Конституционный суд, и к чему может привести такая политика, читайте в материале армянского политолога Бениамина Матевосяна.

Проблема политического монополизма


У историков и будущих поколений будет множество возможностей и поводов для того, чтобы проанализировать события апреля-мая 2018 г., приведшие к смене власти в Армении. Мир запомнит эти события как «армянскую бархатную революцию», однако, прежде чем историки будут анализировать ее ход и последствия, нам, как очевидцам и современникам, необходимо не только разобраться в ее сущностных причинах, но и понять, что нас ждет в дальнейшем.

Можно назвать множество причин, которые вывели сотни тысяч жителей Армении на улицы, и каждая из этих причин будет по-своему правильной. Необходимость перемен давно витала в воздухе: был четкие общественный заказ на реформы в социальной и экономической сферах, однако прошлая политическая элита в силу ряда объективных и субъективных причин не могла обеспечить эти перемены, и людям пришлось в прямом смысле слова своими руками и ногами бороться за свои права и свободы.

Однако важнейшая причина, которая привела к тому, что политическая элита оказалась оторвана от реальных настроений народа, заключается в том, что в Армении целое десятилетие существовала политическая монополия одного человека и одной партии.

За эти годы в стране разворачивались различные процессы и различные политические силы, и лидеры пытались сломать эту монополию, которая являлась одним из основных барьеров на пути развития государства, но удалось это сделать только Николу Пашиняну весной 2018 г. В этом смысле Пашинян уже реализовал свою важнейшую политическую миссию. После этого многим казалось, что с политической монополией в стране покончено, и что тем самым для Армении начинается качественно новый этап развития. Однако, как оказалось, это была только видимость...

Проследим цепь событий: сначала Пашинян получил власть исполнительную (избран премьеров в мае 2018 г.), затем штурмом 2 октября 2018 года фактически вынудил парламентариев пойти на роспуск Национального Собрания и декабрьские внеочередные выборы, получив по их итогам власть законодательную. До этого он заполучил власть в мэрии Еревана (сентябрь 2018 г.). Остался последний бастион – власть судебная.

Вопрос с этой ветвью власти он частично решил 20 мая 2019 г., когда после решения суда об освобождении из-под ареста под залог и под гарантии от президентов Нагорно-Карабахской Республики (Республики Арцах) экс-президента Армении Роберта Кочаряна призвал людей блокировать входы и выходы из зданий всех судов. После этого на пути формирования в Армении абсолютной власти одного человека осталась всего одна преграда – Конституционный суд Армении.

Приватизация судебной власти


Справедливости ради стоит признать, что все предыдущие руководители Армении тоже стремились к тому, чтобы иметь лояльную себе судебную власть и Конституционный суд, однако стремления нынешнего руководства выходят за рамки таких потребностей.

Сегодняшние армянские власти в своих стремлениях не являются новаторами в историческом смысле этого слова. Если не уходить в далекие исторические и географические дебри, то можно обратиться к теме «преобразований судебно-правовой системы» в Грузии в период президентства Михаила Саакашвили.

По разным данным, в период правления Саакашвили через тюрьмы прошло от 250 до 300 тыс. человек. Более 200 адвокатов было посажено за решетку, практически весь состав судей был изменен. Однако под предлогом «очистки системы правосудия» Саакашвили построил откровенно марионеточную систему, которая в первую очередь занималась переделом собственности.

Уже после смены власти в Грузии стали всплывать подробности жестокого отношения к заключенным, того как под пытками у них отнимали собственность. Уже сегодня в Грузии идут процессы, во время которых людям возмещают убытки, понесенные во время президентства «реформатора Саакашвили». Вдумайтесь только в цифры: после смены власти в 2013 г. в первые 2 месяца на свободу вышли сразу 2 тыс. амнистированных заключенных, более чем 14 тыс. скостили их сроки пребывания под стражей. Иными словами, стремление «приватизировать» судебную систему свойственно руководителям авторитарного типа.

Пашинян против Конституционного суда


Почему Пашинян борется с главой КС? Если коротко, то причина в том, что глава КС Грайр Товмасян руководствуется не распоряжениями Пашиняна, а Конституцией, законами и собственными убеждениями. Ход политизированного и откровенно сфабрикованного против Роберта Кочаряна дела – яркое тому подтверждение.

О сфабрикованности уголовного дела против Кочаряна говорит целый ряд фактов: от записи телефонного разговора бывшего главы СНБ Артура Ванецяна и главы Специальной следственной службы Сасуна Хачатряна, где открытым текстом говорится о том, что «судья хочет не хочет, но должен принять решение о заключении Кочаряна под стражу».

Кроме того, 4 сентября Конституционный суд счел несоответствующей Конституции статью 35 УПК «Обстоятельства, исключающие производство по уголовному делу и уголовное преследование», тем самым поставив под вопрос правомерность ареста экс-президента. Адвокат Кочаряна Арам Вардеванян после оглашения решения суда отметил, что статья 35 была признана антиконституционной, а это значит, что были нарушены права на личную свободу Кочаряна, гарантированные Конституцией (статья 27). Однако в стране произошло невероятное: суд низшей инстанции проигнорировал решение Конституционного суда страны и оставил Кочаряна под стражей.

О сфабрикованности свидетельствует и то, что ЕСПЧ, получив заявление КС РА по делу Кочаряна, отметил, что заявление подлежит обсуждению в первоочередном порядке. Если бы проблем с законностью нахождения Кочаряна под стражей не было, то ЕСПЧ даже не стал бы рассматривать данное дело, а уж тем более – в первоочередном порядке.

Если же обращаться к мотивам Пашиняна по захвату КС и судебной системы в целом более обстоятельно, то они имеют как внутри-, так и внешнеполитические плоскости.

Если бы стояла задача борьбы с предыдущим руководством, как это утверждают некоторые представители власти и действующие при них демагоги, то генпрокурор Артур Давтян, к примеру, не должен был оставаться генпрокурором, Унан Погосян – назначаться губернатором Сюникской области Армении, а действовавшие при предыдущей власти олигархи – продолжать свое монополистское дело, но уже в статусе крупных собственников при «бархатной власти». В одном из своих последних интервью Товмасян отметил, что он стоит в КС точно так же, как защищающий жителей Армении и Арцаха от азербайджанцев на границе солдат.

Пашинян борется с Товмасяном не потому, что последний является представителем прежней власти, а поскольку тот принципиально не хочет стать приспешником действующей власти и держит себя независимо.

Вопрос, следовательно – в неповиновении Товмасяна. В неподчинении незаконным распоряжениям. Властям нужна управляемая система, в то время как КС всегда может, исходя из законности, сказать премьеру «нет», и все те, кто искренне говорит о демократии и правах человека, пусть даже ненавидя Товмасяна, должны встать на его сторону, а вернее – на сторону идеи недопущения формирования в Армении единоличной системы власти.

Немного о нюансах


Суть вопроса состоит и в том, что Пашинян в вопросе Арцаха полностью находится в орбите представлений Левона Тер‑Петросяна, который еще с 1990‑х гг. выступал за территориальные уступки Азербайджану и в том числе и за это был отвергнут в 1998 г., заслуженно канув в лету. Данный факт не исключает того, что в будущем армянскому обществу будет предложено решить вопрос Карабаха, например в рамках «Плана Болтона». В вопросе реализации данного плана на практике большую роль может сыграть именно Конституционный Суд, так как вариант урегулирования может быть выставлен на референдум, и именно КС будет решать правомерность такого референдума. Соответственно, власти нужен подконтрольный КС, который не будет препятствовать планам Пашиняна.

Что же касается роли Венецианской комиссии (Европейская комиссия за демократию через право – Консультативный орган по конституционному праву, созданный при Совете Европы в 1990 г.) в противостоянии Пашиняна и главы КС, то нужно отметить, что по просочившимся в прессу данным, новые власти страны решили пойти на «политическую сделку» с Европой. Получив лояльность Комиссии касательно изменений в судебной системе и обновления кадрового состава КС, они готовы ратифицировать так называемую Стамбульскую Конвенцию (международное соглашение Совета Европы против насилия в отношении женщин и насилия в семье, защищающая также права сексуальных меньшинств).

10 октября Венецианская комиссия опубликовала заявление, где было отмечено, что, хотя ратификация любого договора является суверенным актом государства, и Конституционный суд Армении должен вынести решение о совместимости Стамбульской конвенции с Конституцией страны, в Конвенции нет положений, которые можно считать «противоречащими» Конституции Армении. Исходя из этого можно сделать вывод о том, что определенная часть «политических торгов» между правительством Армении и Европейскими структурами дала свои результаты – но...

Судя по заявлениям все той же Комиссии и заявлениям министра юстиции Армении, Венецианская Комиссия соглашается пойти на сделку с Пашиняном в вопросе Стамбульской Конвенции, однако в то же время отмечает, что незаконные действия против членов Конституционного суда, принуждение их к отставке не будут признаны легитимными, а обновление кадрового состава КС возможно лишь при добровольной отставке судей.

Все это заслуживает пристального внимание и анализа: если Министерство юстиции Армении просит экспертную оценку Венецианской комиссии в вопросе Стамбульской конвенции, то это означает, что Пашинян вступил с внешними силами в настоящие политические торги, надеясь взамен получить поддержку относительно отставки Товмасяна. Однако «заграница» принимает торговое предложение Пашиняна лишь частично. Хвалит его за то, что он готов принять Стамбульскую Конвенцию, но отчасти признает давление на Конституционный суд.

Понятно, что принятие Стамбульской Конвенции станет новым ударом для Пашиняна. Поэтому он пока сам не высказывается по этому вопросу прямым текстом.

Вместо него за принятие этой Конвенции выступает его нынешний министр юстиции. Но когда для премьера окончательно станет понятно, что «проблема» Товмасяна не решается, Пашинян не выскажется положительно и в вопросе Стамбульской конвенции. Поскольку получится так, что сам Пашинян хочет, чтобы конвенция была принята, а Товмасян и Конституционный суд могут отклонить этот уже отвергнутый армянским обществом документ. Это будет очень сильный удар по позициям премьера, и к тому же поставит в неловкое положение представителей Венецианской Комиссии: они ведь уже высказались положительно о Конвенции, соответственно ожидают действий, направленных на ее ратификацию, а этого они при нынешнем раскладе не получат.

Но готово ли общество «обменять» отставку Товмасяна на навязывание обществу несвойственных ему ценностей и устоев, защиту которых обеспечивает Стамбульская Конвенция? Ради этого ли выходили на улицы протестующие в апреле-мае 2018 г., чтобы сегодня ради желаемой для премьера отставки стране навязывалиь несвойственные ей явления? Вопрос риторический.

Конституционный бастион


К сожалению, как и во многих иных случаях, первоначальная цель движения, приведшая в Армении к смене власти, ушла на второй план. В стране стала формироваться политическая система, которая по своим качественным характеристикам не отличается от прошлой в лучшую сторону. Не будем забывать, что прошлая власть была отвергнута потому, что не могла эффективно управлять, не обеспечивала равенство всех перед законом, проведение справедливых выборов, полную свободу судов. Все вместе привело ко «взрыву», который и вывел массы на улицы.

Однако люди, пришедшие в правительство после смены власти, не до конца осознали, в чем была причина того, что прошлая элита была отвергнута, и считают, что они могут повторять те же самые ошибки.

Конституционный Суд является последним бастионом на пути формирования в Армении системы единоличного управления. В этих условиях необходимо защищать не личности, а сам институт КС.

Очевидно, что абсолютная власть развращает абсолютно, а для страны, находящейся в состоянии незавершенной войны, это смерти подобно, так как развращенная власть теряет чувство реальности и способность эффективно управлять страной. Нужно защищать этот бастион, иначе вместо борьбы за обеспечение независимости судебной власти позже мы будем вынуждены бороться с танками и снарядами врага, которые приходят тогда, когда в стране утверждается абсолютная, неэффективная и оторванная от реальности власть.

Пашинян же пока не чувствует, что изо дня в день все больше вязнет в неправильных решениях, по причине которых впоследствии будет очень трудно и долго реформировать систему государственного управления. Подобно ему, реальное положение вещей не видели все авторитарные руководители, но в итоге они оказывались у разбитого корыта и теряли не только власть, но и многое другое. Ситуация действительно сложная, и очевидно, что ни КС, ни глава исполнительной власти не собираются уступать.

К чему приведет противостояние


Армянские СМИ пестрят заголовками о том, что тот или иной родственник Товмасяна вскоре будет привлечен к ответственности. Публикуются материалы о якобы баснословных богатствах родственников Товмасяна, а некоторое время назад на пресс-клуб «Зеркало», возглавляемый родной сестрой Товмасяна, было совершено нападение. Кроме того, депутат Арман Бабаджанян, не без ведома все того же премьера, обратился с заявлением в прокуратуру Армении с требованием завести уголовное дело против Товмасяна за то, что он якобы «узурпировал пост главы КС».

Глава Конституционного Суда, в свою очередь, заявил о том, что уйдет со своего поста только по истечении срока своих полномочий, то есть по достижении соответствующего возраста. Кроме того, КС отказался даже рассмотреть заявление депутатов Национального Собрания Армении о прекращении полномочий Товмасяна по причине якобы совершения им дисциплинарных нарушений.

Еще один метод, который могут применить власти – это финансовое стимулирование главы КС и других судей к отставке. Известно, что в оборот введен законопроект, согласно которому власти предлагают членам КС подать в отставку, а взамен те получат полагающуюся им зарплату до достижения срока выхода на пенсию, а также сохранят свои иные социальные гарантии, в том числе высокую пенсию.

Попытки Пашиняна решить вопрос с Конституционным Судом бесперспективны: очевидно, что судьи будут до конца стоять на своем.

Однако это не отменяет того, что в будущем новая власть, которая придет после власти Пашиняна, должна суметь заложить в стране основы новой политической системы, с реальными сдержками и противовесами, в которой главы полиции и СНБ будут подотчетны парламенту, а сам законодательный орган превратится в основной и важнейший элемент государственный власти – в институт, который, наделенный первичным мандатом, будет сотрудничать с исполнительной властью, но также и контролировать ее.


Бениамин Матевосян, политический обозреватель Исследовательского института «Политэкономия» (Ереван)

Загрузка...
Комментарии
22 Октября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Попытки Запада рассматривать Беларусь как «вторую Украину» создают новые риски.

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2018 году
инфографика
Цифра недели

25%

составляет запланированный рост численности литовской армии к 2024 г. Увеличить намерены как число профессиональных военных, так и резервистов

Mediametrics