Досье: Новая программа оборонного сотрудничества России и Казахстана Досье: Новая программа оборонного сотрудничества России и Казахстана

17 февраля казахстанский Сенат ратифицировал договор о военном сотрудничестве республики с Россией, подписанный в 2020 г. на смену устаревшему соглашению 1994 г. Как отметил замминистра обороны Казахстана Султан Камлетдинов, это придаст импульс совместной работе по укреплению обороноспособности двух государств. В конце 2021 г. Москва и Нур-Султан также подписали программу стратегического военного партнерства на 2022-2024 гг., которая определяет «приоритетные направления взаимодействия в оборонной сфере на среднесрочный период». В каком ключе развивается военное сотрудничество России и Казахстана, и какие выгоды оно принесет республике, читайте в статье независимого военного обозревателя Артема Мальцева.

Обороноспособность Казахстана и партнерство с Россией


Комментируя подписание программы стратегического партнерства в оборонной сфере на 2022-2024 гг., глава российского Минобороны Сергей Шойгу в очередной раз отметил стратегический характер двухсторонних отношений между вооруженными силами Казахстана и России. Отдельно была подчеркнута комплексность сотрудничества, охватывающего самые различные сферы – от совместных военных учений на российских и казахстанских полигонах до подготовки военнослужащих Вооруженных сил Казахстана в отечественных военных вузах, от совершенствования совместной системы ПВО ОДКБ до транзита военных грузов через территорию республики в рамках совместных мероприятий по поддержанию региональной безопасности.

Годом ранее в Нур-Султане был подписан обновленный договор о военном сотрудничестве двух стран, установивший общую нормативно-правовую базу для различного взаимодействия в области национальной безопасности.

По всем объективным метрикам, Казахстан придерживается стабильно-миролюбивой военной политики. Его оборонные расходы за последнее десятилетие практически не превышали 1% от ВВП страны, а относительно совокупных госрасходов колебались в разные годы между значениями в 4-5%. Такие показатели в целом соответствуют или даже не дотягивают до среднего уровня как по Центральной Азии, так и по Европе.

С другой стороны, учитывая весьма высокие экономические показатели страны, в абсолютных цифрах Казахстан вполне может считаться региональным лидером. При этом по фиксированному курсу доллара военный бюджет устойчиво рос на протяжении последнего десятилетия, увеличившись в среднем с $1,25 млрд до $1,65 млрд. С учетом сокращений, а также оптимизации структуры вооруженных сил этот рост особенно заметен в пересчете на численность военнослужащих.

млц1.png

С 2011 по 2020 гг. она сократилась примерно на 20% – на 10 тыс. человек. Это позволило вооруженным силам Казахстана с середины 2000-х гг. перейти на преимущественно профессиональный тип комплектования личного состава военнослужащих. В настоящее время соотношение между «призывниками» и «контрактниками» составляет 30% на 70%.

Структурно реформирование вооруженных сил затронуло в основном сухопутные силы – была расформирована часть вспомогательных подразделений. В частности, после того как в 2009 г. ракетные войска и артиллерия были упразднены как отдельный род войск, соответствующие подразделения были переданы в состав сухопутных войск (СВ). Параллельно в 2011-2020-х гг. проводилось массовое списание или вывод в резерв материально-технической базы в виде устаревшего вооружения и военной техники, унаследованных от СССР.

Так, численность танков была сокращена на две трети: с почти 1000 основных боевых танков Т-72 различных модификаций до примерно 300 единиц в модификации начала 2000-х гг. Т-72БА (с динамической защитой «Контакт-5»). С 2011 г. значительно сократился артиллерийский парк: с 1502 до 611 единиц артиллерии различных типов. В основном списанию подлежала буксируемая артиллерия, а также часть комплексов РСЗО (реактивных систем залпового огня).

В настоящее время, хотя формально списочный состав 4 региональных командований включает не менее 10 бригад, сухопутные войска Казахстана способны выставить до трех расширенных бригад со вспомогательными подразделениями, полностью укомплектованных личным составом и готовой к бою материально-технической базой.

Наиболее высокий уровень подготовки военнослужащих здесь представлен аэромобильной бригадой десантно-штурмовых войск в составе СВ. Именно подразделения «десантников» наиболее часто принимают участие в совместных с Россией военных маневрах (например, на недавних учениях «Запад-2021»). Они же эксплуатируют наиболее современную бронетехнику – БТР-82А, а также бронеавтомобили повышенной защищенности «Кобра» и «Арлан».

млц2.png

Казахстан и Россия в ОДКБ


Основными целями военной политики Казахстана вплоть до недавнего времени были исполнение совместных обязательств по безопасности в рамках ОДКБ, а также борьба с различными экстремистскими группировками и охрана государственных границ страны. Практическое взаимодействие России и Казахстана по ОДКБ охватывает в основном две главные сферы.

Во-первых, это поддержание Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР), предназначенных для быстрой переброски в зону потенциального кризиса на территории любой из стран ОДКБ. Формально для этого подразделения декларируется широкий спектр задач, от противодействия военной агрессии до борьбы с организованной преступностью. В реальности структура сил в составе КСОР (преимущественно аэромобильные воздушно-десантные подразделения) и специфика региональных угроз предполагает противодействие возможному вторжению на территорию ОДКБ иррегулярных сил экстремистских и террористических группировок.

Как показывают последние конфликты на Ближнем Востоке, такие силы могут по своей численности, оснащенности и организации не уступать полноценным армиям отдельных региональных государств.

Силы КСОР могут быть быстро переброшены в район кризисной ситуации в случае проникновения крупных сил террористов через границы одной из стран ОДКБ, что весьма актуально в условиях большой протяженности государственных границ, сложного рельефа местности и относительно низкой боеготовности регулярных частей ВС отдельных стран Центральной Азии.

После коллапса государственной власти в Афганистане летом 2021 г. и вследствие туманности дальнейших перспектив региональной безопасности после прихода к власти режима «Талибана»* [террористическая организация, запрещенная в России и ряде других стран – прим. ред.] можно рассчитывать, что страны ОДКБ, включая Россию и Казахстан, будут стремиться наращивать взаимное сотрудничество, повышать слаженность взаимодействия аэромобильных частей и чаще отрабатывать оперативную переброску совместных подразделений на большие расстояния.

Вторая крупная сфера сотрудничества России и Казахстана по ОДКБ состоит в поддержании совместной системы ПВО. После распада СССР Казахстан унаследовал внушительную часть системы ПВО страны, прикрывавшую южное геостратегическое направление, а также ряд критически важных объектов ядерной и ракетно-космической промышленности (таких, как Семипалатинский ядерный полигон, космодром Байконур и ракетный полигон «Сары-Шаган»). Тем не менее, в 1990-е и 2000-е гг., как и на большей части всего постсоветского пространства, для поддержания такой сложной и дорогостоящей системы ПВО у республики банально не хватало ни средств, ни производственно-технических мощностей. Хотя на этом поприще Казахстану удалось преуспеть гораздо больше, чем многим другим странам региона, сотни дивизионов устаревших зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) С-75, С-125 и С-200 были выведены из эксплуатации.

Отдельные наиболее поздние модификации этих ЗРК поддерживались в боеспособном состоянии как минимум вплоть до последних лет и в отдельных случаях даже проходили модернизацию (в частности, модернизация 18 твердотопливных ЗРК С-125 до уровня «Печора-2ТМ»), но в целом система ПВО Казахстана деградировала до очагового состояния.

Всего номинально на ее вооружении находится до 25 дивизионов С-300 (в основном устаревших модификаций С-300П/С-300ПС 1980-х гг.), а также отдельные дивизионы ЗРК С-75М3 С-125-2ТМ, ЗРК «Бук-М2». Последние позиции ЗРК большого радиуса действия С-200ВМ были свернуты в 2019 г. На практике, от полного развала систему ПВО Казахстана спасла военно-техническая помощь российской стороны, в чьи стратегические интересы не входит возникновения «зияющей дыры» на южном направлении.

В 2015 г. Казахстану было передано 5 дивизионов ЗРК С-300ПС из состава ВКС России. В 2019 г. казахской стороне был также передан дивизион ЗРК войсковой ПВО средней дальности «Бук-М2». В несколько лучшем состоянии находится воздушный компонент ПВО Казахстана. Несмотря на неизбежные сокращения (так, недавно в резерв была переведена последняя эскадрилья истребителей-бомбардировщиков МиГ-27), в ее составе все еще находятся две эскадрильи истребителей-перехватчиков МиГ-31БМ (Казахстан – единственное государство помимо России, эксплуатирующее эти уникальные самолеты), а также полная эскадрилья новейших многоцелевых истребителей Су-30СМ.

Будущее казахстанской оборонки


Численный состав ВВС Казахстана, по всей видимости, претерпит дальнейшие сокращения в 2020-х гг., так как сроки эксплуатации истребителей Су-27, МиГ-29 и МиГ-31 постепенно истекают, и ни у России, ни у Казахстана не хватает средств, чтобы спонсировать поставки новых самолетов в количестве 1 к 1 по отношению к списываемым машинам. С другой стороны, «истребитель ОДКБ», поставляемый по внутренним закупочным ценам ВВС России, позволяет Казахстану приобретать тяжелые истребители поколения 4+ с широкими возможностями по ценам в разы менее рыночных.

В целом стратегическое сотрудничество в рамках ОДКБ позволяет России оставаться крупнейшим поставщиком вооружений и военной техники в Казахстан. По данным института SIPRI, в 2011-2020 гг. она занимала 84% всего импорта вооружений и военной техники. Почти девять десятых этих поставок представлены боевой авиацией и системами ПВО. В ближайший период 2022-2024 гг. трансферы вооружений из России, скорее всего, будут продолжаться.

млц3.png

Разумно ожидать передачу еще нескольких звеньев истребителей Су-30СМ. Вполне вероятны также и контракты на поставку новых современных систем ПВО. В условиях значительного устаревания компонентов объектовой системы ПВО разумно было бы ожидать приобретения Казахстаном более современных модификаций ЗРК С-300 (таких как С-300ПМУ-2) или даже еще более продвинутых ЗРК С-400. Однако стоимость такой сложной техники даже по «внутрироссийским ценам» может оказаться неприемлемой для руководства страны.

Летом 2021 г. появилась информация о том, что Казахстан планирует закупить новейшие ЗРК ближнего радиуса действия «Тор-2МК». По некоторым данным, эти комплексы отлично зарекомендовали себя в ходе конфликта в Нагорном Карабахе в 2020 г. (несмотря на изначально неравное соотношение сил, повлекшее за собой большие потери). Такое решение имеет определенный смысл: в наличии у СВ и ВВС Казахстана в настоящий момент присутствуют лишь морально устаревшие ЗРК «Стрела-10».

В условиях постепенного расширения использования ударных БПЛА в Центральной Азии, представляющих сегодня, возможно, одно из главных средств воздушного нападения в локальных конфликтах в регионе, необходимость в закупках мобильных систем войсковой ПВО остра как никогда.

Кроме того, наличие таких комплексов может стать шагом к построению эшелонированной системы ПВО, включающей современные ЗРК и ЗРПК, способные противодействовать атакам на более крупные системы с использованием высокоточного оружия. С другой стороны, несколько батарей «Тор-2МК» вряд ли способны внести существенный вклад в поддержание комплексной системы ПВО на всем геостратегическом направлении, зато они оттянут на себя весьма ограниченные финансовые ресурсы. Таким образом, дальнейшее направления военно-технического сотрудничества России и Казахстана может быть предметом двухсторонних переговоров политического руководства обеих стран.

В целом же можно заключить, что комплексное двухстороннее военное сотрудничество остается приоритетом внешней политики как для России, так и для Казахстана на ближайшее десятилетие.


Артем Мальцев, независимый военный обозреватель

*«Талибан» – запрещенная в России и ряде других стран террористическая организация

22 февраля 2022 г. 08:33

Досье: Новая программа оборонного сотрудничества России и Казахстана

/ Досье: Новая программа оборонного сотрудничества России и Казахстана

17 февраля казахстанский Сенат ратифицировал договор о военном сотрудничестве республики с Россией, подписанный в 2020 г. на смену устаревшему соглашению 1994 г. Как отметил замминистра обороны Казахстана Султан Камлетдинов, это придаст импульс совместной работе по укреплению обороноспособности двух государств. В конце 2021 г. Москва и Нур-Султан также подписали программу стратегического военного партнерства на 2022-2024 гг., которая определяет «приоритетные направления взаимодействия в оборонной сфере на среднесрочный период». В каком ключе развивается военное сотрудничество России и Казахстана, и какие выгоды оно принесет республике, читайте в статье независимого военного обозревателя Артема Мальцева.

Обороноспособность Казахстана и партнерство с Россией


Комментируя подписание программы стратегического партнерства в оборонной сфере на 2022-2024 гг., глава российского Минобороны Сергей Шойгу в очередной раз отметил стратегический характер двухсторонних отношений между вооруженными силами Казахстана и России. Отдельно была подчеркнута комплексность сотрудничества, охватывающего самые различные сферы – от совместных военных учений на российских и казахстанских полигонах до подготовки военнослужащих Вооруженных сил Казахстана в отечественных военных вузах, от совершенствования совместной системы ПВО ОДКБ до транзита военных грузов через территорию республики в рамках совместных мероприятий по поддержанию региональной безопасности.

Годом ранее в Нур-Султане был подписан обновленный договор о военном сотрудничестве двух стран, установивший общую нормативно-правовую базу для различного взаимодействия в области национальной безопасности.

По всем объективным метрикам, Казахстан придерживается стабильно-миролюбивой военной политики. Его оборонные расходы за последнее десятилетие практически не превышали 1% от ВВП страны, а относительно совокупных госрасходов колебались в разные годы между значениями в 4-5%. Такие показатели в целом соответствуют или даже не дотягивают до среднего уровня как по Центральной Азии, так и по Европе.

С другой стороны, учитывая весьма высокие экономические показатели страны, в абсолютных цифрах Казахстан вполне может считаться региональным лидером. При этом по фиксированному курсу доллара военный бюджет устойчиво рос на протяжении последнего десятилетия, увеличившись в среднем с $1,25 млрд до $1,65 млрд. С учетом сокращений, а также оптимизации структуры вооруженных сил этот рост особенно заметен в пересчете на численность военнослужащих.

млц1.png

С 2011 по 2020 гг. она сократилась примерно на 20% – на 10 тыс. человек. Это позволило вооруженным силам Казахстана с середины 2000-х гг. перейти на преимущественно профессиональный тип комплектования личного состава военнослужащих. В настоящее время соотношение между «призывниками» и «контрактниками» составляет 30% на 70%.

Структурно реформирование вооруженных сил затронуло в основном сухопутные силы – была расформирована часть вспомогательных подразделений. В частности, после того как в 2009 г. ракетные войска и артиллерия были упразднены как отдельный род войск, соответствующие подразделения были переданы в состав сухопутных войск (СВ). Параллельно в 2011-2020-х гг. проводилось массовое списание или вывод в резерв материально-технической базы в виде устаревшего вооружения и военной техники, унаследованных от СССР.

Так, численность танков была сокращена на две трети: с почти 1000 основных боевых танков Т-72 различных модификаций до примерно 300 единиц в модификации начала 2000-х гг. Т-72БА (с динамической защитой «Контакт-5»). С 2011 г. значительно сократился артиллерийский парк: с 1502 до 611 единиц артиллерии различных типов. В основном списанию подлежала буксируемая артиллерия, а также часть комплексов РСЗО (реактивных систем залпового огня).

В настоящее время, хотя формально списочный состав 4 региональных командований включает не менее 10 бригад, сухопутные войска Казахстана способны выставить до трех расширенных бригад со вспомогательными подразделениями, полностью укомплектованных личным составом и готовой к бою материально-технической базой.

Наиболее высокий уровень подготовки военнослужащих здесь представлен аэромобильной бригадой десантно-штурмовых войск в составе СВ. Именно подразделения «десантников» наиболее часто принимают участие в совместных с Россией военных маневрах (например, на недавних учениях «Запад-2021»). Они же эксплуатируют наиболее современную бронетехнику – БТР-82А, а также бронеавтомобили повышенной защищенности «Кобра» и «Арлан».

млц2.png

Казахстан и Россия в ОДКБ


Основными целями военной политики Казахстана вплоть до недавнего времени были исполнение совместных обязательств по безопасности в рамках ОДКБ, а также борьба с различными экстремистскими группировками и охрана государственных границ страны. Практическое взаимодействие России и Казахстана по ОДКБ охватывает в основном две главные сферы.

Во-первых, это поддержание Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР), предназначенных для быстрой переброски в зону потенциального кризиса на территории любой из стран ОДКБ. Формально для этого подразделения декларируется широкий спектр задач, от противодействия военной агрессии до борьбы с организованной преступностью. В реальности структура сил в составе КСОР (преимущественно аэромобильные воздушно-десантные подразделения) и специфика региональных угроз предполагает противодействие возможному вторжению на территорию ОДКБ иррегулярных сил экстремистских и террористических группировок.

Как показывают последние конфликты на Ближнем Востоке, такие силы могут по своей численности, оснащенности и организации не уступать полноценным армиям отдельных региональных государств.

Силы КСОР могут быть быстро переброшены в район кризисной ситуации в случае проникновения крупных сил террористов через границы одной из стран ОДКБ, что весьма актуально в условиях большой протяженности государственных границ, сложного рельефа местности и относительно низкой боеготовности регулярных частей ВС отдельных стран Центральной Азии.

После коллапса государственной власти в Афганистане летом 2021 г. и вследствие туманности дальнейших перспектив региональной безопасности после прихода к власти режима «Талибана»* [террористическая организация, запрещенная в России и ряде других стран – прим. ред.] можно рассчитывать, что страны ОДКБ, включая Россию и Казахстан, будут стремиться наращивать взаимное сотрудничество, повышать слаженность взаимодействия аэромобильных частей и чаще отрабатывать оперативную переброску совместных подразделений на большие расстояния.

Вторая крупная сфера сотрудничества России и Казахстана по ОДКБ состоит в поддержании совместной системы ПВО. После распада СССР Казахстан унаследовал внушительную часть системы ПВО страны, прикрывавшую южное геостратегическое направление, а также ряд критически важных объектов ядерной и ракетно-космической промышленности (таких, как Семипалатинский ядерный полигон, космодром Байконур и ракетный полигон «Сары-Шаган»). Тем не менее, в 1990-е и 2000-е гг., как и на большей части всего постсоветского пространства, для поддержания такой сложной и дорогостоящей системы ПВО у республики банально не хватало ни средств, ни производственно-технических мощностей. Хотя на этом поприще Казахстану удалось преуспеть гораздо больше, чем многим другим странам региона, сотни дивизионов устаревших зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) С-75, С-125 и С-200 были выведены из эксплуатации.

Отдельные наиболее поздние модификации этих ЗРК поддерживались в боеспособном состоянии как минимум вплоть до последних лет и в отдельных случаях даже проходили модернизацию (в частности, модернизация 18 твердотопливных ЗРК С-125 до уровня «Печора-2ТМ»), но в целом система ПВО Казахстана деградировала до очагового состояния.

Всего номинально на ее вооружении находится до 25 дивизионов С-300 (в основном устаревших модификаций С-300П/С-300ПС 1980-х гг.), а также отдельные дивизионы ЗРК С-75М3 С-125-2ТМ, ЗРК «Бук-М2». Последние позиции ЗРК большого радиуса действия С-200ВМ были свернуты в 2019 г. На практике, от полного развала систему ПВО Казахстана спасла военно-техническая помощь российской стороны, в чьи стратегические интересы не входит возникновения «зияющей дыры» на южном направлении.

В 2015 г. Казахстану было передано 5 дивизионов ЗРК С-300ПС из состава ВКС России. В 2019 г. казахской стороне был также передан дивизион ЗРК войсковой ПВО средней дальности «Бук-М2». В несколько лучшем состоянии находится воздушный компонент ПВО Казахстана. Несмотря на неизбежные сокращения (так, недавно в резерв была переведена последняя эскадрилья истребителей-бомбардировщиков МиГ-27), в ее составе все еще находятся две эскадрильи истребителей-перехватчиков МиГ-31БМ (Казахстан – единственное государство помимо России, эксплуатирующее эти уникальные самолеты), а также полная эскадрилья новейших многоцелевых истребителей Су-30СМ.

Будущее казахстанской оборонки


Численный состав ВВС Казахстана, по всей видимости, претерпит дальнейшие сокращения в 2020-х гг., так как сроки эксплуатации истребителей Су-27, МиГ-29 и МиГ-31 постепенно истекают, и ни у России, ни у Казахстана не хватает средств, чтобы спонсировать поставки новых самолетов в количестве 1 к 1 по отношению к списываемым машинам. С другой стороны, «истребитель ОДКБ», поставляемый по внутренним закупочным ценам ВВС России, позволяет Казахстану приобретать тяжелые истребители поколения 4+ с широкими возможностями по ценам в разы менее рыночных.

В целом стратегическое сотрудничество в рамках ОДКБ позволяет России оставаться крупнейшим поставщиком вооружений и военной техники в Казахстан. По данным института SIPRI, в 2011-2020 гг. она занимала 84% всего импорта вооружений и военной техники. Почти девять десятых этих поставок представлены боевой авиацией и системами ПВО. В ближайший период 2022-2024 гг. трансферы вооружений из России, скорее всего, будут продолжаться.

млц3.png

Разумно ожидать передачу еще нескольких звеньев истребителей Су-30СМ. Вполне вероятны также и контракты на поставку новых современных систем ПВО. В условиях значительного устаревания компонентов объектовой системы ПВО разумно было бы ожидать приобретения Казахстаном более современных модификаций ЗРК С-300 (таких как С-300ПМУ-2) или даже еще более продвинутых ЗРК С-400. Однако стоимость такой сложной техники даже по «внутрироссийским ценам» может оказаться неприемлемой для руководства страны.

Летом 2021 г. появилась информация о том, что Казахстан планирует закупить новейшие ЗРК ближнего радиуса действия «Тор-2МК». По некоторым данным, эти комплексы отлично зарекомендовали себя в ходе конфликта в Нагорном Карабахе в 2020 г. (несмотря на изначально неравное соотношение сил, повлекшее за собой большие потери). Такое решение имеет определенный смысл: в наличии у СВ и ВВС Казахстана в настоящий момент присутствуют лишь морально устаревшие ЗРК «Стрела-10».

В условиях постепенного расширения использования ударных БПЛА в Центральной Азии, представляющих сегодня, возможно, одно из главных средств воздушного нападения в локальных конфликтах в регионе, необходимость в закупках мобильных систем войсковой ПВО остра как никогда.

Кроме того, наличие таких комплексов может стать шагом к построению эшелонированной системы ПВО, включающей современные ЗРК и ЗРПК, способные противодействовать атакам на более крупные системы с использованием высокоточного оружия. С другой стороны, несколько батарей «Тор-2МК» вряд ли способны внести существенный вклад в поддержание комплексной системы ПВО на всем геостратегическом направлении, зато они оттянут на себя весьма ограниченные финансовые ресурсы. Таким образом, дальнейшее направления военно-технического сотрудничества России и Казахстана может быть предметом двухсторонних переговоров политического руководства обеих стран.

В целом же можно заключить, что комплексное двухстороннее военное сотрудничество остается приоритетом внешней политики как для России, так и для Казахстана на ближайшее десятилетие.


Артем Мальцев, независимый военный обозреватель

*«Талибан» – запрещенная в России и ряде других стран террористическая организация

Загрузка...
17 августа
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Союзное государство становится инструментом развития на фоне санкций.

Инфографика: Силы и структуры США и НАТО в Польше и Прибалтике
инфографика
Цифра недели

27%

составит повышение цен на газ в Молдове с 1 октября 2022 г., утвержденное Национальным агентством по регулированию в энергетике. С октября 2021 г. тариф вырос почти в 7 раз

Mediametrics