Евросоюз может отказаться от программы «Восточное партнерство» – эксперт Евросоюз может отказаться от программы «Восточное партнерство» – эксперт

Новый саммит «Восточного партнерства» ЕС пройдет без участия Беларуси. Помимо этого, создавшие «Ассоциированное трио» Грузия, Молдова и Украина ожидают признания своей инициативы и особого отношения Брюсселя. Однако ЕС не спешит предоставлять бонусы отдельным участникам «Восточного партнерства». При этом проект итогового заявления не содержит никаких намеков на гарантии членства в Евросоюзе для участников. Какие результаты принесет брюссельская встреча, в интервью «Евразия.Эксперт» спрогнозировал доктор экономических наук, руководитель Центра белорусских исследований Института Европы РАН, профессор Николай Межевич.

– 15 декабря в Брюсселе открывается саммит «Восточного партнерства» ЕС, но в нем не примут участие официальные представители Беларуси. С чем связана приостановка участия Минска в программе?

– Программа «Восточного партнерства» для бывших республик Советского Союза предполагала в изначальном варианте очень мягкую и постепенную евроинтеграцию (без членства в ЕС - прим. ред.) в обмен на финансовые бонусы. Выяснилось, однако, что бонусов не будет, а «за хвост будут дергать постоянно». Независимо от того, кто президент, на определенном этапе Республика Беларусь перестала реагировать на призывы, связанные с «Восточным партнерством». Тем более, на эти призывы перестали реагировать и все остальные потенциальные участники этого партнерства.

Беларусь с самого начала высказывала опасения по поводу программы и сделала несколько оговорок, связанных с трактовкой суверенитета. Уже тогда, если мы вспомним некоторые попытки финансирования программ «Восточного партнерства», условно говоря, на один евро, потраченный на Молдову и Украину, один евроцент приходился на Беларусь.

«Восточное партнерство» – это не только экономический проект, это интеграционный проект в целом. Так вот, если бы европейская интеграция второго десятилетия этого века была связана с очевидной демонстрацией успехов, то, может быть, ситуация была бы другой. Но она не была связана с демонстрацией успехов. Практически сразу же началась экономическая нестабильность, мировой кризис, и определенные расчеты Минска, что Европа окажет помощь в этой ситуации, не оправдались. Ну а затем традиционная ситуация: как только в республике начинается подготовка к выборам, начинается вмешательство в эти выборы. Ведь проблема была не только в 2020 году, она была и в 2015 году, и в 2010-м. И если мы в России об этом говорили меньше, то в Беларуси все об этом знали прекрасно.

Поэтому, конечно, отношение к «Восточному партнерству» в республике более чем сдержанное. К тому же, давайте вспомним, что программа «Восточного партнерства» инициирована Польшей и Швецией, но Швеция далеко, а нынешнее состояние белорусско-польских отношений, скажем так, не идеальное.

– Беларусь приостановила участие в «Восточном партнерстве», но не вышла из него. Может ли она окончательно отказаться от участия в программе?

– Я думаю, что и это возможно, и Европейский союз, хотя он очень не любит включать задний ход, может сам отказаться от этой программы, потому что с Арменией и с Азербайджаном не получилось, а Молдова не представляет такой стратегической ценности. То есть, непонятно, для кого «Восточное партнерство».

– За месяц до саммита Украина, Грузия и Молдова выступили за трансформацию «Восточного партнерства» в «действенный инструмент европейской интеграции». Что мешает ЕС сделать программу «Восточного партнерства» эффективной?

– Они выступили с таким заявлением, но это как раз противоречит целям Европейского союза, потому что Брюссель подразумевает, что страны «Восточного партнерства» берут на себя обязательства, а Европейский союз никаких обязательств на себя не берет.

Помните, что сказал господин Штефан Фюле, комиссар по евроинтеграции, в период кризиса на Майдане? Он сказал: или Украина интегрируется в ЕС на наших условиях, или не интегрируется вовсе. Неужели этого не видно в Беларуси? Конечно, видно.

– Чего, в таком случае, добиваются Киев, Тбилиси и Кишинев на площадке «Восточного партнерства»?

– Во-первых, привлечь внимание к себе – может, получится, может, нет, это уже другой вопрос. Второе – попросить денег. Очевидно, что сегодня в Киеве, Тбилиси и Кишиневе деньги нужны, я бы даже сказал, что очень-очень нужны. И третье – за создание антироссийской концепции тоже платят деньги (небольшие, но платят). Вот вам три цели.

– По данным СМИ, обсуждается вопрос о включении в заключительную декларацию «Восточного партнерства» пункта об осуждении дестабилизирующих действий России. К чему приведут попытки использовать эту площадку для антироссийских выпадов?

– Для того оно и создано. Предложение было, я думаю, его примут. Даже если это будет европейский форум сантехников, все равно там будут приняты антироссийские декларации, это очевидно.

– Россия одновременно выступает гарантом безопасности на линии соприкосновения Азербайджана и Армении, кроме того, Россия и Армения являются союзниками по ЕАЭС и ОДКБ. Как с этим соотносится участие Баку и Еревана в «Восточном партнерстве»?

– В этой связи позиция Армении и Азербайджана будет двойственная, потому что ни Ереван, ни Баку по одним и тем же причинам не захотят очень активно играть на антироссийской стороне.

Это не выгодно Армении, но, уверяю вас, это не выгодно и Азербайджану – у нас с ним очень хорошие торгово-экономические связи, хорошие диаспоральные связи, у нас общий Каспий и связанные с ним заботы. У нас очень много общих дел, поэтому я думаю, что такой жесткой позиции, как Тбилиси и Киев, не будут занимать ни Ереван, ни Баку, ни, кстати, Кишинев. Как известно, поддержать ведь тоже можно по-разному. Можно кивнуть, можно закричать, а можно просто что-то тихо сказать. Думаю, по крайней мере, часть стран «Восточного партнерства» найдет возможность воздержаться от антироссийских выпадов.

Беседовала Мария Мамзелькина

15 декабря 2021 г. 08:16

Евросоюз может отказаться от программы «Восточное партнерство» – эксперт

/ Евросоюз может отказаться от программы «Восточное партнерство» – эксперт

Новый саммит «Восточного партнерства» ЕС пройдет без участия Беларуси. Помимо этого, создавшие «Ассоциированное трио» Грузия, Молдова и Украина ожидают признания своей инициативы и особого отношения Брюсселя. Однако ЕС не спешит предоставлять бонусы отдельным участникам «Восточного партнерства». При этом проект итогового заявления не содержит никаких намеков на гарантии членства в Евросоюзе для участников. Какие результаты принесет брюссельская встреча, в интервью «Евразия.Эксперт» спрогнозировал доктор экономических наук, руководитель Центра белорусских исследований Института Европы РАН, профессор Николай Межевич.

– 15 декабря в Брюсселе открывается саммит «Восточного партнерства» ЕС, но в нем не примут участие официальные представители Беларуси. С чем связана приостановка участия Минска в программе?

– Программа «Восточного партнерства» для бывших республик Советского Союза предполагала в изначальном варианте очень мягкую и постепенную евроинтеграцию (без членства в ЕС - прим. ред.) в обмен на финансовые бонусы. Выяснилось, однако, что бонусов не будет, а «за хвост будут дергать постоянно». Независимо от того, кто президент, на определенном этапе Республика Беларусь перестала реагировать на призывы, связанные с «Восточным партнерством». Тем более, на эти призывы перестали реагировать и все остальные потенциальные участники этого партнерства.

Беларусь с самого начала высказывала опасения по поводу программы и сделала несколько оговорок, связанных с трактовкой суверенитета. Уже тогда, если мы вспомним некоторые попытки финансирования программ «Восточного партнерства», условно говоря, на один евро, потраченный на Молдову и Украину, один евроцент приходился на Беларусь.

«Восточное партнерство» – это не только экономический проект, это интеграционный проект в целом. Так вот, если бы европейская интеграция второго десятилетия этого века была связана с очевидной демонстрацией успехов, то, может быть, ситуация была бы другой. Но она не была связана с демонстрацией успехов. Практически сразу же началась экономическая нестабильность, мировой кризис, и определенные расчеты Минска, что Европа окажет помощь в этой ситуации, не оправдались. Ну а затем традиционная ситуация: как только в республике начинается подготовка к выборам, начинается вмешательство в эти выборы. Ведь проблема была не только в 2020 году, она была и в 2015 году, и в 2010-м. И если мы в России об этом говорили меньше, то в Беларуси все об этом знали прекрасно.

Поэтому, конечно, отношение к «Восточному партнерству» в республике более чем сдержанное. К тому же, давайте вспомним, что программа «Восточного партнерства» инициирована Польшей и Швецией, но Швеция далеко, а нынешнее состояние белорусско-польских отношений, скажем так, не идеальное.

– Беларусь приостановила участие в «Восточном партнерстве», но не вышла из него. Может ли она окончательно отказаться от участия в программе?

– Я думаю, что и это возможно, и Европейский союз, хотя он очень не любит включать задний ход, может сам отказаться от этой программы, потому что с Арменией и с Азербайджаном не получилось, а Молдова не представляет такой стратегической ценности. То есть, непонятно, для кого «Восточное партнерство».

– За месяц до саммита Украина, Грузия и Молдова выступили за трансформацию «Восточного партнерства» в «действенный инструмент европейской интеграции». Что мешает ЕС сделать программу «Восточного партнерства» эффективной?

– Они выступили с таким заявлением, но это как раз противоречит целям Европейского союза, потому что Брюссель подразумевает, что страны «Восточного партнерства» берут на себя обязательства, а Европейский союз никаких обязательств на себя не берет.

Помните, что сказал господин Штефан Фюле, комиссар по евроинтеграции, в период кризиса на Майдане? Он сказал: или Украина интегрируется в ЕС на наших условиях, или не интегрируется вовсе. Неужели этого не видно в Беларуси? Конечно, видно.

– Чего, в таком случае, добиваются Киев, Тбилиси и Кишинев на площадке «Восточного партнерства»?

– Во-первых, привлечь внимание к себе – может, получится, может, нет, это уже другой вопрос. Второе – попросить денег. Очевидно, что сегодня в Киеве, Тбилиси и Кишиневе деньги нужны, я бы даже сказал, что очень-очень нужны. И третье – за создание антироссийской концепции тоже платят деньги (небольшие, но платят). Вот вам три цели.

– По данным СМИ, обсуждается вопрос о включении в заключительную декларацию «Восточного партнерства» пункта об осуждении дестабилизирующих действий России. К чему приведут попытки использовать эту площадку для антироссийских выпадов?

– Для того оно и создано. Предложение было, я думаю, его примут. Даже если это будет европейский форум сантехников, все равно там будут приняты антироссийские декларации, это очевидно.

– Россия одновременно выступает гарантом безопасности на линии соприкосновения Азербайджана и Армении, кроме того, Россия и Армения являются союзниками по ЕАЭС и ОДКБ. Как с этим соотносится участие Баку и Еревана в «Восточном партнерстве»?

– В этой связи позиция Армении и Азербайджана будет двойственная, потому что ни Ереван, ни Баку по одним и тем же причинам не захотят очень активно играть на антироссийской стороне.

Это не выгодно Армении, но, уверяю вас, это не выгодно и Азербайджану – у нас с ним очень хорошие торгово-экономические связи, хорошие диаспоральные связи, у нас общий Каспий и связанные с ним заботы. У нас очень много общих дел, поэтому я думаю, что такой жесткой позиции, как Тбилиси и Киев, не будут занимать ни Ереван, ни Баку, ни, кстати, Кишинев. Как известно, поддержать ведь тоже можно по-разному. Можно кивнуть, можно закричать, а можно просто что-то тихо сказать. Думаю, по крайней мере, часть стран «Восточного партнерства» найдет возможность воздержаться от антироссийских выпадов.

Беседовала Мария Мамзелькина

Загрузка...
01 декабря
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Россия может стать опорой стабильности для стран постсоветского пространства.

Инфографика: Силы и структуры США и НАТО в Польше и Прибалтике
инфографика
Цифра недели

$17 млрд

составил общий объём российских капиталовложений в казахстанскую экономику. Совместно осуществляется более 30 крупных инвестиционных проектов – президент России Владимир Путин

Mediametrics