Импортозамещение в Беларуси и России: точки роста в 2023 году Импортозамещение в Беларуси и России: точки роста в 2023 году

За 2022 г. Беларусь и Россия выполнили около 70% из 28 интеграционных программ. Полностью реализованы планы, касающиеся вопросов прослеживаемости товаров, транспортного, валютного, ветеринарного и карантинного фитосанитарного контроля. Также выполнены программы, которые касались финансового сектора, бухучета, развития атомной энергетики. Это показало выгоду от дальнейшего сближения, и заставило Москву и Минск задуматься о разработке нового интеграционного пакета. Поскольку углубление интеграционных процессов в Союзном государстве стало ответом на гибридную войну со стороны Запада, ключевым направлением совместной работы является импортозамещение. О том, как Беларусь и Россия могут развить свои экономики, противостоя санкциям, – в материале нашего обозревателя Василия Малашенкова.

С одной стороны, мы уходим от однополярного мира. С другой – это не означает, что пришел конец глобализации. Многие страны не будут замкнутыми в себе хозяйственными комплексами. Все равно останется международное движение товаров и услуг. Но отдельные государства и союзы должны теперь обеспечивать себя критически важными изделиями самостоятельно.

Слово «импортозамещение» для Союзного государства и в целом ЕАЭС – не новинка. Уже более десяти лет его произносят с высоких трибун в Беларуси и России. Принимаются программы импортозамещения, которые выполнялись с переменным успехом. Мотивация была не у всех, ведь во многих случаях можно было заработать в тех сферах, где бизнес-процессы налажены, а потом за валюту купить у зарубежного производителя все необходимое.

Сегодня ситуация в корне поменялась. Сначала был «предупредительный выстрел» коронакризиса, поломавшего многие цепочки поставок. Затем Беларусь получила несколько волн западных санкций из-за политического кризиса 2020 г. Позже на российском направлении добавились санкции в связи со специальной военной операцией, которые затронули и белорусских союзников.

Причем как Беларусь, так и Россия ввели контрсанкции. Для Кремля это не первый опыт. Было, например, продуктовое эмбарго после крымской истории.

Есть ли жизнь после санкций


Белорусский (а иногда и российский) бизнес зарабатывал на том, что экономика во многом интегрирована в российскую, а присоединяться к контрсанкциям союзников власти не были обязаны. Как это выражалось на практике? К примеру, в Беларусь завозили польскую сельхозпродукцию, перерабатывали, и по всем правилам она уже не считалась «сакционкой». Можно везти в Россию на продажу.

На этом фоне инвесторы из ЕС открывали в Беларуси предприятия по переработке сельхозпродукции или покупали уже готовые производства. В 2020 г., несмотря на сложную внутриполитическую ситуацию в республике, польский гигант плодоовощной консервации Rolnik купил через аукцион предприятие в Брестской области – Горынский агрокомбинат. Безусловно, это был выход на белорусский рынок, но не только. Это и плацдарм для поставок в Россию, а затем и во весь ЕАЭС.

В 2017 г. литовский агрохолдинг ARVI открыл в Гродненской области птицефабрику и мощности по переработке мяса индейки. Президент прибалтийского холдинга Видмантас Кучинскас громко заявил на торжественной церемонии: «Я бы советовал вкладывать деньги в бизнес в Беларуси». Это было не единственное производство ARVI в республике, и были планы запускать цеха в других регионах. В открытую говорилось, что сначала будут поставки на белорусский рынок, а далее на Восток и даже в Евросоюз. Сейчас ситуация иная. Кучинскаса задержали в ЕС по подозрению в мошенничестве, а фабрика в Гродненской области банкротится. Ее пытаются продать через аукцион, но пока не получается.

Рано или поздно интерес к этому производству у инвесторов проснется. Очень вероятно, что это будет российский капитал. Спецоперация закончится, и начнется фаза восстановления освобожденных территорий. Общий рынок продовольствия вырастет да он растет и сейчас, потому что никто в России не заинтересован в удержании на рынке поставщиков продовольствия из недружественных стран.

Западные компании вынуждены громко уходить как из РФ, так и Беларуси. Другие как бы полууходят. Например, McDonald’s, хоть и уступил место новому проекту «Вкусно – и точка», все равно оставил за собой право обратного выкупа в течение 15 лет. К тому же немалая часть поставщиков продуктов питания и полуфабрикатов для «Вкусно – и точка» – это компании, где конечные владельцы – зарубежные корпорации.

Не зря на этом фоне столь проблематичным оказался переход белорусской части McDonald’s под франшизу «Вкусно – и точка». Пробуксовка началась после заявления Александра Лукашенко: «Мы сами должны делать то, что когда-то делал этот «Макдональдс», если кому-то это надо, и даже лучше. У нас что, булочку пополам не могут разрезать и впихнуть в эти две половинки кусочек мяса, картошки и салата?». И еще важная его цитата: «...Стали ахать и охать: «Ах, «Макдональдс» уходит». Я думаю: слава тебе господи, что хоть уходит! Но только место «Макдональдса», где работают наши люди, наши специалисты, где потребляется наш товар, должны занять белорусы».

То есть, Лукашенко в очередной раз показывает, что жизнь после санкций возможна, и мы можем сами осваивать те или иные отрасли. Обратим внимание, что мантру «Так у нас делать не смогут» поют в основном те эксперты, которые негативно настроены к нынешним политическим курсам как Москвы, так и Минска. Нередко эти ораторы вещают из-за рубежа и на данный момент плохо владеют ситуацией в Союзном государстве.

Уже неоднократно на самых разных уровнях говорилось, что череда санкций стала мощным стимулом начинать реальную дедолларизацию и реальное импортозамещение там, где это лишь декларировалось.

Почему бы не копировать


Продолжая тему фастфуда, отметим: вернется McDonald’s в будущем или нет, а трансферт технологий состоялся. И потом, эта история не только о быстром питании. Заведения таких брендов – это еще и товаропроводящая сеть. Между прочим, McDonald’s – один из крупнейших в мире розничных продавцов игрушек, через продукт «ХэппиМил».

Реализация продуктов для детей, будь-то мультики или нечто ощутимое руками, – высокомаржинальный бизнес. Сеть «Вкусно — и точка» это прекрасно понимает и будет внедрять свои «хэппимилы». Кстати, этим могла бы активнее заняться и успешная фастфуд-франшиза россйиского происхождения – «Додо Пицца». Это не единственный постсоветский проект в данной сфере. И это доказывает, что технологии действительно освоены, репродуцируются и совершенствуются. А раз у нас способны освоить бизнес-процессы в общепите, значит, можно освоить и в других сферах, где мы когда-то провисли.

Не страшно, если мы что-то сначала будем копировать. По такому пути шли в Китае. Важно не останавливаться на репликах или сборке чужих комплектов, а постоянно учиться и двигаться дальше. Поэтому не стоит недооценивать «Москвич-3», созданный на основе китайского аналога. Для старта вполне нормально. Не будем забывать, как начинал ВАЗ.

Точно так же можно поступать и в целых отраслях. Когда-то угольная добывающая и перерабатывающая индустрия во многих регионах начиналась даже не с копирования, а приглашения западных специалистов. Сейчас можно и нужно звать к себе профессионалов. Возможно, это будут люди, несогласные с политическим вектором западных правительств, а значит мотивированные работать в России или Беларуси.

«Деньги есть»


В начале спецоперации отдельные эксперты утверждали, что нужно срочно избавляться от российских рублей. Их называли «фантиками». Но довольно скоро реальность посмеялась на такими «специалистами». Рубль сталь довольно устойчивой валютой. Денег теперь хватает. Российские власти готовы их вкладывать в производства, причем «пилить» ресурсы не получится. В условиях мобилизации экономики за это никто по голове не погладит. Таков настрой и в Кремле, и в президентском дворце в Минске.

Широко известно, что Россия выделила Беларуси ресурсы примерно на $1,7 млрд в эквиваленте. Все это пойдет на совместные проекты импортозамещения. В Минск на этом фоне зачастили главы российских регионов. Все ведут довольно предметные переговоры. Подписываются соглашения, в том числе о совместных производствах. А губернатор Челябинской области высказал вообще радикальную идею. Он считает, что нужно заниматься не импортозамещением, но импортоопережением.

Вместе с белорусскими партнерами он поставил амбициозные задачи. Одна из них – создать в Беларуси сборочное производство челябинских гусеничных тракторов, а в российском регионе – белорусских колесных тракторов. Одновременно с этим начинается серьезный обмен компетенциями. Например, в одном из челябинских вузов появится класс Минского тракторного завода.

Важно, чтобы сейчас Беларусь и Россия динамично нарастили производство основных компонентов и для машиностроения и в целом для технических отраслей.

К примеру, надо срочно увеличивать собственное производство подшипников. Тут есть подвижки. Планируется оживление подшипникового завода в Минске и производственной площадки в белорусском Жодино. Нужно срочно восстанавливать и производство станков. Здесь не все так позитивно, как хотелось бы. Вероятно, стоит активнее подключать тот же Китай и другие азиатские страны. Лишь бы максимально уйти от поставок из недружественных государств.

На кого опереться в Беларуси


Выше были упомянуты производства подшипников и МТЗ. Кто еще может наиболее активно поучаствовать в импортозамещении? Коротко пробежимся по некоторым производствам.

МАЗ сможет закрыть часть потребностей по городскому транспорту и грузовикам. К примеру, в 2023 г. в Минске намерены разработать и выпустить новую модель электробуса. Старую производить больше нет возможности из-за санкций. Это еще один пример положительного влияния ограничительных мер. Раз нам чего-то не дают, мы делаем сами или берем у других поставщиков.

BKM HOLDING (Белкоммунмаш) – один из лидеров СНГ в производстве наземного городского электротранспорта – тоже не останется в стороне. У него не только наращивается портфель заказов из РФ. Холдинг все активнее работает с российскими поставщиками комплектующих, что не может не радовать.

БЕЛАЗ. Здесь комментарии излишни. Бренд известен давно. Техника работает в России еще с советских времен, но нужно поднапрячься для поиска замены некоторых комплектующих. В том числе, очевидно, могут быть проблемы с поставками от Siemens, а также с некоторыми видами шин.

ОАО «Руденск» – казалось бы, небольшое предприятие в одноименном городе. Но теперь настал его звездный час. Там производят фары, которые теперь будут весьма востребованы в российском автомобилестроении. Вполне вероятно, что придется расширять производство.

Холдинг «Амкодор». У него есть предприятия и в Беларуси, и в России. На площадках холдинга собирается самая разная спецтехника. Также у него есть дочернее производство гидравлических узлов, которое чуть не стало банкротом. Самое время направить туда инвестиции, чтобы уйти от импортозависимости и в этом секторе.

Есть и другие секторы и предприятия в Беларуси, способные сделать свой вклад. Отдельное внимание стоит обратить на IT-сферу. Она в республике была развита, но политический кризис, а затем и волна санкций после начала СВО начали вымывать ценных специалистов из страны. Не все уехали по политическим причинам. Часть сотрудников не хотела терять хорошие позиции в компаниях, которые встроены в глобальные цепочки. Так как многие заказчики западные, огромному числу «айтишников» пришлось релоцироваться – как правило, на Запад. Поэтому в данной сфере сейчас нужны крупные российские заказы, чтобы республика не растеряла человеческий капитал. Это – один из важнейших приоритетов, и в целом кампания по замещению импорта не должна быть самоцелью, а должна работать на людей.


Василий Малашенков

24 января 2023 г. 08:17

Импортозамещение в Беларуси и России: точки роста в 2023 году

/ Импортозамещение в Беларуси и России: точки роста в 2023 году
Импортозамещение в Беларуси и России: точки роста в 2023 году
Фото: © РИА Новости / Максим Блинов

За 2022 г. Беларусь и Россия выполнили около 70% из 28 интеграционных программ. Полностью реализованы планы, касающиеся вопросов прослеживаемости товаров, транспортного, валютного, ветеринарного и карантинного фитосанитарного контроля. Также выполнены программы, которые касались финансового сектора, бухучета, развития атомной энергетики. Это показало выгоду от дальнейшего сближения, и заставило Москву и Минск задуматься о разработке нового интеграционного пакета. Поскольку углубление интеграционных процессов в Союзном государстве стало ответом на гибридную войну со стороны Запада, ключевым направлением совместной работы является импортозамещение. О том, как Беларусь и Россия могут развить свои экономики, противостоя санкциям, – в материале нашего обозревателя Василия Малашенкова.

С одной стороны, мы уходим от однополярного мира. С другой – это не означает, что пришел конец глобализации. Многие страны не будут замкнутыми в себе хозяйственными комплексами. Все равно останется международное движение товаров и услуг. Но отдельные государства и союзы должны теперь обеспечивать себя критически важными изделиями самостоятельно.

Слово «импортозамещение» для Союзного государства и в целом ЕАЭС – не новинка. Уже более десяти лет его произносят с высоких трибун в Беларуси и России. Принимаются программы импортозамещения, которые выполнялись с переменным успехом. Мотивация была не у всех, ведь во многих случаях можно было заработать в тех сферах, где бизнес-процессы налажены, а потом за валюту купить у зарубежного производителя все необходимое.

Сегодня ситуация в корне поменялась. Сначала был «предупредительный выстрел» коронакризиса, поломавшего многие цепочки поставок. Затем Беларусь получила несколько волн западных санкций из-за политического кризиса 2020 г. Позже на российском направлении добавились санкции в связи со специальной военной операцией, которые затронули и белорусских союзников.

Причем как Беларусь, так и Россия ввели контрсанкции. Для Кремля это не первый опыт. Было, например, продуктовое эмбарго после крымской истории.

Есть ли жизнь после санкций


Белорусский (а иногда и российский) бизнес зарабатывал на том, что экономика во многом интегрирована в российскую, а присоединяться к контрсанкциям союзников власти не были обязаны. Как это выражалось на практике? К примеру, в Беларусь завозили польскую сельхозпродукцию, перерабатывали, и по всем правилам она уже не считалась «сакционкой». Можно везти в Россию на продажу.

На этом фоне инвесторы из ЕС открывали в Беларуси предприятия по переработке сельхозпродукции или покупали уже готовые производства. В 2020 г., несмотря на сложную внутриполитическую ситуацию в республике, польский гигант плодоовощной консервации Rolnik купил через аукцион предприятие в Брестской области – Горынский агрокомбинат. Безусловно, это был выход на белорусский рынок, но не только. Это и плацдарм для поставок в Россию, а затем и во весь ЕАЭС.

В 2017 г. литовский агрохолдинг ARVI открыл в Гродненской области птицефабрику и мощности по переработке мяса индейки. Президент прибалтийского холдинга Видмантас Кучинскас громко заявил на торжественной церемонии: «Я бы советовал вкладывать деньги в бизнес в Беларуси». Это было не единственное производство ARVI в республике, и были планы запускать цеха в других регионах. В открытую говорилось, что сначала будут поставки на белорусский рынок, а далее на Восток и даже в Евросоюз. Сейчас ситуация иная. Кучинскаса задержали в ЕС по подозрению в мошенничестве, а фабрика в Гродненской области банкротится. Ее пытаются продать через аукцион, но пока не получается.

Рано или поздно интерес к этому производству у инвесторов проснется. Очень вероятно, что это будет российский капитал. Спецоперация закончится, и начнется фаза восстановления освобожденных территорий. Общий рынок продовольствия вырастет да он растет и сейчас, потому что никто в России не заинтересован в удержании на рынке поставщиков продовольствия из недружественных стран.

Западные компании вынуждены громко уходить как из РФ, так и Беларуси. Другие как бы полууходят. Например, McDonald’s, хоть и уступил место новому проекту «Вкусно – и точка», все равно оставил за собой право обратного выкупа в течение 15 лет. К тому же немалая часть поставщиков продуктов питания и полуфабрикатов для «Вкусно – и точка» – это компании, где конечные владельцы – зарубежные корпорации.

Не зря на этом фоне столь проблематичным оказался переход белорусской части McDonald’s под франшизу «Вкусно – и точка». Пробуксовка началась после заявления Александра Лукашенко: «Мы сами должны делать то, что когда-то делал этот «Макдональдс», если кому-то это надо, и даже лучше. У нас что, булочку пополам не могут разрезать и впихнуть в эти две половинки кусочек мяса, картошки и салата?». И еще важная его цитата: «...Стали ахать и охать: «Ах, «Макдональдс» уходит». Я думаю: слава тебе господи, что хоть уходит! Но только место «Макдональдса», где работают наши люди, наши специалисты, где потребляется наш товар, должны занять белорусы».

То есть, Лукашенко в очередной раз показывает, что жизнь после санкций возможна, и мы можем сами осваивать те или иные отрасли. Обратим внимание, что мантру «Так у нас делать не смогут» поют в основном те эксперты, которые негативно настроены к нынешним политическим курсам как Москвы, так и Минска. Нередко эти ораторы вещают из-за рубежа и на данный момент плохо владеют ситуацией в Союзном государстве.

Уже неоднократно на самых разных уровнях говорилось, что череда санкций стала мощным стимулом начинать реальную дедолларизацию и реальное импортозамещение там, где это лишь декларировалось.

Почему бы не копировать


Продолжая тему фастфуда, отметим: вернется McDonald’s в будущем или нет, а трансферт технологий состоялся. И потом, эта история не только о быстром питании. Заведения таких брендов – это еще и товаропроводящая сеть. Между прочим, McDonald’s – один из крупнейших в мире розничных продавцов игрушек, через продукт «ХэппиМил».

Реализация продуктов для детей, будь-то мультики или нечто ощутимое руками, – высокомаржинальный бизнес. Сеть «Вкусно — и точка» это прекрасно понимает и будет внедрять свои «хэппимилы». Кстати, этим могла бы активнее заняться и успешная фастфуд-франшиза россйиского происхождения – «Додо Пицца». Это не единственный постсоветский проект в данной сфере. И это доказывает, что технологии действительно освоены, репродуцируются и совершенствуются. А раз у нас способны освоить бизнес-процессы в общепите, значит, можно освоить и в других сферах, где мы когда-то провисли.

Не страшно, если мы что-то сначала будем копировать. По такому пути шли в Китае. Важно не останавливаться на репликах или сборке чужих комплектов, а постоянно учиться и двигаться дальше. Поэтому не стоит недооценивать «Москвич-3», созданный на основе китайского аналога. Для старта вполне нормально. Не будем забывать, как начинал ВАЗ.

Точно так же можно поступать и в целых отраслях. Когда-то угольная добывающая и перерабатывающая индустрия во многих регионах начиналась даже не с копирования, а приглашения западных специалистов. Сейчас можно и нужно звать к себе профессионалов. Возможно, это будут люди, несогласные с политическим вектором западных правительств, а значит мотивированные работать в России или Беларуси.

«Деньги есть»


В начале спецоперации отдельные эксперты утверждали, что нужно срочно избавляться от российских рублей. Их называли «фантиками». Но довольно скоро реальность посмеялась на такими «специалистами». Рубль сталь довольно устойчивой валютой. Денег теперь хватает. Российские власти готовы их вкладывать в производства, причем «пилить» ресурсы не получится. В условиях мобилизации экономики за это никто по голове не погладит. Таков настрой и в Кремле, и в президентском дворце в Минске.

Широко известно, что Россия выделила Беларуси ресурсы примерно на $1,7 млрд в эквиваленте. Все это пойдет на совместные проекты импортозамещения. В Минск на этом фоне зачастили главы российских регионов. Все ведут довольно предметные переговоры. Подписываются соглашения, в том числе о совместных производствах. А губернатор Челябинской области высказал вообще радикальную идею. Он считает, что нужно заниматься не импортозамещением, но импортоопережением.

Вместе с белорусскими партнерами он поставил амбициозные задачи. Одна из них – создать в Беларуси сборочное производство челябинских гусеничных тракторов, а в российском регионе – белорусских колесных тракторов. Одновременно с этим начинается серьезный обмен компетенциями. Например, в одном из челябинских вузов появится класс Минского тракторного завода.

Важно, чтобы сейчас Беларусь и Россия динамично нарастили производство основных компонентов и для машиностроения и в целом для технических отраслей.

К примеру, надо срочно увеличивать собственное производство подшипников. Тут есть подвижки. Планируется оживление подшипникового завода в Минске и производственной площадки в белорусском Жодино. Нужно срочно восстанавливать и производство станков. Здесь не все так позитивно, как хотелось бы. Вероятно, стоит активнее подключать тот же Китай и другие азиатские страны. Лишь бы максимально уйти от поставок из недружественных государств.

На кого опереться в Беларуси


Выше были упомянуты производства подшипников и МТЗ. Кто еще может наиболее активно поучаствовать в импортозамещении? Коротко пробежимся по некоторым производствам.

МАЗ сможет закрыть часть потребностей по городскому транспорту и грузовикам. К примеру, в 2023 г. в Минске намерены разработать и выпустить новую модель электробуса. Старую производить больше нет возможности из-за санкций. Это еще один пример положительного влияния ограничительных мер. Раз нам чего-то не дают, мы делаем сами или берем у других поставщиков.

BKM HOLDING (Белкоммунмаш) – один из лидеров СНГ в производстве наземного городского электротранспорта – тоже не останется в стороне. У него не только наращивается портфель заказов из РФ. Холдинг все активнее работает с российскими поставщиками комплектующих, что не может не радовать.

БЕЛАЗ. Здесь комментарии излишни. Бренд известен давно. Техника работает в России еще с советских времен, но нужно поднапрячься для поиска замены некоторых комплектующих. В том числе, очевидно, могут быть проблемы с поставками от Siemens, а также с некоторыми видами шин.

ОАО «Руденск» – казалось бы, небольшое предприятие в одноименном городе. Но теперь настал его звездный час. Там производят фары, которые теперь будут весьма востребованы в российском автомобилестроении. Вполне вероятно, что придется расширять производство.

Холдинг «Амкодор». У него есть предприятия и в Беларуси, и в России. На площадках холдинга собирается самая разная спецтехника. Также у него есть дочернее производство гидравлических узлов, которое чуть не стало банкротом. Самое время направить туда инвестиции, чтобы уйти от импортозависимости и в этом секторе.

Есть и другие секторы и предприятия в Беларуси, способные сделать свой вклад. Отдельное внимание стоит обратить на IT-сферу. Она в республике была развита, но политический кризис, а затем и волна санкций после начала СВО начали вымывать ценных специалистов из страны. Не все уехали по политическим причинам. Часть сотрудников не хотела терять хорошие позиции в компаниях, которые встроены в глобальные цепочки. Так как многие заказчики западные, огромному числу «айтишников» пришлось релоцироваться – как правило, на Запад. Поэтому в данной сфере сейчас нужны крупные российские заказы, чтобы республика не растеряла человеческий капитал. Это – один из важнейших приоритетов, и в целом кампания по замещению импорта не должна быть самоцелью, а должна работать на людей.


Василий Малашенков

Загрузка...
01 декабря
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Россия может стать опорой стабильности для стран постсоветского пространства.

Инфографика: Силы и структуры США и НАТО в Польше и Прибалтике
инфографика
Цифра недели

33%

составил рост товарооборота между Узбекистаном и ЕАЭС по итогам 2022 г., достигнув $17 млрд – премьер-министр Узбекистана

Mediametrics