28 Сентября 2020 г. 18:05

Китай заинтересован в освоении сырьевой базы Кыргызстана – эксперт

Китай заинтересован в освоении сырьевой базы Кыргызстана – эксперт
Фото: kabar.kg

В ходе визита в Бишкек главы МИД Китая Ван И 13-14 сентября его принимали и министр иностранных дел и, президент Кыргызстана. Ключевым на переговорах в обоих случаях был вопрос пролонгации выплат по госдолгу перед КНР, пик которых как раз приходится на этот год. Пекин является главным кредитором Бишкека – тот должен ему $1,8 млрд. При этом с 2008 г. госдолг Кыргызстана перед Китаем вырос почти в 200 раз. Зачем республика брала так много китайских кредитов, насколько они оправдали себя и к чему такая долговая нагрузка приведет в будущем, в интервью «Евразия.Эксперт» рассказал политолог, сопредседатель Клуба региональных экспертов «Пикир» из Кыргызстана Игорь Шестаков.

– Игорь Альбертович, в 2010-2019 гг. государственный долг Кыргызстана перед Экспортно-импортным банком Китая вырос более чем в 10 раз – со $150 млн до $1,7 млрд. С чем связан столь высокий рост долговой нагрузки?

– У Кыргызстана нет собственных ресурсов для реализации инфраструктурных проектов. За последние десять лет мы охотно брали у КНР кредиты, потому что у них достаточно льготная и простая схема получения займов. Брали, прежде всего, для реализации инфраструктурных проектов: в основном, строительства дорог и сферы энергетики.

За счет китайских кредитов была построена линия электропередач «Датка-Кемин», которая обеспечила нашу энергетическую независимость от Единого энергокольца Средней Азии, оставшегося с советских времен. Тогда Кыргызстан зависел от соседних республик, теперь же помощь соседей в переброске электричества из одной части страны в другую нам не нужна. Другая составляющая кредитов – это строительство и модернизация дорог. Кыргызстан – страна автодорожная, это главные логистические артерии по перевозке грузов.

Для развития этих отраслей и брали кредиты, которые сейчас нужно выплачивать. В этой связи, естественно, возникают другие вопросы: надо ли было эти кредиты брать на такие большие суммы и насколько эффективно они использовались. В пример можно привести громкое уголовное дело по модернизации Бишкекской ТЭЦ, на что было привлечено порядка $400 млн, а отдавать придется около $500 млн. По этому уголовному делу привлечены два бывших премьер-министра и многие другие бывшие высокопоставленные лица из министерства энергетики. Это самая яркая иллюстрация кредитной истории Кыргызстана в свете коррупционных схем.

Я еще в 2013 г. говорил и писал о том, что здесь однозначно присутствует коррупционная составляющая, потому что перед тем как одобрить кредит, парламентская делегация посетила в Китае данную компанию (ТВЕА, которая, кстати, никогда не занималась модернизацией ТЭЦ) и эта поездка совершались за китайский счет. Потом появилась информация, что делегацией были получены подарки. Это только один из примеров того, как берутся и реализуются такие кредиты.

Конечно, из-за этого у населения есть недовольство: складывается впечатление, что кредиты берутся для того, чтобы чиновники в очередной раз погрели на этом руки. На самом деле это не совсем так, потому что и дороги делают, и энергокольцо работает.

Но нужна максимальная прозрачность этих кредитов. Ведь плоскогубцы, которые покупались для реконструкции ТЭЦ, не могут стоить $600. Кроме того, должен быть общественный совет, который состоял бы из независимых экспертов, бизнесменов, который давал бы оценку целесообразности кредита. Такая инициатива в 2014 г. была у тогдашнего премьера Жоомарта Оторбаева, но она так ничем и не закончилась.

И я не уверен, что взятые у МВФ в этом году кредиты для преодоления коронавирусного кризиса обошлись без коррупционных схем. Общественность часто задавалась вопросом, где эти $400 млн, которые были взяты для решения проблем с пандемией?

Кыргызстан будет вынужден брать кредиты и далее, потому что правительство не располагает средствами для реализации больших проектов. Но, мне кажется, если сократить чиновничий аппарат (а у нас только в Минсельхозе работает примерно 4000 чиновников, которые непонятно чем занимаются), если сократить парламент до 40-50 депутатов, которые из всех 120 реально ходят на заседания, то появятся дополнительные свободные средства и не надо будет ходить по миру с протянутой рукой, в том числе перед Китаем.

– В 2013-2018 гг. Россия списала Кыргызстану около $500 млн госдолга. На каких условиях производятся подобные списания, и в чем отличие российских и китайских условий кредитования?

– Я не экономист, но могу сказать, что китайские кредиты считаются самыми льготными – низкие по процентам и самые легкие в плане получения. Там нет таких условий, которые выдвигают другие страны-кредиторы. В целом, да, Россия списала $500 млн, и таким образом подтвердила, что является главным стратегическим союзником и партнером Кыргызстана, понимая те проблемы, которые происходят в нашей экономике. Это было скорее не экономическое, а политическое решение, которое приняла Москва для укрепления своего влияния в центральноазиатском регионе.

Конечно, это не только политика, но и те дружеские отношения, которые существуют между нами еще с советских времен. Потому что для РФ Кыргызстан – это дружественная страна, в Москве прекрасно понимают те проблемы, с которыми сталкивается кыргызская экономика, поскольку около миллиона граждан республики вынуждены трудиться в России. Не знаю, сохранятся ли такие отношения в дальнейшем, потому что мировая экономика сегодня находится в кризисе и оставляет желать лучшего в связи с пандемией, это все затрагивает и Россию. Москва оказывает помощь не только на двустороннем уровне, но и по линии ООН – спонсирует программы для развития регионов, социальных проектов – это еще примерно до $30 млн в год. Это беспрецедентный пример поддержки Кыргызстана.

В то же время, когда берутся займы, правительство все равно должно рассчитывать собственные силы.

Понятно, что у нас часто меняется состав Кабинета министров, особенно при парламентской республике, но в любом случае, я не думаю, что такая благотворительность может быть бесконечной. Чиновникам и депутатам надо нести ответственность за те кредиты, которые они берут, несмотря на такой в прошлом щедрый жест Москвы.

– 14 сентября в Бишкеке глава МИД Кыргызстана Чингиз Айдарбеков попросил китайского коллегу Вана И «помочь в вопросе смягчения нагрузки внешнего долга на бюджет страны». За счет чего Китай может пойти на уступки, и что попросит взамен?

– О пролонгации еще ранее говорил и Сооронбай Жээнбеков, как я понимаю, сейчас идут консультации между руководством Кыргызстана и КНР. Поскольку у нас выпадение из бюджета достаточно серьезное, еще в марте прогнозировалось $400 млн недостающих доходов из-за того, что экономика оказалась на карантине и самоизоляции, и уже тогда пошли первые слухи о пролонгации кредитов.

Мы не знаем, как дальше будут разворачиваться экономические события, но, например, туризм, который является стратегической отраслью экономики, находится в состоянии летаргического сна, и когда проснется, никто не знает. А это выпадение достаточно крупных сумм и у представителей бизнеса и, соответственно, у государственного бюджета. Доходы от внутреннего туризма составят не более 10% от тех сумм, которые туроператоры планировали получить за этот год.

В этой связи, конечно будет иметь стратегическое значение решение руководства Китая о пролонгации кредита, возможно, списании каких-либо процентов, хотя в этом вопросе Пекин ранее занимал достаточно жесткую позицию. Мы помним, как один из китайских послов несколько лет назад говорил о том, что все обязательства, которые давал Кыргызстан, должны быть выполнены, причем на тех условиях, на которых эти кредитные договора заключались.

Тут можно привести мнение многих экономистов Кыргызстана, что Китаю прежде всего интересна сырьевая база, связанная с горной добычей. Но в то же время я думаю, что руководство Китая учитывает и факторы нынешних экономических сложностей Кыргызстана.

Также стоит учитывать, что в данное время для Китая важна поддержка даже таких стран, как Кыргызстан в его противостоянии с США. Между ними идет уже не только торговая война, баталии начались в информационном и политическом пространстве. И конечно, Китаю важно позиционировать себя как страну, у которой есть свои сторонники.

Второй важный аспект состоит в том, что реализация китайского проекта «Один пояс, один путь» – это один из ключевых внешнеполитических приоритетов Пекина. И тут важно будет сотрудничество с Кыргызстаном. Поэтому, учитывая в том числе внешнеполитический контекст, вопрос пролонгации кредита будет решен для Кыргызстана положительно.

– Как кризисные тенденции в экономике могут повлиять на парламентские выборы и формирование нового состава правительства Кыргызстана?

– Кризисные тенденции напрямую повлияют не просто на парламентские выборы, но и на судьбу всего Жогорку Кенеша. На мой взгляд, это последний парламент, который состоит из 120 депутатов, потому что у республиканского бюджета не будет элементарных средств, чтобы прокормить такую армию слуг народа. КПД составлял даже не ноль, а ушел в минус. А правительство – это лицо парламента, если приходят бездарные партии, то они формируют бездарное правительство, не надо их отделять, по действующей конституции это одно целое.

Небольшому Кыргызстану не нужен такой громоздкий парламент, который был изобретен членами Временного правительства в 2010 г. Я уже ранее говорил, что достаточно 40-50 депутатов, которые регулярно посещают заседание парламента, и не нужна 100% представительность политических партий.

Трагическая эпидемиологическая ситуация, которая сложилась летом, показала рядовым кыргызстанцем, что работа Жогорку Кенеша напрямую связана с их здоровьем, экономическим благосостоянием, безопасностью и так далее.

Более того, в контексте нашей беседы хочу сказать, что если парламент одобряет кредиты, которые на рассмотрение вносит правительство, то их должны выплачивать не государственный бюджет, а те чиновники и депутаты, которые брали для страны заведомо коррупционные финансовые обязательства. Такой прецедент необходим, чтобы в следующий раз новые депутаты задумывались, что они одобряют и отвечает ли это национальным интересам Кыргызстана.

– Какова дальнейшая судьба внешнего долго Кыргызстана? Будет он расти или снижаться?

– Учитывая, что такая важная статья доходов как переводы трудовых мигрантов в любом случае будет меньше (а это была основная подушка безопасности для социально-экономической ситуации Кыргызстана), то избежать этого будет трудно. Правительству придется сейчас думать не об инфраструктурных проектах, а о том, как заткнуть дыры в бюджете, чтобы исполнить свои обязательства по выплатам зарплат и пенсий. Думаю, что правительству будет некуда деваться, и кредитная история Кыргызстана продолжится.

Беседовал Евгений Погребняк

Загрузка...
Комментарии
07 Октября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Что привело Минск к нынешней ситуации в стране?

Инфографикa: Распространение карты поляка в Беларуси, России, Украине и Прибалтике
инфографика
Цифра недели

4,5%

может составить восстановительный рост ВВП Кыргызстана в 2021-2022 гг. после снижения на 5,9% в 2020 г. – ЕАБР

Mediametrics