17 Марта 2021 г. 07:44

«Между Востоком и Западом»: ключевые политические тренды на Балканах в 2021 году

/ «Между Востоком и Западом»: ключевые политические тренды на Балканах в 2021 году
«Между Востоком и Западом»: ключевые политические тренды на Балканах в 2021 году
Фото: imgix.net

Балканы остаются регионом, где сходятся интересы крупнейших мировых игроков. Так, 3 марта в МИД Германии отметили, что стратегический суверенитет Европы немыслим без тесных связей с этим регионом. Несколько ранее стратегический интерес Вашингтона к евроатлантической интеграции Западных Балкан подтвердил замгоссекретаря США Мэттью Палмер. При этом в НАТО обращают внимание на растущее влияние в регионе Китая. Свои интересы на Балканах остаются у России и Турции. Какой подход каждая из держав будет использовать в 2021 г. для продвижения своего влияния в регионе, спрогнозировал младший научный сотрудник Отдела современной истории стран Центральной и Юго-Восточной Европы Института славяноведения РАН Яков Смирнов.

В 2021 г. Балканы вступили с неоднозначным багажом, который регион собрал за прошлые годы. С одной стороны, можно было наблюдать процессы разрешения старых конфликтов: Македония, наконец, обрела официально международно-признанное наименование (Северная Македония); в Черногории после долгого периода социально-политической нестабильности победу одержали оппозиционные силы, открыв путь преобразованиям политической элиты страны; ЕС и США анонсировали скорый запуск нового раунда переговоров по урегулированию сербо-косовского вопроса; в эксплуатацию вступил долгожданный газопровод «Балканский поток», открыв путь российскому газу в Юго-Восточную Европу. Наконец, с появлением вакцин от COVID-19 наметился путь и в разрешении острого экономического кризиса, вызванного пандемией коронавируса. Однако в то же время обстановка в регионе накалялась.

В Боснии и Герцеговине причиной тому послужили призывы мусульманской части руководства БиГ пересмотреть Дейтонское соглашение 1995 г. и форсировать вступление страны в НАТО; забуксовал по ряду причин процесс евроинтеграции Северной Македонии и Албании; мирное урегулирование сербо-косовской проблемы все это время также продолжало протекать со значительными осложнениями.

Влияние США и ЕС

Конечно, ключевыми факторами влияния на Балканах на сегодняшний день продолжают оставаться крупные мировые и региональные лидеры. В первую очередь речь идет о НАТО и его ключевом участнике – США, а также Европейском союзе. Экономическое и политическое влияние обоих блоков продолжает оставаться весьма серьезным. С приходом к власти в Белом доме Джо Байдена Соединенные Штаты взяли курс на восстановление тесных контактов с ЕС, особенно в ключе решения своих задач в Европе в целом.

Для Брюсселя восстановление конструктивного диалога с Вашингтоном – критически важная задача, от решения которой во многом будет зависеть позиция ЕС на Балканах. После фактического отказа Евросоюза подписывать Соглашение об ассоциации с Северной Македонией и Албанией его политические позиции заметно пошатнулись. Тем не менее, лидером по товарообороту с Балканами по-прежнему остается ЕС, курируя значительную долю инфраструктурных проектов региона.

Для США на текущем этапе важно укрепить свое влияние на Балканах, с одной стороны, оказав поддержку своим традиционным союзникам – боснийским мусульманам и косовским албанцам – а с другой, напомнив о своей роли «полицейского», разрешающего споры сварливых соседей. Одновременно для США Балканский регион – это разменная монета в большой европейской игре: на фоне эпопеи с проектом «Северный поток – 2», который ЕС пытается удержать на плаву, несмотря на американские санкции, Балканы могут быть точкой соприкосновения интересов Брюсселя и Вашингтона.

Одной из ключевых проблематик здесь может стать как раз Босния и Герцеговина: упомянутый пересмотр Дейтонских мирных соглашений невыгоден Евросоюзу с точки зрения стратегии безопасности ЕС, и именно позиция США, имеющих большое влияние на боснийских мусульман, может сыграть здесь ключевую роль.

В этой же связи как ушедшая, так и новая администрация интересуются косовской проблематикой. ЕС, будучи инициатором зашедших в тупик переговоров по косовскому урегулированию, по-прежнему обладает политическими рычагами. К ним относятся и активное участие в Международном уголовном суде в Гааге (принявшем на себя функции Международного Трибунала по бывшей Югославии после его роспуска), и контроль над границами ЕС с Балканскими странами. Вашингтону, несомненно, понадобится поддержка Брюсселя.

По всей видимости, стоит ожидать возобновления активного взаимодействия американских и европейских дипломатов на балканской земле. Тем не менее, в течение ближайшего года при отсутствии экстраординарных событий мы вряд ли увидим глобальные изменения в этом формате: и ЕС, и США на данный момент в большей степени заняты решением своих внутренних проблем политического и экономического характера. Но по мере отступления коронавируса стоит ожидать активизации косовской и боснийской повестки во внешнеполитическом спектре США и ЕС.

Стратегия Китая

Среди третьих стран, оказывающих влияние на Балканы, можно назвать Россию, Китай и Турцию. Наращивание Пекином инвестиционных вложений в кратко– и среднесрочной перспективе принесет ему не только и не столько прибыль, сколько влияние в местных государственных и финансовых структурах. Более того, это позволит КНР и представителям ее бизнеса закрепить за собой статус надежных партнеров вне зависимости от политической конъюнктуры в той или иной стране.

Действительно, деятельность Китая в регионе носит всеобъемлющий характер, распространяясь от мусульманской Албании – члена НАТО – вплоть до дружественной России Сербии и входящей в ЕС Хорватии.

В средне- и долгосрочной перспективе это даст Пекину более серьезные дивиденды политического характера: с серьезной долей уверенности можно предположить, что через 10-15 лет вырастет новое поколение управленцев и государственной элиты, взращенное в том числе и под китайским влиянием.

Это позволит Китаю напрямую работать с местными властями и даст мощный толчок не только экономической, но уже и политической экспансии Пекина на Балканах.

В этом ключе 2021 г. будет весьма показательным для наблюдения за развитием крупных китайских инфраструктурных проектов в регионе. Особого внимания заслуживает важнейший для экономик Черногории и Сербии проект строительства автодороги Бар – Белград. В связи с финансовыми проблемами и пандемией коронавируса он не раз находился под угрозой, однако по-прежнему продолжается во многом благодаря основополагающей роли китайских инвесторов, при том, что стоимость проекта от изначальных €800 млн поднялась уже более чем вдвое. Курьез ситуации заключается в том, что деньги на проект китайские банки выделяют под залог самой дороги и выделенной под нее земли. И хотя многие на Западе называют такой подход Пекина «долговой дипломатией», в перспективе именно это и принесет ему основные экономические и политические дивиденды.

Роль России

Серьезную роль на Балканах продолжит играть и Россия. С одной стороны, Москва успешно реализует свои интересы в сфере поставок энергоносителей: в конце 2020 г. в эксплуатацию вошел «Балканский поток». С другой стороны, в политическом формате взаимодействие России с регионом ограничено узким кругом сербской политической элиты в самой Сербии и Боснии и Герцеговине.

В ключе возможной активизации косовской повестки это ограничивает возможности Москвы по участию в переговорах: у Кремля практически не осталось каналов коммуникации с Приштиной.

В ситуации с Боснией и Герцеговиной прослеживается более определенная позиция: Россия дала понять, что строго придерживается Дейтонских мирных соглашений, подтверждением чему могут служить последние визиты главы российского МИД Сергея Лаврова в БиГ.

Россия достаточно прочно закрепилась в экономической и энергетической структуре Балкан: успешно развивают свои проекты такие крупнейшие частные российские компании, как ЛУКОЙЛ, «Газпром» и «Сбербанк». Начало эксплуатации «Балканского потока», связавшего «Турецкий поток» с регионом, безусловно, усиливает роль России в политической конъюнктуре Балкан, давая ей дополнительные драйверы для проведения здесь своей политики. Тем не менее, дальнейшее продвижение «Балканского потока» пока весьма туманно в связи с серьезной санкционной угрозой и противодействием США и в какой-то степени ЕС, однако оно не исключено после налаживания отношений России и Запада.

В ближайшем году вряд ли стоит ожидать серьезных шагов Москвы в регионе – для этого пока не сложились определенные предпосылки. Однако в среднесрочной перспективе у России могут появиться все возможности для значительного продвижения.

Турецкий подход

Разумеется, важнейшим игроком на Балканах остается и Турция. Крупнейшие ее проекты представлены и в финансово-экономической сфере, и в сфере инфраструктуры, и в области образования и науки – причем практически в любой балканской стране, не состоящей в ЕС.

Основное внимание в своей деятельности президент Турции Реджеп Эрдоган, конечно, оказывает мусульманским общинам региона: они и представляют собой опору политики Турции на Балканах. Однако Анкара выстраивает прочные партнерские отношения и с другими конфессиональными и политическими блоками в регионе – например, с Белградом, сербами БиГ, руководством Северной Македонии. Расчет Турции ясен: она должна стать максимально привлекательным партнером для различных политических сил региона, что гарантирует ей региональное лидерство как державе-медиатору.

Активизация Турции в последние годы очевидна: она во многом стала драйвером размораживания Карабахского конфликта, при этом продолжаются активные попытки Анкары навязать свое решение сирийского и ливийского вопросов. На этом фоне стоит ожидать размораживание Эрдоганом ситуации и на Балканах.

Говоря о БиГ, официальная Анкара уже не раз призывала к пересмотру Дейтонских соглашений. Несомненна и поддержка Турции своего давнего союзника, албанцев: в Албании действует турецкая военная база, оказывается активная поддержка в реорганизации армии страны. В ходе обсуждения косовского вопроса турецкое руководство не раз подчеркивало, что намерено поддерживать позицию Приштины, при этом сама Турция уже владеет ключевыми инфраструктурными объектами страны – Приштинским аэропортом и компанией-поставщиком электроэнергии.

Все это позволяет говорить о том, что Анкара намерена войти в регион в качестве регионального лидера с целью принять полноправное участие в текущих переговорах по Косово, а также возможных – по Боснии и Герцеговине.

Очевидно, что Балканы для Эрдогана – один из ключевых форпостов для реализации своей политики неоосманизма. Вполне в этой же плоскости лежат и последние заявления турецкого лидера о необходимости реорганизации ООН и Совбеза.

По всей видимости, в ближайший год стоит ожидать более смелых действий турок по закреплению своего положения в регионе, от углубления экономического сотрудничества до политических акций, в том числе военно-политического характера. Например, вполне реальным представляется организация под турецкой эгидой особого блока стран с мусульманским населением или крупного движения, направленного на продвижение влияния Анкары в регионе. Единственное, что может этому помешать – непростая экономическая ситуация в самой Турции, последствия которой могут на какое-то время умерить амбиции турецкого лидера.

Локальные факторы

Помимо внешних факторов на ситуацию в регионе оказывают влияние и ряд локальных процессов. Наиболее значимым из них остается непрекращающийся кризис политических элит. Наибольший масштаб на настоящий момент он получил в Черногории. Правившая более 30 лет Демократическая партия социалистов и связанные с ней функционеры, включая президента Черногории Мило Джукановича, потерпели поражение в борьбе с объединенной оппозицией на последних парламентских выборах. Тем не менее, новая команда сейчас столкнулась с тяжелыми вызовами, пытаясь реорганизовать систему власти в стране изнутри.

Похожие процессы в обозримом будущем могут затронуть и многие другие балканские государства, отличающиеся засильем старой политической элиты в государственных кругах. Речь здесь в первую очередь идет об Албании, Сербии и Боснии и Герцеговине. Глубинные социально-политические проблемы, выведшие людей на улицу в ходе масштабных протестов весной 2019 г., никуда не исчезли.

В этом ключе позитивный пример Черногории, мирным путем пришедшей к смене состава парламента и правительства, может стать образцом и для других стран региона. В то же время очевидно, что в течение ближайшего года Балканы, как и большая часть всего мира, будут сконцентрированы на восстановлении экономики, что, конечно, будет сопровождаться и вскрытием старых нерешенных проблем. Главным конструктивным фактором продолжают оставаться именно третьи страны, политика которых определит путь Балканского региона на ближайшие годы.

Яков Смирнов, младший научный сотрудник Отдела современной истории стран Центральной и Юго-Восточной Европы Института славяноведения РАН

Загрузка...
Комментарии
03 Ноября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Варшава может просчитаться в попытке использовать слабости Брюсселя.

Инфографика: Сколько Беларусь экономит на российском газе
инфографика
Цифра недели

4%

составит рост ВВП участников Евразийского банка развития по итогам 2021 г. по прогнозу его аналитиков

Mediametrics