13 Декабря 2018 г. 19:00

В поисках «грузинской мечты». Куда поведет Грузию новый президент

В поисках «грузинской мечты». Куда поведет Грузию новый президент

16 декабря в Грузии состоится инаугурация президента страны. Президентская гонка 2018 г. наверняка займет особое место в истории выборов в Грузии, да и, возможно, на всем постсоветском пространстве. Впервые на Кавказе, с его традиционалистским и патриархальным укладом общества, президентом страны стала женщина. Правда, поддержанный правящей партией «независимый» кандидат Саломе Зурабишвили едва избежала поражения в первом туре, когда разница в полученных голосах между нею и конкурентом от объединенной оппозиции Григолом Вашадзе составила менее одного процента (38,6% против 37,7%). Однако более чем уверенная победа Зурабишвили во втором туре (59,5% против 40,4%), оставляет пищу для размышления о политической конъюнктуре Грузии и поведенческих особенностях грузинского электората.

Политический климат


А ведь было время, когда еще до начала президентской гонки вернувшийся в политику в качестве председателя правящей партии «Грузинская Мечта» Бидзина Иванишвили говорил, что из-за весьма урезанных новой конституцией функций президента этот пост можно было уступить оппозиции и не выставлять своего кандидата. Этим правящая партия пыталась поднять свой престиж в глазах западных партнеров, которые прозрачно намекали, что им не нравится концентрация всех ветвей власти в руках одной партий. Но местные реалии быстро отрезвили Иванишвили и «Грузинскую мечту».

Имея в качестве главного оппонента партию Михаила Саакашвили «Единое национальное движение», трудно было рассчитывать на цивилизованное оппонирование. А она по своим электоральным и иным ресурсам является главной оппозиционной силой в стране. Именно в этом и состоит главная интрига внутренней политики Грузии за последние 6 лет. После прихода к власти в 2012 г. «Грузинская мечта» не решилась на устранение партии Саакашвили из политической карты, хотя таков был наказ большинства избирателей. Ей не дали это сделать американские и европейские союзники Грузии, по-прежнему считающие «Единое национальное движение» одной из своих главных опор в стране.

Следуя принципу «нет худа без добра», «Грузинская мечта» решила извлечь пользу из навязанного Западом «сосуществования» с партией Саакашвили. Они практически полностью подчистили политическое поле, не оставив пространства другим партиям и создали двухполюсную систему, в которой партия Иванишвили имела в оппонентах дискредитированное «Единое национальное движение», уровень поддержки которого не выходил за пределы 20-25%. Это значительно облегчало для правящей партии победы на всех последних выборах.

Наличие двухполюсной партийной системы и отсутствие сильных альтернативных политических партий и лидеров вольно или невольно заставляет недовольных правящей партией примкнуть к «Единому национальному движению», как к политической силе, способной тягаться с «Грузинской мечтой». Результатом очистки данной партией политического поля от альтернативных игроков можно считать в какой-то степени и тот неожиданный для многих электоральный «улов» партии Саакашвили.

Изменение обстановки


В политике не бывает вечных побед. За прошедшие шесть лет постепенно менялись составные политической жизни – социальные, экономические, культурные и эмоциональные, и не всегда в пользу «Грузинской мечты» и ее лидера. Соответственно, менялось и восприятие правящей партий электоратом, и отношение к ней. Об этом свидетельствуют официальные цифры.

В 2013 г., на президентских выборах партия Саакашвили получила 354 тыс. голосов против 1,01 млн правящей партии. В 2016 г. на парламентских выборах «Единое национальное движение» получило 447 тыс. голосов. А голоса, поданные за партию Иванишвили, уменьшились до 856,6 тыс. В 2017 г. на местных выборах партия оппозиции и отпочковавшаяся от нее «Европейская Грузия» набрали в сумме 421,7 тыс. голосов. А поддержка «Грузинской мечты» еще уменьшилась – 838 тыс. голосов.

Можно предположить что, изрядная доля голосов полученная партией Саакашвили – это голоса, поданные не за него, а против «Грузинской мечты», поскольку избиратель не видит пока третей альтернативной политической силы, обладающей достаточными ресурсами для прихода к власти. Такой силой им представляется лишь «Единое национальное движение». А обида на партию Иванишвили, видимо, оказалась настолько сильной, что пересилила негатив в отношений оппозиции.

По всей видимости, на эту тенденцию в партии Иванишвили смотрели сквозь розовые очки, и горькая пощечина не заставила себя долго ждать. В первом туре президентских выборов 2018 г. Григол Вашадзе, кандидат от партии Саакашвили и примкнувшей к ней т.н. объединенной оппозиции, состоящей из мелких партий и общественных движений, получил 601,2 тыс. голосов, а фаворит правящей партии Саломе Зурабишвили - 615,5 тыс. Во втором же туре Вашадзе и, соответственно, «Единое национальное движение» увеличили число своих избирателей до 780,6 тыс., в том числе за счет отошедшей к ним части голосов «Европейской Грузии». Саломе Зурабишвили и партия власти сделали резкий скачок, нарастив свою копилку до 1,15 млн голосов.

Электорат в каждой стране выражает свой протест по-своему, исходя из национально-культурных традиции и уровня демократии. Грузия в этом плане не исключение.

Думается что не лишено оснований и предположение, что внушительная часть электората «Грузинской мечты» выразила протест именно своей неявкой на выборы, или же на негативном эмоциональном фоне голосовала против правящей партии.

Что же случилось? почему вдруг минимальная разница в голосах вдруг превратилась во внушительную победу кандидата от власти?

Нелегкая победа


Лишь ко второму туру для правящей партии наконец-то стало ясно, что доверие и симпатии к ним и к Иванишвили со стороны избирателей неуклонно падают. Осознав серьезность нависшей над ней угрозы постепенной утери власти, партия власти прибегла к радикальным мерам. Кроме срочно объявленных масштабных социальным программам для неимущих, она объявила, что долги на общую сумму 1,5 млрд лари 600 тыс. граждан Грузии в отношении банков, микрофинансовых и онлайн-кредитных организаций будут аннулированы. Долги будут выкуплены и полностью покрыты фондом «Карту», принадлежащим экс-премьеру и председателю «Грузинской мечты», миллиардеру Бидзине Иванишвили. Лично Иванишвили выдал обещание кардинально изменить стиль правления за оставшиеся до парламентских выборов 1,5 года, провести глубокие реформы. Был в полную силу задействован административный ресурс, который явно спасовал в первом туре. Использовались все принятые в Грузии традиционные неформальные механизмы влияния на избирателя. 

Более того, правящей партии пришлось прибегнуть даже к помощи, представленной в парламенте оппозиционной партией «Альянс Патриотов Грузии» стоящей на национал-патриотической платформе и выступающей за диалог с Россией. Партия открыто поддержала Зурабишвили, мотивируя решение не допустить и исключить даже теоретическую возможности возвращения партии Саакашвили к власти. Внушительный по числу участников (по некоторым подсчетам до 100 тыс. человек) митинг этой партий в центре Тбилиси за три дня до второго тура сыграл немалую роль в формирования настроя избирателя в пользу правящей партии и Зурабишвили.

Все вышеупомянутые изъяны выборов, естественно, не остались без внимания и местных критиков, и иностранных наблюдателей.

Президентские выборы 2018 г., хотя и были признаны состоявшимися, но оценены как серьезный шаг назад с точки зрения демократии. Грузия и ее правящая партия, можно сказать, получили от своих стратегических партнеров тяжелую оплеуху.

И, если выявленные прорехи в избирательной системе не будут исправлены к следующим парламентским выборам в 2020 г., последствия могут быть серьезными.

Кроме того, была предпринята масштабная информационно-пропагандистская кампания с задействованием успешно апробированного на прежних выборах метода – создания образа врага и пугала из «Единого национального движения» и его лидера Михаила Саакашвили. Кстати, последний немало способствовал тому, чтобы напугать и всполошить пассивных избирателей и мобилизовать их на стороне правящей партии. Его радикальные и порой агрессивные заявления во время предвыборной кампании перед вторым туром, что после победы Вашадзе он вернется в Грузию и экспроприирует собственность и деньги Иванишвили и других бизнесменов и наведет порядок своими приснопамятными методами, побудили многих избирателей голосовать против. 

Хотя, даже если бы этого и не было, анализ расклада электоральных ресурсов после первого тура приводил к обоснованному предположению, что Вашадзе получил максимум того, что мог бы получить, и во втором туре мог рассчитывать только лишь на незначительный прирост голосов. В то время как у «Грузинской мечты» оставался гораздо больший неиспользованный электоральный ресурс, который просто надо было привести к избирательным урнам и побудить голосовать за правящую партию. С этой задачей, как показали результаты второго тура, партия Иванишвили справилась успешно.

В то же время, как отмечают многие наблюдатели, да и сами лидеры «Грузинской мечты», своей поддержкой избиратель дал как бы последний шанс правящей партии. Эти выборы были знаковыми еще и потому, что в очередной раз показали, в каком глубоком кризисе находится грузинская политическая элита в ее нынешнем составе. 

Власть народа


После этих выборов в Грузии начинается весьма интересный политический процесс, можно предположить, что практически новый виток политической жизни. Люди осознали, что они являются реальным источником власти и при случае могут показать и «желтую», и «красную» карточку любой, даже самой влиятельной фигуре. Соответственно, до парламентских выборов 2020 г., если, конечно, страна мирно дойдет до них, Иванишвили и правящей партии придется постоянно быть в форме и в состоянии «оперативного покоя», дабы не терять коммуникации и выстроенных связей с электоратом и общественностью, и постоянно подпитывать их какими-то новыми одноразовыми начинаниями, поскольку долговременной программы национального развития «Грузинская мечта» так и не выработала за шестилетнее правление.

Правящей партии придется платить по «векселям» тем политическим и общественным силам, которые их поддержали в критический момент. Ставки в оставшееся до парламентских выборов время слишком высоки, и ошибка уже не сойдет с рук, как раньше. А время в данном случае явно не союзник партии Иванишвили.

На митинге перед парламентом 2 декабря партия Саакашвили и объединенная вокруг нее оппозиция заявили, что не признают результатов президентских выборов. Они поставили правящей партий ультиматум создать до 16 декабря рабочую группу для обсуждения изменений в избирательном кодексе и проведения досрочных парламентских выборов. Митинг, однако, не получился массовым. Видимо, это и послужило одной и причин того, что «Грузинская мечта» с порога отвергла возможность переговоров по досрочным парламентским выборам, выразив, однако, готовность к диалогу о совершенствовании избирательной системы и избирательного кодекса. Уходящий президент Георгий Маргвелашвили, который провел встречу с Зурабишвили, призвал после этого партию власти сесть за стол переговоров с оппозицией с их повесткой.

Что дальше?


Скорее всего, жесткая позиция «Грузинской мечты» будет очерчивать и жесткие рамки действий оппозиций, которая постоянно апеллирует к беспрецедентному для них за последние годы количеству голосов и заявляет, что нынешний парламент не отражает политических реальностей в стране. Видимо, «Единое национальное движение» и находящаяся под его зонтиком объединенная оппозиция, подстегиваемая находящимся в эмиграции Саакашвили, собираются помешать инаугурации Зурабишвили. Об этом было прямо заявлено во время митинга. Однако, судя по заявлениям лидеров объединенной оппозиций, видимо, не все ее лидеры и рядовые сторонники поддерживают радикальный «революционный» сценарий, к которому их подталкивает Саакашвили и группа так же радикально настроенных лидеров его партии. Вашадзе постоянно приходится лавировать, открещиваясь от радикализма Саакашвили.

Многое говорит о том, что в обществе все же нет революционного настроя и заряда, как это было во время «революции роз» в 2003 г. После того, как международные наблюдатели, пусть и с оговорками, но признали выборы легитимными, а Зурабишвили получила поздравления от нескольких европейских лидеров и госдепартамента США, акции протеста оппозиции и их непризнание итогов выборов несколько теряют смысл.

Вряд ли Запад заинтересован в очередной «цветной революции» в Грузии, зная, что в нынешних совершенно других реалиях революция вряд ли закончится мирно. Она, скорее, погрузит страну в долгую трясину внутренней дестабилизации, со всеми вытекающими последствиями.

Что касается внешней политики, Зурабишвили вылила ушат холодной воды на заявления политиков в Москве о желании выстраивать сотрудничество с новым президентом Грузии. В интервью «Би-би-си» она заявила, что подходящее время для сотрудничества с Москвой «еще не пришло». Более того, ее заявления, что Грузия не видит себя в переговорах с Россией без участия западных партнеров, и что она приложит все усилия для интеграции Грузии в евроатлантические структуры, вряд ли вызовут оптимизм в Москве.

Думается, что пафос этих заявлений – своеобразная дань конъюнктуре. Это стремление поддакнуть Западу, а также желание отвести от себя обвинения оппонентов в том, что своими заявлениями касательно войны в августе 2008 г. она потакает интересам Россий.

В качестве президента Зурабишвили, согласно новой конституции, не является лицом, ответственным за выработку и проведение внешней политики Грузии. Хотя ее мнение и ее активность в этой сфере, естественно, будут значительными. В бытность депутатом парламента Зурабишвили ни разу не критиковала «прагматичную политику», избранную «Грузинской мечтой» в отношении России. По крайне мере, на начальном этапе своего президентства она предпочтет остаться в фарватере этой политики, не создавая неудобства правящей партии, которой стоило стольких усилий и ресурсов протащить ее на президентский престол.


Заал Анджапаридзе, независимый эксперт (Грузия)

Загрузка...
Комментарии
22 Октября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Попытки Запада рассматривать Беларусь как «вторую Украину» создают новые риски.

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2018 году
инфографика
Цифра недели

25%

составляет запланированный рост численности литовской армии к 2024 г. Увеличить намерены как число профессиональных военных, так и резервистов

Mediametrics