11 Апреля 2019 г. 18:20

Переговоры Лукашенко и Эрдогана: Турция разыграет «белорусскую карту»?

Переговоры Лукашенко и Эрдогана: Турция разыграет «белорусскую карту»?
Фото: g3.dcdn.lt

В последние годы между Минском и Анкарой на фоне усиления сотрудничества наблюдается активизация контактов на высшем уровне: в 2016 г. президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил первый в истории визит в Беларусь, а совсем скоро Александр Лукашенко посетит Анкару. В преддверии поездки белорусского лидера кандидат исторических наук Павел Потапейко специально для «Евразия.Эксперт» раскрыл, как развивалось белорусско-турецкое сотрудничество, в каком состоянии оно находится сегодня и каковы его перспективы на будущее.

Экономика Турции


Турецкая экономика оценивается МВФ, Всемирным банком и другими подобными структурами как бурно растущая. Эксперты относят Турцию к категории высокоразвитых, «новых индустриальных» стран. У нее 17-й ВВП в мире (и 13-й по паритету покупательной способности). Всемирный банк в 2000-х гг. рассматривал ее как экономику с уровнем доходов выше среднего (по ВВП на душу населения). В 2014 г. «Форбс» насчитал в одном Стамбуле 37 миллиардеров – 5-е место в мире.

ВВП Турции стабильно рос: с $155 млрд (по ППП) в 1980 г. до $275 млрд в 1986 г., $387 млрд в 1990 г., $558 млрд в 1996 г., $680 млрд в 2000 г., $965 млрд в 2005 г., $1,2 трлн. в 2010 г., $1,9 трлн. в 2015 г. и $2,1 трлн. в 2017 г. На душу населения – не менее успешно: $3,4 тыс. в 1980 г., $4,8 тыс. в 1985 г., $7 тыс. в 1990 г., $8,5 тыс. в 1995 г., $10,5 тыс. в 2000 г., 16,9 тыс. в 2010 г. и 26,8 тыс. в 2017 г. Инфляция до прихода к власти партии Эрдогана в 2002 г. составляла 40-60% в год, но затем упала до менее 10%. Безработица – 6-8% в год, лишь в последнее время 10-11%. А госдолг, составлявший в 2002 76% ВВП, сократился до 40% в 2010 и 28,5% в 2017.

Однако с августа 2018 г. Турция переживает серьезный валютно-финансовый кризис.

Лира теряет стоимость, усиливается инфляция, все чаще встречаются сообщения о невыплате займов и кредитов. Экономисты называют в числе причин высокий внешний долг и дефицит платежного баланса, но указывают и на недовольство западных партнеров курсом президента Реджепа Тайипа Эрдогана, которого обвиняют в ползучей исламизации, авторитарных тенденциях и отходе от секулярных ценностей кемализма. Помимо прочего, правительство, по мнению экспертов, неудачно вмешалось в сферу процентных ставок. В итоге 2017 г. стал вторым годом подряд, когда страну покинуло свыше 5 тыс. лиц с активами на сумму не менее $1 млн. Турецкий бизнес и банки активно залезают в долги, преимущественно в зарубежной валюте. Стране нужно находить до $200 млрд в год, чтобы поддерживать дефицит платежного баланса на приемлемом уровне и выплачивать долги. А при этом валютные резервы составляют всего $85 млрд.

Правда, с 2002 по 2011 гг. рост бюджетного дефицита сокращался с 10% до 3% в год, что соответствует Маастрихтским критериям допустимого дефицита. А котировки Стамбульской биржи в 2017-2018 гг. росли рекордными темпами. В последние годы Moody’s и другие схожие агентства несколько раз повышали кредитный рейтинг Турции. Но и тут тревожный знак: в середине 2018 г. биржа «просела», а Moody’s и Standard&Poor’s рейтинги понизили. Валютно-долговой кризис 2018 г. прервал период роста экономики при правительстве Эрдогана. Он разразился после «твита» Трампа об удвоении тарифов на турецкую сталь и алюминий 10 августа 2018 г. Лира потеряла 17% стоимости в тот же день, а с тех пор подешевела на 40% к доллару.

Но, несмотря ни на что, ОЭСР в 2017 г. оценивала перспективы экономики страны к 2025 г. как одни из самых многообещающих среди своих членов, прогнозируя ежегодный рост в 4,9%. Хотя тот же Moody’s предсказывает на 2019 г. всего 2%. Турция входит в «Большую экономическую двадцатку» с 1999 г., с 1995 г. действует ее таможенный союз с ЕС.

Согласно специальному исследованию по Турции издания The Financial Times от 2013 г., лидеры бизнеса и руководство этой страны делают ставку на рост экспорта за пределами западных рынков. Если некогда на ЕС приходилось более половины турецкого экспорта, то к 2013 г. – лишь треть с небольшим. Однако к 2018 г. эта цифра вновь возросла до 50%. А прямые зарубежные инвестиции турецких компаний на 2017 г. выросли в 10 раз за 15 лет. Правительство Эрдогана рассчитывает на сферу строительства и смежных услуг, именно там действуют многие связанные с ним бизнесмены. Но к маю 2018 г. в Турции накопилось около 2 млн непроданных домов. Облегченное получение кредитов строительными компаниями и господдержка стали мотором кризиса.

Турция входит в число мировых лидеров производства сельхозпродукции, текстиля, автомобилей, транспортных деталей и запчастей, стройматериалов и оборудования, бытовой электроники и предметов домашнего назначения.

Компания Vestel – крупнейший производитель телевизоров в Европе. На нее приходилось до четверти сделанных (и проданных) телевизоров континента в 2006 г. А вместе с компанией-конкурентом Beko – и более половины. Еще одна, Profilo Telra, заняла третью строчку по производству телевизоров в Европе. После создания таможенного союза между Турцией и ЕС производимые в этой стране цветные телевизоры заняли к 2005 г. свыше 50% соответствующего рынка ЕС. Схожая картина вообще по бытовой электронике. Турецкие цифровые девайсы к тому времени завоевали 15% рынка Евросоюза.

Еще одна мощная отрасль турецкой промышленности – автопром. В 2008 г. здесь произвели более 1,2 млн транспортных средств (не только автомобилей), что вывело страну на 5-е место в Европе по этому показателю (чуть отстала от Британии, но обгоняла Италию), а в мире – на 20-е. Экспорт продукции данной отрасли (включая запчасти) в тот год принес почти $23 млрд. Основы были заложены еще в 60-е. Автопром в основном сосредоточен вокруг Мраморного моря. В 2016 г. автопроизводство (включая автобусы, грузовики, локомотивы и др.) перевалило за миллион единиц техники. Помогли восстановившийся рост спроса в Европе и инвестирование в новые модели (например, высокоскоростные поезда). И это был четвертый год роста продаж подряд, производство же росло в среднем на 9% в год. На экспорт идет порядка 80% произведенной техники, 20% поглощает свой, не самый маленький рынок. Но это пока авто чужих брендов, ставится задача сделать свой собственный.

Важная сфера турецкой экономики – ВПК. Экспорт тут достиг $1,6 млрд к 2014 г. Среди флагманов – такие компании, как MKEK, TAI, Aselsan, Roketsan, FNSS, Nurol Makina, Otokar, Havelsan. Они разрабатывают военную авиацию, танки, ракеты и др. как самостоятельно, так и совместно с партнерами из других стран. Достаточно сказать, что уже есть собственные спутники-разведчики Göktürk-1 и Göktürk-2.

Турция – страна бурно развивающейся науки, исследований, инноваций. Ведущее агентство в этой области – TÜBİTAK. Активно и научное общество TÜBA, обладающее важной автономией в принятии решений о том, в каких сферах проводить исследования. За ядерную энергетику отвечает структура под названием TAEK. Есть даже свой центр разработки и испытания спутников, подведомственный министерству обороны, но непосредственно подчиняющийся Turkish Aerospace Industries.

По производству стали Турция – на 8-м месте в мире. В 2013 г. – 29 млн т. Рекорд был поставлен в 2011 г. – 34 млн т. Крупнейшие производители – такие компании, как Erdemir (7 млн т в год, 47-е место на этом рынке), Habaş, İçdaş, Diler, группа Çolakoğlu.

Важная область производства – текстильная. Экспорт здесь – порядка $14 млрд, три четверти – в ЕС. Не менее важен сектор строительный. В 2016 г. 39 турецких фирм вошли в список 250 крупнейших в этой отрасли в мире. Помогают и нестандартные меры правительства – например, программа «амнистии» нелегально возведенных зданий. Хотя тут есть вопросы к безопасности, особенно с учетом нередких землетрясений. Так, в феврале 2019 г. «амнистированное» 8-этажное здание рухнуло, похоронив 21 человека.

В аграрном секторе Турция – мировой лидер в производстве орехов, вишни, черешни, инжира, абрикосов и гранатов. Второй производитель айвы и арбузов, третий – огурцов, зеленого перца и фисташек. Четвертый – яблок, помидоров, баклажанов и оливок, пятый – чая и сахарной свеклы. С 1980-х гг. полностью обеспечивает себя продовольствием. И цифры растут из года в год. В то же время удельный вес сельского хозяйства в экономике падает. В 2009 г. в этом секторе было занято 29,5% рабочей силы. При этом 85% ферм имеют до 10 га земли. Нынешнее правительство инициировало ряд проектов, прежде всего в области ирригации и ГЭС (на $32 млрд). В 2016 г. ЕС импортировал фруктов и овощей из Турции на €738,4 млн (рост на 21% по сравнению с 2015 г.). Турция – в пятерке главных поставщиков для ЕС по этим показателям.

Животноводство дает 2/3 сельхозпродукции. Страна обеспечивает себя мясом, молочкой, яйцами, шерстью, рыбой и т.д. Оливки выращиваются по 500 тыс. т в год, плюс производится 300 тыс. т оливкового масла.

Динамично развивается и сектор услуг. В стране почти 100 аэропортов, в т.ч. 22 международных. Стамбульский аэропорт им. Ататюрка – 11-й по объемам перевозок в мире, обслуживая 50-60 млн пассажиров в год. Сейчас в одном только Стамбуле строится уже третий аэропорт, который должен стать вообще крупнейшим в мире – он будет способен принять до 150 млн пассажиров в год. А авиакомпания «Турецкие авиалинии» (Turkish Airlines), работающая с 1933 г., признавалась влиятельной британской консалтинговой фирмой Skytrax 5 лет подряд (2011-15) лучшей авиакомпанией Европы. Она является крупнейшей по числу рейсов и охваченных стран мира (126 на 2016 г.).

Железнодорожная сеть – тоже одна из лучших в мире и 22-я по протяженности. С 2003 тут создают высокоскоростные линии. Развиты и сеть шоссе, и прочие коммуникации. В частности, торговый флот 7 г. в мире по числу судов. По территории страны проходят 7,5 тыс. км газопроводов и 3,6 тыс. км нефтепроводов. Она занимает 15-е место в мире по количеству мобильников на душу населения (и 15-е по числу интернет-пользователей), тут действуют компании телефонной и мобильной связи с мировым именем. Телефонные кабели по морскому дну соединяют с Россией, Болгарией, Грецией и другими соседями. Есть спутники в космосе, обеспечивающие отличную связь.

Одна из самых мощных отраслей экономики – туризм. По мнению самых авторитетных экспертов, 11 из 100 лучших отелей мира – именно здесь. Число туристов непрерывно растет: с 24 млн в 2005 г. (принесших в казну $18 млрд) до 34,6 млн (и $25 млрд) в 2011 г. В 2012 г. туризм дал 11% ВВП и обеспечил более 8% рабочих мест.

Очень развит банковский сектор, один из сильнейших в Европе. Велик приток инвестиций. На 2014 г. 12 турецких компаний и групп вошли в список крупнейших мировых по версии «Форбс». Пять из них – из банковской сферы, 2 – из сферы телекоммуникаций, по 1 – из области строительства, транспорта и напитков.

Основные торговые партнеры Турции – Германия, Россия и Великобритания. Кроме таможенного союза с ЕС, она подписала соглашения о свободной торговле с 22 странами. Турция – крупный инвестор в ЦВЕ и СНГ. Она вложила треть своих инвестиций за последние 25 лет в Россию и более 40% в Болгарию и Румынию.

В отличие от многих стран, Турция решительно и устойчиво сокращает экспорт ресурсов (в 1980 г. газ составлял 74% экспорта, а в 2005 г. – лишь 12%) и наращивает экспорт высоко-и среднетехнологичной продукции (с 5% в 1980 г. до 43% в 2005 г.). Однако остается добытчиком и нефти, и газа. Хотя при этом собственных ресурсов не хватает для полного самообеспечения. Правда, недавно обнаружены новые месторождения.

В 2005 г. был торжественно открыт нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан. На слуху и трубопровод «Набукко», и «Голубой поток».

У Турции 5-е место в мире по геотермальным источникам, а доля возобновляемой энергетики в целом почти вдвое выше средней по ЕС. Ставилась цель увеличить ее долю к 2023 г. до 30%. А уже в 2017-м она была достигнута – 32%. Этого позволили достичь гидроисточники, ветер и солнечная энергия.

Богатейшие недра страны делают ее десятой в мире по разнообразию полезных ископаемых. Так, здесь добывают 60 видов минералов. Богатые залежи угля, железной руды, меди, хрома, урана, золота, магния.

В то же время развитие регионов неравномерно: запад намного более «продвинут», чем восток. Хотя в последние 10 лет приняты программы, чуть сократившие дисбаланс.

Беларусь и Турция


Две страны установили дипотношения в марте 1992 г. Кстати, Турция оказалась первой страной мира, признавшей независимость Республики Беларусь – 16 декабря 1991 г. В последние годы отношения лишь укрепляются. Так, в ходе визита Эрдогана в Минск в ноябре 2016 г. (первого визита президента Турции в Беларусь в истории) было подписано 9 документов, высокий гость принял участие в торжественном открытии мечети в Минске – первой за десятилетия. Об этом подробнее поговорим чуть ниже.

Сегодня у Турции 9-е место в торговле с Беларусью.

В 2017 г. товарооборот между двумя странами достиг $942 млн (из которых лишь $134 млн – экспорт Беларуси в Турцию). Тогда как на 2001 г. он составлял всего $39 млн (турецкие поставки и тогда преобладали – $23 млн). Каждый год – причем в период кризиса – он возрастал на порядок: в 2009 г. – $266,7 млн, 2010 г. – $363 млн, 2011 г. – $448 млн, 2013 г. – $578 млн. А к 2016 г. – до $817 млн (импорт тотально преобладал: $732 млн). Торговля услугами в 2017 г. также выросла – до $48 млн, причем здесь как раз довлел экспорт услуг из Беларуси: $31 млн. В основном это транспорт. Кроме того, широко известно, что белорусы активно посещают Турцию в качестве туристов. Руководство Беларуси ставит задачу выйти не на $1 млрд, как с рядом других партнеров, а на $1,5 млрд.

К 2018 г. объем инвестиций перевалил за $1,2 млрд. Но это за все годы сотрудничества. А конкретно за 2017 г., например, он составил $51 млн (рост на 149% к 2016 г.), в т.ч. прямых инвестиций $43 млн (рост на 137%).

Беларусь в основном продает в Турцию калийные удобрения, дорожную технику, оборудование, синтетические волокна и нити, полуфабрикаты из нелегированной стали. А Анкара поставляет ей полимеры, теле-и радиооборудование, запчасти к электронике, автомобилям и тракторам, сельхозпродукцию, табачное сырье, трикотаж.

В 2004 г. в Беларуси работало 21 предприятие с турецким капиталом. В 2018 г. – порядка 300.

Активно работает Белорусско-турецкая совместная экономическая комиссия. Девятая встреча прошла в июле 2017 г. в Минске под председательством главы МИД Беларуси Владимира Макея и министра лесных и водных ресурсов Турции Вейселя Эроглу. Следующая пройдет в 2019 г. в Анкаре.

Поначалу в двусторонних отношениях не все было гладко. Так, в ноябре 1994 г. два турецких дипломата даже были высланы из Беларуси, отношения временно испортились (заморожен турецкий кредит в размере $100 млн), но наладились после визита главы МИД Турции в Минск в августе 1995 г. Турция – в лидерах по инвестициям в Беларусь: 3-е место и $1,2 млрд с 1992 по 2015 гг. (прежде всего, в строительной сфере). Для сравнения: в Эстонию турки вложили с 2002 по 2015 гг. всего $2 млн.

Беларусь очень интересовала турецкий бизнес, особенно строительный.

В Беларуси активно идут стройки, но инфраструктура долго оставляла желать лучшего. Поэтому неудивительно, что именно в этой сфере наладилось наиболее активное сотрудничество.

По мнению турецких аналитиков, в частности Серкана Гюмюша, в свое время учившегося в БГУ, Беларусь в глазах их земляков-бизнесменов обладает немалой инвестиционной привлекательностью. Они обращают внимание, что вкладываться в нее те начали уже с начала 90-х гг. Но активно – в 2000-х гг., т.к. в результате реформ Эрдогана экономическая ситуация в самой Турции заметно улучшилась, высвободились капиталы, которые могли работать и давать прибыль за рубежом. Турецкие инвесторы вообще стали тогда активно выходить на мировые рынки. К 2011 г. объем их вложений за рубежом в энергетике, банковской сфере, коммуникациях, производстве и других секторах экономики достиг $24 млрд, к 2012 г. в этом участвовали более 3,5 тыс. турецких компаний. Но был и другой фактор: в апреле 2000 г. вступил в силу подписанный двумя странами еще в июле 1996 г. в ходе визита Александра Лукашенко Договор о дружбе и сотрудничестве, ратифицированный к тому времени обоими парламентами.

С тех пор активность турецких компаний в Беларуси заметно расширилась. Гюмюш оценивает реальный объем турецких вложений в Беларуси еще выше, поскольку не учитываются полностью закупки турками материалов и оборудования белорусского производства, тогда как белорусская статистика считает лишь инвестиции, идущие непосредственно из Турции. А ведь есть еще и вложения через оффшорные зоны, когда турецкий капитал становится как бы не вполне турецким.

К числу основных успешно реализованных инвестиционных проектов Турции в Беларуси относятся таковые в сфере телекоммуникаций, строительства и гостиничного бизнеса.

Среди примеров можно назвать приобретение компанией Turkcell в 2008 г. 80% акций белорусского оператора мобильной связи «БеСТ», ряд проектов в сфере гостиничной инфраструктуры, иного строительства, производства стройматериалов, текстиля. Турецкие компании стали резидентами белорусских СЭЗ. В Турции открылись представительства концерна «Белнефтехим» и Минского автозавода. На 1 января 2018 г. в Беларуси было зарегистрировано около 300 компаний с турецким капиталом.

Наибольшее количество турецких инвестиционных проектов отмечается в строительной сфере. Во всем мире на 2012 г. стройфирмы из этой страны заработали более $20 млрд. Из них в Беларуси (начиная с 1991 г.) – $900 млн с лишним. Так, в 2008 г. строительная фирма Emsas выразила намерение построить отели не только в Минске, но и в областных центрах – Гродно, Бресте и Могилеве. Именно она создала одну из главных гостиниц столицы, «Минск», еще в 1990-х гг. Посетив Беларусь, руководители фирмы вели речь и о стройке жилых кварталов, производственных и административных зданий. Можно назвать гостиницу «Crowne Plaza» (группа Princess) или центр бизнеса и развлечений «Журавинка» (компания «Минселко»). Все – в центре белорусской столицы. К 2012 г. турецкие строительные компании развернули работу над проектами общей стоимостью еще более чем $120 млн. Крупнейшим стало строительство в Минске пятизвездочного «Президент-отеля» на месте бывшей гостиницы «Октябрьская» (открыт в мае 2013 г.). Оно осуществилось в основном за счет $50,9 млн, выделенных «Тюрк Эксимбанком» (85%, остальные 15% внес «Беларусбанк»). В 2012 г. началось строительство отеля «Хилтон» у стадиона «Динамо», и, хотя сам проект и заказчик не из Турции, стройку ведет тот же «Эмсаш». Турецкая компания Renaissance Construction (владелец которой занимает 7-ю строчку в рейтинге турецких миллиардеров) построила торговый центр Galleria Minsk. И таких примеров множество – стройки особенно стимулировало приближение Чемпионата мира по хоккею 2014 г. Отмечается высокое качество поставленных материалов для покрытия дорог в Беларуси.

Интересна история первого в Минске пятизвездочного отеля «Crowne Plaza», популярного у турецких бизнесменов и туристов. Его в 2008 г. построил Суди Озкан, владелец и гендиректор Princess International Group, имеющей сеть отелей и казино в ряде стран. И сделал это после свадьбы в 2004 г. с белорусской девушкой. Правда, через 7 лет развелся. Его группа компаний открыла в Беларуси сеть казино Princess. Но в 2017 г. появились сообщения, что эта группа превратилась в должника, в т.ч. перед белорусским бюджетом (по данным Министерства по налогам и сборам). За год до того Озкан заморозил реализацию двух проектов: расторг договор с исполкомом о строительстве одной гостиницы и приостановил строительство другой. Тем не менее отель Crowne Plaza Minsk в марте 2019 г. был номинирован на премию World Travel Awards 2019.

Следует отметить инвестиции в белорусскую легкую промышленность. Турецкие фирмы заинтересованы в текстильном производстве Беларуси.

Особенно высок интерес к льняным тканям, камвольным предприятиям. Создаются совместные предприятия. А в 2010 г. компания «Ватан Макина» выиграла тендер и подписала контракт на поставку технологической линии по производству детского питания на Оршанском мясоконсервном заводе.

В том же 2010 г. президент Беларуси нанес новый визит в Турцию и обсуждал расширение спектра сотрудничества, новые его сферы – инжиниринг и др. Не забыты и традиционные поставки тракторов и самосвалов. Стороны договорились о создании СП по их сборке в Турции. Обсуждалось участие в приватизации белорусских предприятий (например, легкой промышленности). И в инфраструктурных проектах – завязанных на китайский «Один пояс, один путь», а также балтийских, балто-черноморских и прочих.

На бизнес-форумах турецкие предприниматели подчеркивают интерес к сельскому хозяйству, строительству и торговле. Так, в ходе одного из них в 2012 г. председатель Федерации бизнесменов и предпринимателей Черноморского региона Турции, член совета управления группы «Тускон» Осман Реис отметил, что в Беларуси для развития бизнеса есть множество возможностей, которые прекрасно видны его соотечественникам. Он говорил, в частности, о наращивании и диверсификации поставок в Беларусь – от маринадов до ковров. Но также и о планах покупать белорусские товары – особенно мясо и полуфабрикаты из птицы, создавать СП в области переработки сельхозпродукции и т.п. Замглавы СЭЗ «Гомель-Ратон» Александр Корнев отметил, что, например, в создании СП заинтересована Гомельская область – скажем, в области машиностроения и электроники. Данное СЭЗ наладило связи с торговыми и промышленными палатами, союзами промышленников и предпринимателей ряда регионов Турции, и схожие процессы развиваются между другими СЭЗ и регионами двух стран.

Оппозиция: Минск ищет в Анкаре противовес Кремлю?


Критики официального Минска стараются углядеть в развитии сотрудничества между Беларусью и Турцией некую «козу» России. Так, в апреле 2016 г. аналитик «Центра Острогорского» Сергей Богдан комментировал участие президента Лукашенко в Стамбульском саммите Организации исламского сотрудничества (куда Беларусь пригласили в статусе наблюдателя) статьей «Минск не хочет выступать за Кремль и его союзников», где сфокусировался на тревоге ряда российских СМИ. Как некоторые из них, так и белорусские «независимые эксперты» тут же истрактовали визит как «демонстративное сближение на фоне ухудшения отношений между Беларусью и Россией». Дело в том, что как раз тогда турецкими ВВС был сбит российский самолет. И некоторые комментаторы восприняли визит белорусского лидера в Турцию как чуть ли не пощечину Москве. И добавили: «Отказ Беларуси поддержать российскую союзницу Армению в конфликте с Азербайджаном производит впечатление нелояльности Лукашенко в глазах Кремля». И далее: «Москва отказывается принимать что-либо, кроме полной поддержки своей политики. Что-то иное для Кремля – предательство. А Минск отказывается действовать в подобных черно-белых категориях». Это уже признание дипломатического мастерства, в чем раньше власти оппозиция отказывала.

Богдан считает, что Минск больше заинтересован в сотрудничестве с Анкарой, чем та с ним.

Он ссылается на «Коммерсант», который уверен, что Эрдоган решил разыграть «белорусскую карту» против России. А Лукашенко, по его мнению, укрепляет контакты с консервативными ближневосточными режимами, связанными с Западом. Но сам Богдан пишет: никаких высказываний о «белорусской карте» ни от кого из турецких официальных лиц не звучало.

Первый визит турецкого президента в Беларусь: мечеть и форум в Минске


Важным символом укрепления дружбы между Беларусью и Турцией стало торжественное открытие в ноябре 2016 г. кафедральной мечети в Минске с участием глав двух государств. Это событие широко освещалось турецкими медиа. В Минске до революции и в первое время после нее мечеть существовала, причем недалеко от места, где ее сейчас построили – в этом районе некогда компактно проживали татары-мусульмане. Но в 1936 г. ее закрыли (богослужения были восстановлены в 1942-1949 гг.), а в 1962 г. снесли. А рядом с тем местом, где сегодня открыта новая, в прошлом было мусульманское кладбище, так что локацию выбрали не просто так. Сегодня в Беларуси более 30 этнических групп исповедуют ислам – по ряду оценок, до 100 тыс. чел. А до 2016 г. мечети были только в небольших городах на северо-западе, где исторически селились татары – в Ивье, Слониме, Новогрудке.

При мечети создается и учебное заведение. Кстати, часть элементов ее убранства изготовлена в Турции. Средства на мечеть изначально выделил Фонд короля Саудовской Аравии, но их хватило лишь на первый этап строительства. Стройка застопорилась, и белорусские мусульмане обратились к министерству религиозных дел Турции.

Открывая мечеть, президент Лукашенко выразил уверенность, что она станет «важным духовным центром и источником истинного ислама». А президент Эрдоган заметил, что, к сожалению, в других европейских странах нет той терпимости и дружелюбия, которыми мусульмане наслаждаются здесь.

Событие было приурочено к визиту Эрдогана в Минск, как и масштабный белорусско-турецкий бизнес-форум в те же дни. Отмечалось, что впервые он оказался настолько представителен. С Эрдоганом в Беларусь прибыло 209 руководителей турецких компаний (из них 144 – главы крупных фирм). С белорусской стороны налаживать либо развивать контакты решили свыше 300 предприятий. Участвовали и крупный, и средний, и малый бизнес, и госструктуры. Форум назвали «турецким днем в Минске»

Важно отметить: все эти компании и предприятия воспринимали укрепление связей в контексте евразийской интеграции, к которой Турция проявляет все больший интерес. Это постоянно подчеркивалось участниками форума.

Общий тон выступлений – инвесторам есть где развернуться. Так, тогдашний директор Национального агентства инвестиций и приватизации Наталья Никандрова выступила с детальным докладом о возможностях и перспективах вложений в белорусскую экономику, о ее потенциале. Участники из Могилева отмечали успех совместных проектов в своем регионе: турецкий бизнес там с 2002 г., компания «Карбелтекс» наращивает выпуск текстиля вплоть до детской одежды. А самым успешным стало предприятие детских товаров, заработавшее в 2012 г. после прихода турецких инвестиций. Выпуск быстро вырос в полтора раза, и уже в 2015 г. открыли вторую производственную линию. В 2016 г. – 6 млн единиц продукции в месяц.

Замдиректора другого СП, BelEmsa, Осман Учар, рассказал об успехе своего предприятия: в 2015 г. на Белорусско-турецком инвестиционном форуме в Стамбуле подписали соглашение о совместном производстве, уже весной 2016 г. стали производить влажные салфетки и за полгода вышли на рынки всего ЕАЭС – России, Казахстана, Армении, а также Таджикистана. Производство – 20 млн упаковок в год, новые рабочие места.

Общая оценка турецких бизнесменов – в Беларуси условия для бизнеса становятся все лучше, работать тут комфортно, есть серьезные плюсы, в т.ч. облегчается налогообложение.

Собственность находится под гарантированной защитой. Есть заметный прогресс и по части упрощения правил ведения бизнеса.

Выступая на форуме, президент Беларуси сделал акцент на важном аспекте – возможности выхода через страну на обширный евразийский рынок с учетом интеграции. А также перспективы увязать проекты с китайскими инфраструктурными – тем же проектом «Один пояс, один путь». А главное – между Минском и Анкарой нет никаких споров и трений.

Крупнейшие белорусские предприятия («Белнефтехим», МАЗ, БелАЗ, «Амкодор», «Гомсельмаш» и т.д.) либо уже открыли свои представительства в Турции и создали товаропроводящую сеть, либо на стадии разработки и подготовки.

В рамках форума прошла научно-техническая выставка, где было представлено более 150 белорусских инновационных проектов – вплоть до космических. Турки выразили к большинству из них немалый интерес.

Среди новых и привлекательных для турецкой стороны сфер – белорусские наработки в ядерной энергетике. Турция строит АЭС «Аккую» в средиземноморской провинции Мерсин совместно с Россией и по российскому проекту (как и белорусы в Островце), начаты работы по второй станции и планируется третья.

Белорусский бизнес также доволен сотрудничеством с турецкими партнерами. Отмечается их готовность учитывать интересы другой стороны, понимание важности взаимной выгоды, стремление соблюдать местные правила и законы. В ходе форума, в частности, директор белорусской компании одежды Mark Formelle Андрей Сериков подчеркнул высокий профессионализм и «скорость реакции» турецких партнеров, налаженную логистику. Он выразил мнение белорусского бизнеса в целом: турки показывают отличный пример роста и охвата зарубежных рынков, у них есть чему поучиться.

Выступая на форуме, президент Лукашенко заявил, что обе страны намерены всячески развивать сотрудничество в самых разных областях. Но бизнес все же в этом отстает от политиков, хотелось бы его стимулировать.

Он призвал выйти на новый, еще более интенсивный уровень партнерства. Это, возможно, в условиях евразийского интеграционного пространства послужит и на благо соседних стран. Стремительно развивается сфера высоких технологий, тут новое, многообещающее поле работы, турецкие инвестиции могли бы очень серьезно помочь. Он также указал на важность и перспективность в этом контексте китайско-белорусского индустриального парка «Великий камень» под Минском, призвав турецкие компании становиться его резидентами и помочь в строительстве его объектов.

Президент Эрдоган, в свою очередь, отметил, что видит важный плюс в отношениях с Беларусью в том, помимо прочего, что экономики двух стран не конкурируют, а дополняют друг друга. Он выразил пожелание еще больше усовершенствовать договорно-правовую базу сотрудничества, чтобы дать бизнесу новые возможности. И тоже обратил внимание на серьезные перспективы, возникающие в результате евразийской интеграции: открываются дополнительные возможности на обширных рынках третьих стран. Он высказался за всемерное развитие совместных производств.

Форум стал крупнейшим подобным мероприятием в истории торгово-экономических отношений Беларуси и Турции.

Дальнейшее сближение


В 2017 г. наблюдалось некоторое затишье в двусторонних контактах на высоком уровне. Но при этом руководство периодически использовало возможности, чтобы выразить дружеские чувства. Так, в поздравлении с Днем Республики – официальным праздником Турции 30 октября – президент Лукашенко назвал ее «сильной страной и признанным лидером региона» и отметил, что Беларусь считает ее надежным другом.

В феврале 2018 г. Минск посетил премьер-министр Бинали Йылдырым (чуть позже, в июле, его пост был упразднен, Эрдоган возглавил и правительство). Кстати, это также был первый в истории визит главы турецкого правительства в Беларусь. Принимая его, Лукашенко назвал отношения с его страной в последние годы «ренессансом», отметил налаженные торгово-экономические связи и добавил: «У нас как никогда хорошие политические межгосударственные отношения». Министерства тесно сотрудничают, товарооборот идет к миллиарду, но это лишь фундамент для дальнейшего роста. Глава государства подчеркнул: между нами нет никаких спорных вопросов.

В свою очередь, Йылдырым выразил свое мнение и позицию президента Эрдогана: турецкое руководство удовлетворено развитием отношений с Беларусью, хотя согласно, что потенциал еще далеко не исчерпан и тоже хотело бы дальнейшего углубления партнерства. Миллиард долларов товарооборота – не предел. Премьер встретился и со своим тогдашним белорусским визави Андреем Кобяковым, обсудив массу тем и назвав встречу плодотворной. Переговоры охватили в основном торгово-экономические вопросы, но затрагивались также наука, инновации, транспорт, образование, культура, спорт.

Йылдырым особо подчеркнул значение в глазах Анкары миротворческих усилий Минска в регионе. Он заявил, что в его стране видят белорусскую политику нацеленной на укрепление мира, стабильности и благополучия соседей.

В ходе визита было подписано несколько соглашений в области экономики, транспорта, стандартизации, науки и даже библиотечного дела. Как обычно бывает в таких случаях, к визиту приурочили бизнес-форум. Выступая на нем, Кобяков назвал это доброй традицией и обрисовал, как Минск видит перспективы дальнейших отношений. Главное – экономика, и миллиард долларов товарооборота – лишь промежуточный шаг к полутора миллиардам. Идет переход от обычной торговли к инвестиционной и производственной кооперации. Две страны выходят на стадию совместного развития IT. Беларусь намерена создавать еще более комфортные условия для турецких инвесторов и бизнеса и рада видеть рост доверия к своему рынку с их стороны.

В качестве важнейшего фактора Кобяков назвал возможность удобного выхода через Беларусь на все пространство евразийской интеграции. Отметил он и улучшение инвестиционного и налогового климата в стране, и обилие квалифицированной рабочей силы, что, впрочем, турки давно оценили. Он обещал поддержку открытию турецких производственных предприятий в республике, особенно в таких отраслях, как машиностроение, химпром, текстиль, логистика, сельское хозяйство, производство запчастей. Как и в случае ряда других стран, белорусский интерес – в создании сборочного производства на территории партнера. При этом белорусский премьер подчеркнул, что на встрече с Йылдырымом обсуждались конкретные шаги по реализации всего вышеизложенного.

Вместе с тем Кобяков и участники форума обращали внимание на такой неоднозначный момент, как резко отрицательное сальдо для Беларуси.

Хотя есть и прорывы: так, по словам начальника главного управления ВЭД Минсельхозпрода Алексея Богданова, за 2017 г. предприятия отрасли продали туркам сельхозпродукции почти на $11 млн, что составило рост в 100 раз по сравнению с 2016 г. Хитом стало сливочное масло, чему помог его возникший дефицит в мире. Также на ура пошли молоко, мука, сахар, творог, яйца. Минсельхозпрод собирается развить успех и расширять ассортимент продаж, особенно на турецкие курорты.

В планах белорусов – довести прирост инвестиций из Турции до 20-30% в год, создать новый банк с турецким капиталом и вообще новые производства, желательно высокотехнологичные. Но главное – сбалансировать сальдо торгового оборота.

А в январе 2019 г. Минск посетил министр обороны Турции Хулюси Акар, обсудивший ряд вопросов сотрудничества в сфере безопасности. Не стоит забывать, что обе страны крайне серьезно относятся к этой тематике. Его принял президент Лукашенко и заверил, что Беларусь готова расширять сотрудничество в данной области. Министр и сопровождавшая его делегация посетили ряд предприятий ВПК, провели переговоры в Минобороны и Государственном военно-промышленном комитете республики. Основное их содержание осталось за кадром. Известно, что Турция сотрудничает с Беларусью в данной сфере с 1990-х гг. При этом военные эксперты обращают внимание на то, что обе взаимодействуют в военной области с одними и теми же партнерами на постсоветском пространстве – прежде всего, с Азербайджаном и Казахстаном. У ВПК двух государств немало схожих задач, наработан определенный производственный задел. А хорошие политические отношения только способствуют военно-промышленной кооперации.

Подводя итог, заметим: перед нами партнерство, крайне выгодное обеим сторонам.

Турция развивается настолько успешно, что стала угрожать определенным интересам. Да, ее политика иной раз вызывает вопросы, но вместе с тем нельзя отрицать ее впечатляющих успехов. Но и Беларуси есть что предложить. В первую очередь – помочь Турции укрепить позиции (и заодно усилить свои благодаря сотрудничеству с ней) на рынке ЕАЭС. Во-вторых, обеспечить комфортную площадку для бизнеса посреди Европы. В-третьих, развернуть совместное производство самого широкого ассортимента продукции, чтобы вместе штурмовать рынки. Причем речь все чаще заходит о хайтеке – обе страны крайне серьезно подходят к технологической революции наших дней и могут взаимно дополнить участие друг друга в этом процессе. Хотя к обеим странам еще недавно относились скептически: мол, какие там еще у них технологии? Их потолок – трактора (в белорусском случае) или отели «все включено» (в случае турецком). А не все так просто оказалось. Можно сказать так: белорусско-турецкое партнерство – образец сотрудничества в условиях обострения конкуренции на стремительно меняющемся глобальном рынке.


Павел Потапейко, кандидат исторических наук

Загрузка...
Комментарии
22 Октября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Попытки Запада рассматривать Беларусь как «вторую Украину» создают новые риски.

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2018 году
инфографика
Цифра недели

25%

составляет запланированный рост численности литовской армии к 2024 г. Увеличить намерены как число профессиональных военных, так и резервистов

Mediametrics