11 Апреля 2019 г. 18:20

Переговоры Лукашенко и Эрдогана: Турция разыграет «белорусскую карту»?

Переговоры Лукашенко и Эрдогана: Турция разыграет «белорусскую карту»?
Фото: g3.dcdn.lt

В последние годы между Минском и Анкарой на фоне усиления сотрудничества наблюдается активизация контактов на высшем уровне: в 2016 г. президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил первый в истории визит в Беларусь, а совсем скоро Александр Лукашенко посетит Анкару. В преддверии поездки белорусского лидера кандидат исторических наук Павел Потапейко специально для «Евразия.Эксперт» раскрыл, как развивалось белорусско-турецкое сотрудничество, в каком состоянии оно находится сегодня и каковы его перспективы на будущее.

Экономика Турции


Турецкая экономика оценивается МВФ, Всемирным банком и другими подобными структурами как бурно растущая. Эксперты относят Турцию к категории высокоразвитых, «новых индустриальных» стран. У нее 17-й ВВП в мире (и 13-й по паритету покупательной способности). Всемирный банк в 2000-х гг. рассматривал ее как экономику с уровнем доходов выше среднего (по ВВП на душу населения). В 2014 г. «Форбс» насчитал в одном Стамбуле 37 миллиардеров – 5-е место в мире.

ВВП Турции стабильно рос: с $155 млрд (по ППП) в 1980 г. до $275 млрд в 1986 г., $387 млрд в 1990 г., $558 млрд в 1996 г., $680 млрд в 2000 г., $965 млрд в 2005 г., $1,2 трлн. в 2010 г., $1,9 трлн. в 2015 г. и $2,1 трлн. в 2017 г. На душу населения – не менее успешно: $3,4 тыс. в 1980 г., $4,8 тыс. в 1985 г., $7 тыс. в 1990 г., $8,5 тыс. в 1995 г., $10,5 тыс. в 2000 г., 16,9 тыс. в 2010 г. и 26,8 тыс. в 2017 г. Инфляция до прихода к власти партии Эрдогана в 2002 г. составляла 40-60% в год, но затем упала до менее 10%. Безработица – 6-8% в год, лишь в последнее время 10-11%. А госдолг, составлявший в 2002 76% ВВП, сократился до 40% в 2010 и 28,5% в 2017.

Однако с августа 2018 г. Турция переживает серьезный валютно-финансовый кризис.

Лира теряет стоимость, усиливается инфляция, все чаще встречаются сообщения о невыплате займов и кредитов. Экономисты называют в числе причин высокий внешний долг и дефицит платежного баланса, но указывают и на недовольство западных партнеров курсом президента Реджепа Тайипа Эрдогана, которого обвиняют в ползучей исламизации, авторитарных тенденциях и отходе от секулярных ценностей кемализма. Помимо прочего, правительство, по мнению экспертов, неудачно вмешалось в сферу процентных ставок. В итоге 2017 г. стал вторым годом подряд, когда страну покинуло свыше 5 тыс. лиц с активами на сумму не менее $1 млн. Турецкий бизнес и банки активно залезают в долги, преимущественно в зарубежной валюте. Стране нужно находить до $200 млрд в год, чтобы поддерживать дефицит платежного баланса на приемлемом уровне и выплачивать долги. А при этом валютные резервы составляют всего $85 млрд.

Правда, с 2002 по 2011 гг. рост бюджетного дефицита сокращался с 10% до 3% в год, что соответствует Маастрихтским критериям допустимого дефицита. А котировки Стамбульской биржи в 2017-2018 гг. росли рекордными темпами. В последние годы Moody’s и другие схожие агентства несколько раз повышали кредитный рейтинг Турции. Но и тут тревожный знак: в середине 2018 г. биржа «просела», а Moody’s и Standard&Poor’s рейтинги понизили. Валютно-долговой кризис 2018 г. прервал период роста экономики при правительстве Эрдогана. Он разразился после «твита» Трампа об удвоении тарифов на турецкую сталь и алюминий 10 августа 2018 г. Лира потеряла 17% стоимости в тот же день, а с тех пор подешевела на 40% к доллару.

Но, несмотря ни на что, ОЭСР в 2017 г. оценивала перспективы экономики страны к 2025 г. как одни из самых многообещающих среди своих членов, прогнозируя ежегодный рост в 4,9%. Хотя тот же Moody’s предсказывает на 2019 г. всего 2%. Турция входит в «Большую экономическую двадцатку» с 1999 г., с 1995 г. действует ее таможенный союз с ЕС.

Согласно специальному исследованию по Турции издания The Financial Times от 2013 г., лидеры бизнеса и руководство этой страны делают ставку на рост экспорта за пределами западных рынков. Если некогда на ЕС приходилось более половины турецкого экспорта, то к 2013 г. – лишь треть с небольшим. Однако к 2018 г. эта цифра вновь возросла до 50%. А прямые зарубежные инвестиции турецких компаний на 2017 г. выросли в 10 раз за 15 лет. Правительство Эрдогана рассчитывает на сферу строительства и смежных услуг, именно там действуют многие связанные с ним бизнесмены. Но к маю 2018 г. в Турции накопилось около 2 млн непроданных домов. Облегченное получение кредитов строительными компаниями и господдержка стали мотором кризиса.

Турция входит в число мировых лидеров производства сельхозпродукции, текстиля, автомобилей, транспортных деталей и запчастей, стройматериалов и оборудования, бытовой электроники и предметов домашнего назначения.

Компания Vestel – крупнейший производитель телевизоров в Европе. На нее приходилось до четверти сделанных (и проданных) телевизоров континента в 2006 г. А вместе с компанией-конкурентом Beko – и более половины. Еще одна, Profilo Telra, заняла третью строчку по производству телевизоров в Европе. После создания таможенного союза между Турцией и ЕС производимые в этой стране цветные телевизоры заняли к 2005 г. свыше 50% соответствующего рынка ЕС. Схожая картина вообще по бытовой электронике. Турецкие цифровые девайсы к тому времени завоевали 15% рынка Евросоюза.

Еще одна мощная отрасль турецкой промышленности – автопром. В 2008 г. здесь произвели более 1,2 млн транспортных средств (не только автомобилей), что вывело страну на 5-е место в Европе по этому показателю (чуть отстала от Британии, но обгоняла Италию), а в мире – на 20-е. Экспорт продукции данной отрасли (включая запчасти) в тот год принес почти $23 млрд. Основы были заложены еще в 60-е. Автопром в основном сосредоточен вокруг Мраморного моря. В 2016 г. автопроизводство (включая автобусы, грузовики, локомотивы и др.) перевалило за миллион единиц техники. Помогли восстановившийся рост спроса в Европе и инвестирование в новые модели (например, высокоскоростные поезда). И это был четвертый год роста продаж подряд, производство же росло в среднем на 9% в год. На экспорт идет порядка 80% произведенной техники, 20% поглощает свой, не самый маленький рынок. Но это пока авто чужих брендов, ставится задача сделать свой собственный.

Важная сфера турецкой экономики – ВПК. Экспорт тут достиг $1,6 млрд к 2014 г. Среди флагманов – такие компании, как MKEK, TAI, Aselsan, Roketsan, FNSS, Nurol Makina, Otokar, Havelsan. Они разрабатывают военную авиацию, танки, ракеты и др. как самостоятельно, так и совместно с партнерами из других стран. Достаточно сказать, что уже есть собственные спутники-разведчики Göktürk-1 и Göktürk-2.

Турция – страна бурно развивающейся науки, исследований, инноваций. Ведущее агентство в этой области – TÜBİTAK. Активно и научное общество TÜBA, обладающее важной автономией в принятии решений о том, в каких сферах проводить исследования. За ядерную энергетику отвечает структура под названием TAEK. Есть даже свой центр разработки и испытания спутников, подведомственный министерству обороны, но непосредственно подчиняющийся Turkish Aerospace Industries.

По производству стали Турция – на 8-м месте в мире. В 2013 г. – 29 млн т. Рекорд был поставлен в 2011 г. – 34 млн т. Крупнейшие производители – такие компании, как Erdemir (7 млн т в год, 47-е место на этом рынке), Habaş, İçdaş, Diler, группа Çolakoğlu.

Важная область производства – текстильная. Экспорт здесь – порядка $14 млрд, три четверти – в ЕС. Не менее важен сектор строительный. В 2016 г. 39 турецких фирм вошли в список 250 крупнейших в этой отрасли в мире. Помогают и нестандартные меры правительства – например, программа «амнистии» нелегально возведенных зданий. Хотя тут есть вопросы к безопасности, особенно с учетом нередких землетрясений. Так, в феврале 2019 г. «амнистированное» 8-этажное здание рухнуло, похоронив 21 человека.

В аграрном секторе Турция – мировой лидер в производстве орехов, вишни, черешни, инжира, абрикосов и гранатов. Второй производитель айвы и арбузов, третий – огурцов, зеленого перца и фисташек. Четвертый – яблок, помидоров, баклажанов и оливок, пятый – чая и сахарной свеклы. С 1980-х гг. полностью обеспечивает себя продовольствием. И цифры растут из года в год. В то же время удельный вес сельского хозяйства в экономике падает. В 2009 г. в этом секторе было занято 29,5% рабочей силы. При этом 85% ферм имеют до 10 га земли. Нынешнее правительство инициировало ряд проектов, прежде всего в области ирригации и ГЭС (на $32 млрд). В 2016 г. ЕС импортировал фруктов и овощей из Турции на €738,4 млн (рост на 21% по сравнению с 2015 г.). Турция – в пятерке главных поставщиков для ЕС по этим показателям.

Животноводство дает 2/3 сельхозпродукции. Страна обеспечивает себя мясом, молочкой, яйцами, шерстью, рыбой и т.д. Оливки выращиваются по 500 тыс. т в год, плюс производится 300 тыс. т оливкового масла.

Динамично развивается и сектор услуг. В стране почти 100 аэропортов, в т.ч. 22 международных. Стамбульский аэропорт им. Ататюрка – 11-й по объемам перевозок в мире, обслуживая 50-60 млн пассажиров в год. Сейчас в одном только Стамбуле строится уже третий аэропорт, который должен стать вообще крупнейшим в мире – он будет способен принять до 150 млн пассажиров в год. А авиакомпания «Турецкие авиалинии» (Turkish Airlines), работающая с 1933 г., признавалась влиятельной британской консалтинговой фирмой Skytrax 5 лет подряд (2011-15) лучшей авиакомпанией Европы. Она является крупнейшей по числу рейсов и охваченных стран мира (126 на 2016 г.).

Железнодорожная сеть – тоже одна из лучших в мире и 22-я по протяженности. С 2003 тут создают высокоскоростные линии. Развиты и сеть шоссе, и прочие коммуникации. В частности, торговый флот 7 г. в мире по числу судов. По территории страны проходят 7,5 тыс. км газопроводов и 3,6 тыс. км нефтепроводов. Она занимает 15-е место в мире по количеству мобильников на душу населения (и 15-е по числу интернет-пользователей), тут действуют компании телефонной и мобильной связи с мировым именем. Телефонные кабели по морскому дну соединяют с Россией, Болгарией, Грецией и другими соседями. Есть спутники в космосе, обеспечивающие отличную связь.

Одна из самых мощных отраслей экономики – туризм. По мнению самых авторитетных экспертов, 11 из 100 лучших отелей мира – именно здесь. Число туристов непрерывно растет: с 24 млн в 2005 г. (принесших в казну $18 млрд) до 34,6 млн (и $25 млрд) в 2011 г. В 2012 г. туризм дал 11% ВВП и обеспечил более 8% рабочих мест.

Очень развит банковский сектор, один из сильнейших в Европе. Велик приток инвестиций. На 2014 г. 12 турецких компаний и групп вошли в список крупнейших мировых по версии «Форбс». Пять из них – из банковской сферы, 2 – из сферы телекоммуникаций, по 1 – из области строительства, транспорта и напитков.

Основные торговые партнеры Турции – Германия, Россия и Великобритания. Кроме таможенного союза с ЕС, она подписала соглашения о свободной торговле с 22 странами. Турция – крупный инвестор в ЦВЕ и СНГ. Она вложила треть своих инвестиций за последние 25 лет в Россию и более 40% в Болгарию и Румынию.

В отличие от многих стран, Турция решительно и устойчиво сокращает экспорт ресурсов (в 1980 г. газ составлял 74% экспорта, а в 2005 г. – лишь 12%) и наращивает экспорт высоко-и среднетехнологичной продукции (с 5% в 1980 г. до 43% в 2005 г.). Однако остается добытчиком и нефти, и газа. Хотя при этом собственных ресурсов не хватает для полного самообеспечения. Правда, недавно обнаружены новые месторождения.

В 2005 г. был торжественно открыт нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан. На слуху и трубопровод «Набукко», и «Голубой поток».

У Турции 5-е место в мире по геотермальным источникам, а доля возобновляемой энергетики в целом почти вдвое выше средней по ЕС. Ставилась цель увеличить ее долю к 2023 г. до 30%. А уже в 2017-м она была достигнута – 32%. Этого позволили достичь гидроисточники, ветер и солнечная энергия.

Богатейшие недра страны делают ее десятой в мире по разнообразию полезных ископаемых. Так, здесь добывают 60 видов минералов. Богатые залежи угля, железной руды, меди, хрома, урана, золота, магния.

В то же время развитие регионов неравномерно: запад намного более «продвинут», чем восток. Хотя в последние 10 лет приняты программы, чуть сократившие дисбаланс.

Беларусь и Турция


Две страны установили дипотношения в марте 1992 г. Кстати, Турция оказалась первой страной мира, признавшей независимость Республики Беларусь – 16 декабря 1991 г. В последние годы отношения лишь укрепляются. Так, в ходе визита Эрдогана в Минск в ноябре 2016 г. (первого визита президента Турции в Беларусь в истории) было подписано 9 документов, высокий гость принял участие в торжественном открытии мечети в Минске – первой за десятилетия. Об этом подробнее поговорим чуть ниже.

Сегодня у Турции 9-е место в торговле с Беларусью.

В 2017 г. товарооборот между двумя странами достиг $942 млн (из которых лишь $134 млн – экспорт Беларуси в Турцию). Тогда как на 2001 г. он составлял всего $39 млн (турецкие поставки и тогда преобладали – $23 млн). Каждый год – причем в период кризиса – он возрастал на порядок: в 2009 г. – $266,7 млн, 2010 г. – $363 млн, 2011 г. – $448 млн, 2013 г. – $578 млн. А к 2016 г. – до $817 млн (импорт тотально преобладал: $732 млн). Торговля услугами в 2017 г. также выросла – до $48 млн, причем здесь как раз довлел экспорт услуг из Беларуси: $31 млн. В основном это транспорт. Кроме того, широко известно, что белорусы активно посещают Турцию в качестве туристов. Руководство Беларуси ставит задачу выйти не на $1 млрд, как с рядом других партнеров, а на $1,5 млрд.

К 2018 г. объем инвестиций перевалил за $1,2 млрд. Но это за все годы сотрудничества. А конкретно за 2017 г., например, он составил $51 млн (рост на 149% к 2016 г.), в т.ч. прямых инвестиций $43 млн (рост на 137%).

Беларусь в основном продает в Турцию калийные удобрения, дорожную технику, оборудование, синтетические волокна и нити, полуфабрикаты из нелегированной стали. А Анкара поставляет ей полимеры, теле-и радиооборудование, запчасти к электронике, автомобилям и тракторам, сельхозпродукцию, табачное сырье, трикотаж.

В 2004 г. в Беларуси работало 21 предприятие с турецким капиталом. В 2018 г. – порядка 300.

Активно работает Белорусско-турецкая совместная экономическая комиссия. Девятая встреча прошла в июле 2017 г. в Минске под председательством главы МИД Беларуси Владимира Макея и министра лесных и водных ресурсов Турции Вейселя Эроглу. Следующая пройдет в 2019 г. в Анкаре.

Поначалу в двусторонних отношениях не все было гладко. Так, в ноябре 1994 г. два турецких дипломата даже были высланы из Беларуси, отношения временно испортились (заморожен турецкий кредит в размере $100 млн), но наладились после визита главы МИД Турции в Минск в августе 1995 г. Турция – в лидерах по инвестициям в Беларусь: 3-е место и $1,2 млрд с 1992 по 2015 гг. (прежде всего, в строительной сфере). Для сравнения: в Эстонию турки вложили с 2002 по 2015 гг. всего $2 млн.

Беларусь очень интересовала турецкий бизнес, особенно строительный.

В Беларуси активно идут стройки, но инфраструктура долго оставляла желать лучшего. Поэтому неудивительно, что именно в этой сфере наладилось наиболее активное сотрудничество.

По мнению турецких аналитиков, в частности Серкана Гюмюша, в свое время учившегося в БГУ, Беларусь в глазах их земляков-бизнесменов обладает немалой инвестиционной привлекательностью. Они обращают внимание, что вкладываться в нее те начали уже с начала 90-х гг. Но активно – в 2000-х гг., т.к. в результате реформ Эрдогана экономическая ситуация в самой Турции заметно улучшилась, высвободились капиталы, которые могли работать и давать прибыль за рубежом. Турецкие инвесторы вообще стали тогда активно выходить на мировые рынки. К 2011 г. объем их вложений за рубежом в энергетике, банковской сфере, коммуникациях, производстве и других секторах экономики достиг $24 млрд, к 2012 г. в этом участвовали более 3,5 тыс. турецких компаний. Но был и другой фактор: в апреле 2000 г. вступил в силу подписанный двумя странами еще в июле 1996 г. в ходе визита Александра Лукашенко Договор о дружбе и сотрудничестве, ратифицированный к тому времени обоими парламентами.

С тех пор активность турецких компаний в Беларуси заметно расширилась. Гюмюш оценивает реальный объем турецких вложений в Беларуси еще выше, поскольку не учитываются полностью закупки турками материалов и оборудования белорусского производства, тогда как белорусская статистика считает лишь инвестиции, идущие непосредственно из Турции. А ведь есть еще и вложения через оффшорные зоны, когда турецкий капитал становится как бы не вполне турецким.

К числу основных успешно реализованных инвестиционных проектов Турции в Беларуси относятся таковые в сфере телекоммуникаций, строительства и гостиничного бизнеса.

Среди примеров можно назвать приобретение компанией Turkcell в 2008 г. 80% акций белорусского оператора мобильной связи «БеСТ», ряд проектов в сфере гостиничной инфраструктуры, иного строительства, производства стройматериалов, текстиля. Турецкие компании стали резидентами белорусских СЭЗ. В Турции открылись представительства концерна «Белнефтехим» и Минского автозавода. На 1 января 2018 г. в Беларуси было зарегистрировано около 300 компаний с турецким капиталом.

Наибольшее количество турецких инвестиционных проектов отмечается в строительной сфере. Во всем мире на 2012 г. стройфирмы из этой страны заработали более $20 млрд. Из них в Беларуси (начиная с 1991 г.) – $900 млн с лишним. Так, в 2008 г. строительная фирма Emsas выразила намерение построить отели не только в Минске, но и в областных центрах – Гродно, Бресте и Могилеве. Именно она создала одну из главных гостиниц столицы, «Минск», еще в 1990-х гг. Посетив Беларусь, руководители фирмы вели речь и о стройке жилых кварталов, производственных и административных зданий. Можно назвать гостиницу «Crowne Plaza» (группа Princess) или центр бизнеса и развлечений «Журавинка» (компания «Минселко»). Все – в центре белорусской столицы. К 2012 г. турецкие строительные компании развернули работу над проектами общей стоимостью еще более чем $120 млн. Крупнейшим стало строительство в Минске пятизвездочного «Президент-отеля» на месте бывшей гостиницы «Октябрьская» (открыт в мае 2013 г.). Оно осуществилось в основном за счет $50,9 млн, выделенных «Тюрк Эксимбанком» (85%, остальные 15% внес «Беларусбанк»). В 2012 г. началось строительство отеля «Хилтон» у стадиона «Динамо», и, хотя сам проект и заказчик не из Турции, стройку ведет тот же «Эмсаш». Турецкая компания Renaissance Construction (владелец которой занимает 7-ю строчку в рейтинге турецких миллиардеров) построила торговый центр Galleria Minsk. И таких примеров множество – стройки особенно стимулировало приближение Чемпионата мира по хоккею 2014 г. Отмечается высокое качество поставленных материалов для покрытия дорог в Беларуси.

Интересна история первого в Минске пятизвездочного отеля «Crowne Plaza», популярного у турецких бизнесменов и туристов. Его в 2008 г. построил Суди Озкан, владелец и гендиректор Princess International Group, имеющей сеть отелей и казино в ряде стран. И сделал это после свадьбы в 2004 г. с белорусской девушкой. Правда, через 7 лет развелся. Его группа компаний открыла в Беларуси сеть казино Princess. Но в 2017 г. появились сообщения, что эта группа превратилась в должника, в т.ч. перед белорусским бюджетом (по данным Министерства по налогам и сборам). За год до того Озкан заморозил реализацию двух проектов: расторг договор с исполкомом о строительстве одной гостиницы и приостановил строительство другой. Тем не менее отель Crowne Plaza Minsk в марте 2019 г. был номинирован на премию World Travel Awards 2019.

Следует отметить инвестиции в белорусскую легкую промышленность. Турецкие фирмы заинтересованы в текстильном производстве Беларуси.

Особенно высок интерес к льняным тканям, камвольным предприятиям. Создаются совместные предприятия. А в 2010 г. компания «Ватан Макина» выиграла тендер и подписала контракт на поставку технологической линии по производству детского питания на Оршанском мясоконсервном заводе.

В том же 2010 г. президент Беларуси нанес новый визит в Турцию и обсуждал расширение спектра сотрудничества, новые его сферы – инжиниринг и др. Не забыты и традиционные поставки тракторов и самосвалов. Стороны договорились о создании СП по их сборке в Турции. Обсуждалось участие в приватизации белорусских предприятий (например, легкой промышленности). И в инфраструктурных проектах – завязанных на китайский «Один пояс, один путь», а также балтийских, балто-черноморских и прочих.

На бизнес-форумах турецкие предприниматели подчеркивают интерес к сельскому хозяйству, строительству и торговле. Так, в ходе одного из них в 2012 г. председатель Федерации бизнесменов и предпринимателей Черноморского региона Турции, член совета управления группы «Тускон» Осман Реис отметил, что в Беларуси для развития бизнеса есть множество возможностей, которые прекрасно видны его соотечественникам. Он говорил, в частности, о наращивании и диверсификации поставок в Беларусь – от маринадов до ковров. Но также и о планах покупать белорусские товары – особенно мясо и полуфабрикаты из птицы, создавать СП в области переработки сельхозпродукции и т.п. Замглавы СЭЗ «Гомель-Ратон» Александр Корнев отметил, что, например, в создании СП заинтересована Гомельская область – скажем, в области машиностроения и электроники. Данное СЭЗ наладило связи с торговыми и промышленными палатами, союзами промышленников и предпринимателей ряда регионов Турции, и схожие процессы развиваются между другими СЭЗ и регионами двух стран.

Оппозиция: Минск ищет в Анкаре противовес Кремлю?


Критики официального Минска стараются углядеть в развитии сотрудничества между Беларусью и Турцией некую «козу» России. Так, в апреле 2016 г. аналитик «Центра Острогорского» Сергей Богдан комментировал участие президента Лукашенко в Стамбульском саммите Организации исламского сотрудничества (куда Беларусь пригласили в статусе наблюдателя) статьей «Минск не хочет выступать за Кремль и его союзников», где сфокусировался на тревоге ряда российских СМИ. Как некоторые из них, так и белорусские «независимые эксперты» тут же истрактовали визит как «демонстративное сближение на фоне ухудшения отношений между Беларусью и Россией». Дело в том, что как раз тогда турецкими ВВС был сбит российский самолет. И некоторые комментаторы восприняли визит белорусского лидера в Турцию как чуть ли не пощечину Москве. И добавили: «Отказ Беларуси поддержать российскую союзницу Армению в конфликте с Азербайджаном производит впечатление нелояльности Лукашенко в глазах Кремля». И далее: «Москва отказывается принимать что-либо, кроме полной поддержки своей политики. Что-то иное для Кремля – предательство. А Минск отказывается действовать в подобных черно-белых категориях». Это уже признание дипломатического мастерства, в чем раньше власти оппозиция отказывала.

Богдан считает, что Минск больше заинтересован в сотрудничестве с Анкарой, чем та с ним.

Он ссылается на «Коммерсант», который уверен, что Эрдоган решил разыграть «белорусскую карту» против России. А Лукашенко, по его мнению, укрепляет контакты с консервативными ближневосточными режимами, связанными с Западом. Но сам Богдан пишет: никаких высказываний о «белорусской карте» ни от кого из турецких официальных лиц не звучало.

Первый визит турецкого президента в Беларусь: мечеть и форум в Минске


Важным символом укрепления дружбы между Беларусью и Турцией стало торжественное открытие в ноябре 2016 г. кафедральной мечети в Минске с участием глав двух государств. Это событие широко освещалось турецкими медиа. В Минске до революции и в первое время после нее мечеть существовала, причем недалеко от места, где ее сейчас построили – в этом районе некогда компактно проживали татары-мусульмане. Но в 1936 г. ее закрыли (богослужения были восстановлены в 1942-1949 гг.), а в 1962 г. снесли. А рядом с тем местом, где сегодня открыта новая, в прошлом было мусульманское кладбище, так что локацию выбрали не просто так. Сегодня в Беларуси более 30 этнических групп исповедуют ислам – по ряду оценок, до 100 тыс. чел. А до 2016 г. мечети были только в небольших городах на северо-западе, где исторически селились татары – в Ивье, Слониме, Новогрудке.

При мечети создается и учебное заведение. Кстати, часть элементов ее убранства изготовлена в Турции. Средства на мечеть изначально выделил Фонд короля Саудовской Аравии, но их хватило лишь на первый этап строительства. Стройка застопорилась, и белорусские мусульмане обратились к министерству религиозных дел Турции.

Открывая мечеть, президент Лукашенко выразил уверенность, что она станет «важным духовным центром и источником истинного ислама». А президент Эрдоган заметил, что, к сожалению, в других европейских странах нет той терпимости и дружелюбия, которыми мусульмане наслаждаются здесь.

Событие было приурочено к визиту Эрдогана в Минск, как и масштабный белорусско-турецкий бизнес-форум в те же дни. Отмечалось, что впервые он оказался настолько представителен. С Эрдоганом в Беларусь прибыло 209 руководителей турецких компаний (из них 144 – главы крупных фирм). С белорусской стороны налаживать либо развивать контакты решили свыше 300 предприятий. Участвовали и крупный, и средний, и малый бизнес, и госструктуры. Форум назвали «турецким днем в Минске»

Важно отметить: все эти компании и предприятия воспринимали укрепление связей в контексте евразийской интеграции, к которой Турция проявляет все больший интерес. Это постоянно подчеркивалось участниками форума.

Общий тон выступлений – инвесторам есть где развернуться. Так, тогдашний директор Национального агентства инвестиций и приватизации Наталья Никандрова выступила с детальным докладом о возможностях и перспективах вложений в белорусскую экономику, о ее потенциале. Участники из Могилева отмечали успех совместных проектов в своем регионе: турецкий бизнес там с 2002 г., компания «Карбелтекс» наращивает выпуск текстиля вплоть до детской одежды. А самым успешным стало предприятие детских товаров, заработавшее в 2012 г. после прихода турецких инвестиций. Выпуск быстро вырос в полтора раза, и уже в 2015 г. открыли вторую производственную линию. В 2016 г. – 6 млн единиц продукции в месяц.

Замдиректора другого СП, BelEmsa, Осман Учар, рассказал об успехе своего предприятия: в 2015 г. на Белорусско-турецком инвестиционном форуме в Стамбуле подписали соглашение о совместном производстве, уже весной 2016 г. стали производить влажные салфетки и за полгода вышли на рынки всего ЕАЭС – России, Казахстана, Армении, а также Таджикистана. Производство – 20 млн упаковок в год, новые рабочие места.

Общая оценка турецких бизнесменов – в Беларуси условия для бизнеса становятся все лучше, работать тут комфортно, есть серьезные плюсы, в т.ч. облегчается налогообложение.

Собственность находится под гарантированной защитой. Есть заметный прогресс и по части упрощения правил ведения бизнеса.

Выступая на форуме, президент Беларуси сделал акцент на важном аспекте – возможности выхода через страну на обширный евразийский рынок с учетом интеграции. А также перспективы увязать проекты с китайскими инфраструктурными – тем же проектом «Один пояс, один путь». А главное – между Минском и Анкарой нет никаких споров и трений.

Крупнейшие белорусские предприятия («Белнефтехим», МАЗ, БелАЗ, «Амкодор», «Гомсельмаш» и т.д.) либо уже открыли свои представительства в Турции и создали товаропроводящую сеть, либо на стадии разработки и подготовки.

В рамках форума прошла научно-техническая выставка, где было представлено более 150 белорусских инновационных проектов – вплоть до космических. Турки выразили к большинству из них немалый интерес.

Среди новых и привлекательных для турецкой стороны сфер – белорусские наработки в ядерной энергетике. Турция строит АЭС «Аккую» в средиземноморской провинции Мерсин совместно с Россией и по российскому проекту (как и белорусы в Островце), начаты работы по второй станции и планируется третья.

Белорусский бизнес также доволен сотрудничеством с турецкими партнерами. Отмечается их готовность учитывать интересы другой стороны, понимание важности взаимной выгоды, стремление соблюдать местные правила и законы. В ходе форума, в частности, директор белорусской компании одежды Mark Formelle Андрей Сериков подчеркнул высокий профессионализм и «скорость реакции» турецких партнеров, налаженную логистику. Он выразил мнение белорусского бизнеса в целом: турки показывают отличный пример роста и охвата зарубежных рынков, у них есть чему поучиться.

Выступая на форуме, президент Лукашенко заявил, что обе страны намерены всячески развивать сотрудничество в самых разных областях. Но бизнес все же в этом отстает от политиков, хотелось бы его стимулировать.

Он призвал выйти на новый, еще более интенсивный уровень партнерства. Это, возможно, в условиях евразийского интеграционного пространства послужит и на благо соседних стран. Стремительно развивается сфера высоких технологий, тут новое, многообещающее поле работы, турецкие инвестиции могли бы очень серьезно помочь. Он также указал на важность и перспективность в этом контексте китайско-белорусского индустриального парка «Великий камень» под Минском, призвав турецкие компании становиться его резидентами и помочь в строительстве его объектов.

Президент Эрдоган, в свою очередь, отметил, что видит важный плюс в отношениях с Беларусью в том, помимо прочего, что экономики двух стран не конкурируют, а дополняют друг друга. Он выразил пожелание еще больше усовершенствовать договорно-правовую базу сотрудничества, чтобы дать бизнесу новые возможности. И тоже обратил внимание на серьезные перспективы, возникающие в результате евразийской интеграции: открываются дополнительные возможности на обширных рынках третьих стран. Он высказался за всемерное развитие совместных производств.

Форум стал крупнейшим подобным мероприятием в истории торгово-экономических отношений Беларуси и Турции.

Дальнейшее сближение


В 2017 г. наблюдалось некоторое затишье в двусторонних контактах на высоком уровне. Но при этом руководство периодически использовало возможности, чтобы выразить дружеские чувства. Так, в поздравлении с Днем Республики – официальным праздником Турции 30 октября – президент Лукашенко назвал ее «сильной страной и признанным лидером региона» и отметил, что Беларусь считает ее надежным другом.

В феврале 2018 г. Минск посетил премьер-министр Бинали Йылдырым (чуть позже, в июле, его пост был упразднен, Эрдоган возглавил и правительство). Кстати, это также был первый в истории визит главы турецкого правительства в Беларусь. Принимая его, Лукашенко назвал отношения с его страной в последние годы «ренессансом», отметил налаженные торгово-экономические связи и добавил: «У нас как никогда хорошие политические межгосударственные отношения». Министерства тесно сотрудничают, товарооборот идет к миллиарду, но это лишь фундамент для дальнейшего роста. Глава государства подчеркнул: между нами нет никаких спорных вопросов.

В свою очередь, Йылдырым выразил свое мнение и позицию президента Эрдогана: турецкое руководство удовлетворено развитием отношений с Беларусью, хотя согласно, что потенциал еще далеко не исчерпан и тоже хотело бы дальнейшего углубления партнерства. Миллиард долларов товарооборота – не предел. Премьер встретился и со своим тогдашним белорусским визави Андреем Кобяковым, обсудив массу тем и назвав встречу плодотворной. Переговоры охватили в основном торгово-экономические вопросы, но затрагивались также наука, инновации, транспорт, образование, культура, спорт.

Йылдырым особо подчеркнул значение в глазах Анкары миротворческих усилий Минска в регионе. Он заявил, что в его стране видят белорусскую политику нацеленной на укрепление мира, стабильности и благополучия соседей.

В ходе визита было подписано несколько соглашений в области экономики, транспорта, стандартизации, науки и даже библиотечного дела. Как обычно бывает в таких случаях, к визиту приурочили бизнес-форум. Выступая на нем, Кобяков назвал это доброй традицией и обрисовал, как Минск видит перспективы дальнейших отношений. Главное – экономика, и миллиард долларов товарооборота – лишь промежуточный шаг к полутора миллиардам. Идет переход от обычной торговли к инвестиционной и производственной кооперации. Две страны выходят на стадию совместного развития IT. Беларусь намерена создавать еще более комфортные условия для турецких инвесторов и бизнеса и рада видеть рост доверия к своему рынку с их стороны.

В качестве важнейшего фактора Кобяков назвал возможность удобного выхода через Беларусь на все пространство евразийской интеграции. Отметил он и улучшение инвестиционного и налогового климата в стране, и обилие квалифицированной рабочей силы, что, впрочем, турки давно оценили. Он обещал поддержку открытию турецких производственных предприятий в республике, особенно в таких отраслях, как машиностроение, химпром, текстиль, логистика, сельское хозяйство, производство запчастей. Как и в случае ряда других стран, белорусский интерес – в создании сборочного производства на территории партнера. При этом белорусский премьер подчеркнул, что на встрече с Йылдырымом обсуждались конкретные шаги по реализации всего вышеизложенного.

Вместе с тем Кобяков и участники форума обращали внимание на такой неоднозначный момент, как резко отрицательное сальдо для Беларуси.

Хотя есть и прорывы: так, по словам начальника главного управления ВЭД Минсельхозпрода Алексея Богданова, за 2017 г. предприятия отрасли продали туркам сельхозпродукции почти на $11 млн, что составило рост в 100 раз по сравнению с 2016 г. Хитом стало сливочное масло, чему помог его возникший дефицит в мире. Также на ура пошли молоко, мука, сахар, творог, яйца. Минсельхозпрод собирается развить успех и расширять ассортимент продаж, особенно на турецкие курорты.

В планах белорусов – довести прирост инвестиций из Турции до 20-30% в год, создать новый банк с турецким капиталом и вообще новые производства, желательно высокотехнологичные. Но главное – сбалансировать сальдо торгового оборота.

А в январе 2019 г. Минск посетил министр обороны Турции Хулюси Акар, обсудивший ряд вопросов сотрудничества в сфере безопасности. Не стоит забывать, что обе страны крайне серьезно относятся к этой тематике. Его принял президент Лукашенко и заверил, что Беларусь готова расширять сотрудничество в данной области. Министр и сопровождавшая его делегация посетили ряд предприятий ВПК, провели переговоры в Минобороны и Государственном военно-промышленном комитете республики. Основное их содержание осталось за кадром. Известно, что Турция сотрудничает с Беларусью в данной сфере с 1990-х гг. При этом военные эксперты обращают внимание на то, что обе взаимодействуют в военной области с одними и теми же партнерами на постсоветском пространстве – прежде всего, с Азербайджаном и Казахстаном. У ВПК двух государств немало схожих задач, наработан определенный производственный задел. А хорошие политические отношения только способствуют военно-промышленной кооперации.

Подводя итог, заметим: перед нами партнерство, крайне выгодное обеим сторонам.

Турция развивается настолько успешно, что стала угрожать определенным интересам. Да, ее политика иной раз вызывает вопросы, но вместе с тем нельзя отрицать ее впечатляющих успехов. Но и Беларуси есть что предложить. В первую очередь – помочь Турции укрепить позиции (и заодно усилить свои благодаря сотрудничеству с ней) на рынке ЕАЭС. Во-вторых, обеспечить комфортную площадку для бизнеса посреди Европы. В-третьих, развернуть совместное производство самого широкого ассортимента продукции, чтобы вместе штурмовать рынки. Причем речь все чаще заходит о хайтеке – обе страны крайне серьезно подходят к технологической революции наших дней и могут взаимно дополнить участие друг друга в этом процессе. Хотя к обеим странам еще недавно относились скептически: мол, какие там еще у них технологии? Их потолок – трактора (в белорусском случае) или отели «все включено» (в случае турецком). А не все так просто оказалось. Можно сказать так: белорусско-турецкое партнерство – образец сотрудничества в условиях обострения конкуренции на стремительно меняющемся глобальном рынке.


Павел Потапейко, кандидат исторических наук

Загрузка...
Комментарии
15 Февраля
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Отказ Минска от виртуального нейтралитета не дает ответа на вопрос, куда власть ведет республику.

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2020 году
инфографика
Цифра недели

$5,6 млрд

составили активы Евразийского банка развития по итогам 2020 г. Прирост активов за год составил $439 млн

Mediametrics