29 Августа 2018 г. 20:30

Мы будем вести переговоры с Россией об ответе на санкции США – немецкий эксперт

Мы будем вести переговоры с Россией об ответе на санкции США – немецкий эксперт
Канцлер ФРГ Ангела Меркель и президент США Дональд Трамп.
Фото: newsweek.com

Санкции США против России, Китая, Турции и Ирана нанесли ущерб не только этим странам, но и их торговым партнерам, в частности Евросоюзу. Многие силы в ЕС недовольны сложившейся ситуацией. Так, Германия призвала Европу отреагировать на санкционную политику Штатов, а президент Франции выступил за стратегическое партнерство Евросоюза с Турцией и Россией. Однако в краткосрочной перспективе Европе будет сложно избавиться от зависимости от США, и она не сможет открыто противодействовать их санкциям – считает глава Центра изучения Центральной и Восточной Европы, России и Центральной Азии Немецкого общества внешней политики (DGAP) Стефан Мейстер. В интервью «Евразия.Эксперт» аналитик рассказал о том, насколько вероятно объединение ЕС и других стран против США, какие последствия санкции будут иметь для газопровода «Северный поток-2», а также какое значение для Евросоюза имеют Южный Кавказ и Центральная Азия.

- Господин Мейстер, министр иностранных дел Германии Хайко Маас заявил, что санкционная политика США вынуждает Евросоюз реагировать на действия Вашингтона. Почему Германия сделала такое заявление?

- Это реакция на все более контрпродуктивную политику США в отношении России, Турции и Китая, которые являются важными торговыми партнерами Германии. Германские элиты считают, что новые санкции ухудшат их отношения с этими странами. Более того, последние американские санкции были приняты без согласования с Евросоюзом. Они оказывают все большее влияние на торговлю Германии и Евросоюза в целом и могут также сказаться на реализации таких энергетических проектов, как «Северный поток-2». Их результатом не становится компромисс с Россией, вместо этого санкции делают позиции тех стран, против которых они направлены, становятся еще более жесткими, и даже более агрессивными.

Я думаю, суть заявления Хайко Мааса состояла в том, что мы должны сами решать, что в наших интересах, и быть более независимыми от решений США как в области торговли, так и в будущем в области безопасности.

- Маас также заявил, что представит новую стратегию внешней политики в отношении США и что пора произвести переоценку трансатлантического партнерства. Как будут развиваться отношения между Штатами и Евросоюзом? Ухудшатся ли американо-германские отношения?

- Мы должны понимать, что зависимость от США в области экономики и безопасности очень высока, и в краткосрочной и среднесрочной перспективе такой и останется. Такая зависимость уменьшает пространство для маневра Германии и Евросоюза. Но с точки зрения ценностей и принципов мы все еще гораздо ближе к США, чем к России и Турции, однако при Трампе и это может измениться.

В краткосрочной перспективе будет крайне сложно избавиться от зависимости от США.

Цель Америки – платить меньше за безопасность Европы. Более того, США постепенно переключат [приоритеты внешней политики] на Китай и Азию. Думаю, Германии и Европе нужна политика, которая была бы более независимой. Мы должны разнообразить нашу торговлю, вкладывать в нашу собственную безопасность, энергонезависимость. А ухудшение американо-германских отношений – это факт. За заявлением Мааса должны последовать изменения в политике. Германия и Евросоюз нуждаются в больших ресурсах, чтобы стать более суверенными и самостоятельными от США.

- Прислушается ли Европа к заявлению Мааса о необходимости реагировать на санкции США?

- Европа и Германия не поддержат американские санкции. Но поскольку мы так сильно зависим от торговли с США, мы не будем противодействовать этим санкциям.

Поэтому, думаю, это скорее вербальная, риторическая реакция. Не думаю, что наша политика коренным образом изменится. Будет больше переговоров с Россией о том, как реагировать на эти санкции и как улучшить торговлю. Мы будем придерживаться собственных санкций, но не американских.

- Как американские санкции против России, Китая и Турции повлияют на эти страны и на Европу?

- Думаю, в настоящий момент речь в основном идет о Китае и России. Особенно санкции повлияют на Россию: на финансирование бизнес-проектов, на инвестиции и торговлю. В Китае они повлияют на экономику, а также отразятся на торговле Германии с США и Китаем. Но бизнес найдет выход из ситуации, компании смогут компенсировать свои убытки за счет мировой торговли. Если говорить о Турции, то у нее есть долги, и возникнут проблемы с их рефинансированием, что повлияет на европейские банки.

В некоторых сферах возможно даже улучшение отношений Евросоюза с Китаем и Россией.

- Верите ли вы в то, что Германия, Турция, Россия, Иран и Китай объединятся и примут какие-либо экономические меры против США?

- Нет, я так не думаю. Как я уже говорил, торговля Германии с США настолько важна, что ни одна компания не поставит ее под угрозу из-за Ирана или России. А Китай находится на совершенно другом уровне, нежели Турция, Россия, Иран и даже Германия. Я думаю, это двусторонний конфликт между двумя крупными силами – США и Китаем, и у последнего достаточно причин для того, чтобы бросить Штатам вызов. США очень много задолжали Китаю, поэтому зависимость от него очень высока. Турция, Россия и Иран все находятся на совершенно разных уровнях и, думаю, они не могут объединиться против США из-за противоположных интересов в других областях. По-моему, общие интересы недостаточно сильны, чтобы вместе выступить против Штатов.

- Президент Франции Эммануэль Макрон заявил о необходимости строить стратегическое партнерство Европы с Россией и Турцией. По-вашему, это серьезное намерение?

- Любое стратегическое партнерство ЕС или России в данный момент основывается на интересах обеих сторон, и не думаю, что это изменится. У Турции, России и стран – членов ЕС есть собственные пересекающиеся и конкурирующие интересы, и я не вижу основы для «стратегического партнерства», что бы под этим ни подразумевалось. Для меня заявление Макрона – это пустые слова, я не вижу за этим политического курса.

- Франция и Германия не поддерживают санкции Трампа. По-вашему, разовьют ли эти страны более тесные отношения с Россией, Китаем и Турцией?

- Франция и Германия не присоединятся к американским санкциям. Мы видим, что Китай инвестировал в наши технологии, в наши рынки и постепенно становится все более важным участником игры. Думаю, Европе нужна хорошая политика в отношении Китая, Турции и России. Но это будет сотрудничество в отдельных областях, опирающееся на интересы сторон. Будет и сотрудничество с США, уже в других областях. Но возможности какого-либо стратегического партнерства, нацеленного против США, я не вижу из-за той зависимости, о которой я упоминал выше. Я не верю в принцип «В случае конфликта с одним игроком ты будешь сотрудничать с другим игроком». Думаю, все зависит от области сотрудничества и от того, достаточно ли у сторон общих интересов.

- Господин Мейстер, недавно канцлер Германии Ангела Меркель завершила свое трехдневное турне по Южному Кавказу. Чем этот регион привлек Германию?

- Южный Кавказ давно начал постепенно становиться все более важным для Германии и Евросоюза. Крайне важно сохранять свое присутствие в регионе в период конфликта с Россией, кризиса на Ближнем Востоке, турецкого кризиса. Все эти события разворачиваются в странах, соседствующих с данным регионом. Ключевыми вопросами для Германии здесь являются безопасность, энергетика и миграция.

Визит Ангелы Меркель на Южный Кавказ – это ответ на стратегические изменения геополитической важности региона и обстановки в нем.

- Почему, по-вашему, Меркель не посещает Центральную Азию? Связано ли это с тем, что в регионе сильно присутствие России и Китая?

- Это не так. На самом деле поездки в Центральную Азию также осуществляются, но в настоящий момент для Германии важнее Южный Кавказ. Он находится гораздо ближе к ЕС и крайне важен в связи с миграционными вопросами, в которых у Германии есть свои вполне определенные нужды. Также важными здесь являются вопросы энергетики и транзита. Я думаю, данный регион в этом плане отличается от центральноазиатских государств. У нас есть конкретные проекты с Азербайджаном и Грузией. Договор о правовом статусе Каспийского моря дает нам возможность осуществлять газовые проекты с Туркменистаном. 

Поездка на Южный Кавказ была важна из-за запасов газа в регионе, а также была реакцией на усиление активности Китая и России. Мы видим, что Южный Кавказ становится частью китайской стратегии «Один пояс, один путь», что оказывает влияние на Евросоюз.

- Как вы оцениваете отношения Германии с центральноазиатскими государствами? Почему они представляют важность для Германии?

- Центральноазиатские страны приобрели большую важность в контексте китайской инициативы «Один пояс, один путь», Евразийского экономического союза, а также с точки зрения геополитики и вопросов безопасности. В этом году было завершено рассмотрение стратегии ЕС по Центральной Азии. В дополнение к этому была разработана новая стратегия связности с Евросоюзом, и Германия была одной из основных движущих сил в обоих проектах.

Основной вопрос сейчас заключается в том, кто будет определять нормы и стандарты в евразийском регионе в ближайшие десять лет: будет ли это Китай или Евросоюз и какое влияние это окажет на роль ЕС как глобального игрока. Схватка за Евразию крайне важна для будущего Европы.

Загрузка...
Комментарии
02 Сентября
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

Что стоит за визитом советника Трампа в Минск.

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2018 году
инфографика
Цифра недели

703 чел.

стали кандидатами на выборах в нижнюю палату парламента Беларуси. 424 выдвинуто от политических партий, 272 – путем сбора подписей, 128 – трудовыми коллективами. Они будут бороться за 110 мест

Mediametrics