18 Марта 2021 г. 07:32

Лунная программа России и Китая не позволит США стать гегемоном в космосе – китайский эксперт

Лунная программа России и Китая не позволит США стать гегемоном в космосе – китайский эксперт
Фото: aboutspacejornal.net

В феврале Китай и Россия объявили о подписании меморандума о совместном строительстве лунной станции к 2030 г. Цель проекта – обеспечить многолетнее присутствие человека на Луне. Это не первое соглашение о сотрудничестве между Роскосмосом и Китайским национальным космическим управлением: в 2019 г. Москва и Пекин договорились о координации миссий аппаратов «Луна-Ресурс-1» и «Чанъэ-7», действует программа сотрудничества в изучении космоса на 2018-2022 гг. О том, что дают России и Китаю совместные космические проекты, и каковы перспективы развития партнерства сторон в других направлениях, в интервью «Евразия.Эксперт» рассказал профессор, исполнительный президент Шанхайской Академии глобального управления и регионоведения Шанхайского Университета международных исследований Ян Чэн.

– Китай и Россия будут совершенствовать партнерские отношения и стратегическое взаимодействие, способствующие поддержанию глобального мира и защите интересов друг друга, заявил министр иностранных дел Китая Ван И. В каких направлениях, на Ваш взгляд, они должны это сделать?

– Мы должны, прежде всего, понять специфику китайско-российских отношений, когда пытаемся прояснить направление, в котором они должны развиваться и улучшаться. Китайско-российские отношения в постсоветский период прошли пять основных этапов эволюции. Они поднялись от первоначальных отношений взаимно дружественных стран до нынешнего всеобъемлющего стратегического партнерства в новой эре.

В официальном дискурсе двух стран китайско-российские отношения переживают свой лучший период в истории. Большинство людей могут не заметить, что «лучший» здесь не означает, что в сотрудничестве Китая и России нет недостатков. С точки зрения торгово-экономических отношений очевидно, что масштабы сотрудничества между Китаем и Россией уступают масштабам сотрудничества между Китаем и западными развитыми странами, и они даже меньше, чем между Китаем и Вьетнамом. Однако Китай и Россия занимают уникальное положение и стратегическую ценность в глобальных партнерских сетях друг друга.

Политическое равенство на фоне растущей асимметрии ВВП является сравнительным преимуществом китайско-российских отношений по сравнению с отношениями между другими крупными державами.

В значительной степени устойчивое развитие китайско-российских отношений является решающим фактором, уравновешивающим развивающийся международный беспорядок, вызванный долгосрочной тенденцией постепенного распада возглавляемого Америкой либерального международного порядка и внезапной вспышкой глобальной пандемии COVID-19.

После распада Советского Союза китайско-российские отношения не перешли в русло стратегической напряженности и стратегических конфликтов, как часто пророчили на Западе. Напротив, они сохранили быстрое и качественное развитие. С одной стороны, это тесно связано с предвзятостью США и западных стран по отношению к Китаю и России и постоянным ростом стратегического давления. С другой стороны, опираясь на вышеупомянутую базовую структуру государственной власти, Китай и Россия с 1990-х гг. постепенно сформировали культуру стратегического взаимного доверия, что в значительной степени создало путевую зависимость и определило нынешнюю и будущую траекторию китайско-российских отношений.

Учитывая две предпосылки – западное давление и взаимное доверие между Китаем и Россией – сближение Китая и России, естественно, внесет важный вклад в поддержание мира во всем мире, как заявил Государственный советник и министр иностранных дел Ван И. На мой взгляд, Китай и Россия, как ответственные державы в условиях международного беспорядка, могут предпринять совместные действия в следующих аспектах:

Во-первых, обеспечить незападноцентристское решение дефицита глобального управления и как можно скорее способствовать демократизации международных отношений. Одной из ключевых задач является содействие международному сообществу в совершенствовании многих международных механизмов, созданных после Второй мировой войны в соответствии с требованиями новой эпохи, основанными на совпадающих консенсусах между различными странами. Эта задача не может быть выполнена в краткосрочной перспективе. Китай и Россия должны укреплять доверие международного сообщества, реализуя новую повестку развития международных организаций нового типа, таких как Шанхайская организация сотрудничества, и продвигая многостороннее взаимовыгодное сотрудничество, такое как инициатива «Один пояс, один путь».

Во-вторых, в ответ на негативные последствия глобальной пандемии COVID-19 мы должны использовать сравнительные преимущества двух стран в области исследований, разработки и производства вакцин и содействовать оптимизации глобального механизма распределения вакцин под эгидой ВОЗ.

– Россия и Китай подписали межправительственный меморандум о сотрудничестве в рамках совместного создания Международной лунной научной станции. Каковы Ваши ожидания от этого проекта? Как Вы оцениваете перспективы сотрудничества России и Китая в области освоения космоса?

– Ведение широкого сотрудничества в освоении космического пространства, включая совместное строительство Международной лунной научной станции, несомненно, является взаимовыгодным и беспроигрышным шагом для Китая и России и добавит новые точки роста всеобъемлющему стратегическому партнерству в новой эре. Что касается России, то в последние годы российские планы по исследованию Луны и Марса значительно отстали от Китая и США.

Укрепление сотрудничества с хорошо финансируемым Китаем поможет России вернуться в число ведущих стран в области космических технологий при меньших затратах. Что касается Китая, то российский опыт, кадровый резерв и инновационный дух в освоении космоса могут стать мощным дополнением к работе китайских ученых.

Проекты освоения космоса могут наилучшим образом отразить всестороннюю мощь и сравнительные преимущества стран-участниц, а их результаты могут также стимулировать прогресс партнеров в ключевых технических областях и приносить долгосрочные экономические дивиденды. Что еще более важно, углубленное сотрудничество между Китаем и Россией в этой области способствует сопротивлению гегемонии, которую Соединенные Штаты надеются обрести – абсолютное преимущество в освоении космоса в течение длительного времени и доминирование в космических правилах. Поэтому, независимо от того, идет ли речь о политическом значении, экономических выгодах или научно-техническом прогрессе, китайско-российское сотрудничество стоит ожидать с нетерпением, особенно когда стороны взяли на себя четкое обязательство открыться миру.

– Китай считает, что дело Алексея Навального является исключительно внутренним делом России; внешнее вмешательство недопустимо, заявил официальный представитель МИД КНР Ван Вэньбинь. Как Вы думаете, почему Запад оказывает давление на Москву и Пекин? Почему США боятся российско-китайского сотрудничества?

– Стратегическое давление Запада на Китай и Россию не является чем-то новым. После окончания Холодной войны, хотя для России и Китая это не полностью совпадало по времени, они почувствовали грубое вмешательство в свои внутренние дела со стороны Запада во главе с Соединенными Штатами. Неоспоримо, что Китай и Россия всегда стратегически поддерживали друг друга в вопросах, касающихся основных интересов суверенитета и территориальной целостности друг друга. Это не только традиция, но и своего рода солидарность, основанная на общих представлениях.

Я не думаю, что последовательное давление Запада на Китай и Россию по этим вопросам является признаком страха. Скорее, это политизированное выражение так называемого превосходства англосаксонской цивилизации.

Западные элиты не осознают или отказываются признать, что каждая страна имеет свои исторические традиции, этапы развития и культурные концепции, и поэтому невозможно придерживаться одного стандарта по многим вопросам.

Когда-то Соединенные Штаты сформировали академический консенсус по «межкультурному пониманию» в региональных страноведческих исследованиях, которые Соединенные Штаты энергично продвигали после Второй мировой войны. К сожалению, в конце концов он так и остался в теории и не воплотился в жизнь. Такого рода цивилизационная иерархическая идеология, не способствующая демократизации международных отношений, была интернализирована в мышление американских и западных политических элит.

– Товарооборот между Китаем и Россией с января по февраль текущего года увеличился на 8,5% в годовом исчислении, достигнув $18,8 млрд, сообщило Главное таможенное управление КНР. Какие факторы, на Ваш взгляд, сыграли важную роль в этом росте?

– Я думаю, что рост товарооборота в первые два месяца 2021 г. в основном обусловлен следующими факторами:

1. Экономика Китая до сих пор не сильно пострадала от новой эпидемии коронавируса. В прошлом году темпы роста китайского ВВП заняли первое место среди крупнейших экономик, а статус Китая как мировой фабрики все более укреплялся, и он сохранил сильные импортные и экспортные возможности. В этом смысле рост объемов двусторонней торговли между Китаем и Россией в этом году не является исключением.

2. Будучи соседними странами и наиболее важными стратегическими партнерами друг друга, Китай и Россия имеют географические преимущества, в то время как мир страдает от эпидемии COVID-19 и деградирует от глобального рынка к региональным.

3. После прихода Байдена к власти намерения США и Запада совместно сдерживать Китай и Россию стали очевиднее. Поэтому лидеры Китая и России стали уделять больше внимания китайско-российским отношениям в условиях мирового беспорядка. Это придало мощный политический импульс экономическому сотрудничеству между двумя странами.

Однако, если мы позаимствуем социологическую теорию Майкла Манна, то обнаружим, что китайско-российские отношения действительно в высшей степени комплементарны по своей структуре. То есть, среди четырех столпов государственной власти: политики, армии, идеологии и экономики, Россия имеет лучшие показатели в военной сфере и безопасности, а Китай достаточно силен в экономике, поскольку стал второй по величине экономикой в мире. В этом контексте они не склонны к конфликтам и конфронтациям, таким как торговые войны между Китаем и Соединенными Штатами или конфликты и конфронтации между Россией и Соединенными Штатами вокруг украинского кризиса.

Из-за различий, упомянутых выше, китайско-российское сотрудничество в экономической сфере в краткосрочной перспективе практически не может достичь масштабов и уровня такового между Китаем и Соединенными Штатами, Китаем и Европой. Если обе стороны не смогут найти подходящие проекты в таких областях потенциального сотрудничества, как наука, техника и сельское хозяйство, и четко воплотить их в жизнь, то разрыв между объемом торговли между Китаем и Россией и взаимным политическим доверием и стратегическими ожиданиями обеих сторон не будет разрешен в ближайшее время.

Поэтому я надеюсь, что Китай и Россия будут естественным образом развиваться в экономическом сотрудничестве, а не искусственно завышать ожидания.

В конечном итоге, разочарование скажется на взаимном доверии между двумя странами. До тех пор, пока сотрудничество между двумя странами в области стратегии и безопасности будет достаточно гладким, экономическое сотрудничество не будет тормозить китайско-российские отношения в целом.

– Как продвигается работа по сопряжению ЕАЭС и инициативы «Один пояс, один путь»? На Ваш взгляд, какие дополнительные меры необходимо принять для расширения сотрудничества между Китаем и странами ЕАЭС?

– Во многом это огромный исторический шаг вперед для китайских и российских лидеров – сделать совместное заявление о сопряжении Экономического пояса Шелкового пути и Евразийского экономического союза. Это могло бы заложить прочную основу для более тесного сотрудничества между Китаем, Россией и нашими ключевыми партнерами в Евразии. В то же время, эта связь между Поясом и Союзом до сих пор остается в политическом, а не в экономическом слое.

Почти все члены Евразийского экономического союза находятся под сильным влиянием общей экономической ситуации в мире в целом и в России в частности. Эти страны переживают трудные времена. В результате практическая реализация связи между Экономическим поясом Шелкового пути и ЕАЭС может столкнуться с неопределенностью в будущем.

Это означает, что мы все еще в начальной стадии сопряжения. Она требует, чтобы в ближайшее время было разработано конкретное содержание.

В этом контексте у меня есть несколько советов. Во-первых, надо скорректировать стратегические ожидания. Нам нужно отказаться от чрезмерных ожиданий конкретных результатов, рассматривать это как долгосрочную повестку дня экономического сотрудничества. Нужно контролировать темп движения вперед, иметь больше терпения для прогресса и сделать эту связь существенной.

Во-вторых, необходимо институционализировать связь. А) И Китай, и Россия должны твердо поддерживать связь стратегического уровня. Я полагаю, что стоит создать механизм «два плюс два», состоящий из министров иностранных дел и министров экономики. Кроме того, создать подведомственную комиссию в рамках очередного заседания премьер-министров. Б) На многостороннем уровне организовать саммит лидеров Китая-ЕАЭС; содействовать участию государств-членов ЕАЭС как группы в этом сопряжении.

В-третьих, нужно в полной мере использовать позицию ШОС как основной платформы для сопряжения: содействовать всестороннему развитию отношений сотрудничества между ШОС и ЕАЭС, ускорить выработку общей повестки дня двух организаций в экономической сфере. Например, в финансовом секторе после стольких лет работы Евразийского банка развития (ЕАБР) с китайской инициативой по созданию Банка развития ШОС можно рассмотреть вопрос о создании Евразийского банка или фонда сотрудничества со штаб-квартирой в Урумчи или Астане для продвижения интенсивных инфраструктурных проектов, связанных с сопряжением.

В-четвертых, необходимо включить в будущую повестку дня Евразийское всеобъемлющее стратегическое экономическое партнерство, включая пилотную зону свободной торговли. Даже если это рассматривать как долгосрочнаю перспективу, она может быть материализована в конкретную пошаговую дорожную карту, которую примут все участники.

В-пятых, создание ключевых приоритетных проектов. При отборе проектов должны быть приняты следующие принципы: 1) следовать принципу рыночной экономики вместо отбора правительствами; 2) поощрять режим государственно-частного партнерства, при этом формы совместного строительства инфраструктуры могут варьироваться; 3) проекты должны достигать эффекта масштаба; 4) стандарты и нормы длжны устанавливаться путем переговоров в соответствии с международной практикой, а не навязываться какой-либо одной стороной.

Если коротко, то в условиях того, что новая эпидемия коронавируса может и дальше сказываться на евразийском регионе, Китай и Россия должны совместно содействовать укреплению сотрудничества между ЕАЭС и Китаем для предотвращения кризисов стабильности в некоторых странах.

Загрузка...
Комментарии
05 Апреля
РЕДАКТОРСКая КОЛОНКа

О чем говорит «вакцинная дипломатия».

Инфографика: 5 ключевых событий в ЕАЭС в 2020 году
инфографика
Цифра недели

220 тыс.

тонн белорусских нефтепродуктов уже отгружено через российские морские порты, что почти на четверть превышает запланированные объемы – Мишустин

Mediametrics